Чтение онлайн

Жермен Патерн и Вальдес занялись приготовлением пищи. Река кишела рыбой. По индейскому обычаю, Гомо убил стрелами несколько рыб, которых тут же зажарили на костерке, разведенном у скалы.

После пяти часов ходьбы консервы, рыба и сухари из маниоки показались путешественникам восхитительными, и все в один голос заявили, что они не ели ничего более вкусного, с тех пор...

— С тех пор как мы ели в последний раз! — объявил Жермен Патерн, которому превосходным казалось все, что позволяло утолить голод.

С наступлением темноты Жан удобно устроился в нише, а за ним стали готовиться ко сну и его спутники. Юный индеец улегся у входа в нишу, где спала девушка. Было решено, что дежурить этой ночью будет сначала Вальдес с одним из матросов, а затем Жак Эллок и второй матрос. Дежурство было совершенно необходимо, так как нападения можно было ожидать и со стороны леса, и со стороны реки, и даже с противоположного берега.

Сержант Марсьяль требовал разрешить и ему дежурить, однако было решено, что он будет охранять лагерь следующей ночью вместе с Жерменом Патерном, а сегодня с этим делом вполне справятся, сменяя друг друга, Жак Эллок и Вальдес. Старый солдат устроился на ночь у скалы, поближе к нише, где спала Жанна.

С наступлением темноты лес огласился воем хищников и воплями обезьян ревунов, которые затихли лишь на рассвете. Яркий огонь костра был бы лучшим средством держать хищников на расстоянии, но он мог привлечь внимание кива, если те находились неподалеку. А именно бандитов следовало опасаться в первую очередь.

Очень скоро уставшие за день путешественники погрузились в глубокий сон, и лишь Вальдес и его помощник не смыкали глаз, пока их не сменили Жак Эллок и второй матрос с «Гальинеты».

Вальдес не увидел и не услышал ничего подозрительного. Впрочем, трудно было что-либо услышать в шуме разбивающихся о скалы волн.

Отправив Вальдеса отдыхать, Жак Эллок поднялся на берег, откуда он мог наблюдать и за лесной опушкой, и за левым берегом Рио-Торрида. Он сидел у подножия огромного валуна, погрузившись в переполнявшие его душу мысли и чувства, что, однако, не мешало ему бдительно нести свою вахту.

Было около четырех часов утра, и небо на востоке уже начинало светлеть. Вдруг... или это только показалось ему, Жак уловил какое-то движение на противоположном, более пологом, чем правый, берегу. Ему показалось, что какие-то неясные тени перемещаются от дерева к дереву. Что это могло быть? Звери или люди?

Стараясь оставаться незамеченным, он подполз к краю обрыва и замер, следя за происходящим...

Он не мог ничего толком разглядеть, и тем не менее на другом берегу явно что-то происходило.

«Поднять тревогу, — думал Жак, — или разбудить только одного Вальдеса?»

Он подошел к Вальдесу и тихонько тронул его за плечо.

— Не шевелитесь, Вальдес, — тихо произнес он, — и посмотрите на тот берег.

Повернув голову, индеец некоторое время всматривался в темную массу деревьев на противоположном берегу.

— Да, там три или четыре человека. Они бродят по берегу.

— Что же делать?

— Не надо никого будить, здесь им реку все равно не переплыть. Если выше по течению нет брода, мы в безопасности.

— А с другой стороны? — Жак Эллок указал на простирающиеся к северо-востоку леса.

Вальдес, не вставая, повернулся и вгляделся в чащу.

— Нет, там никого нет, — сказал он через некоторое время. — Может быть, это просто бродячие индейцы...

— Но что им делать ночью на берегу реки? Нет, я не сомневаюсь, нас заметили... Смотрите, Вальдес, один из них пытается спуститься к реке.

— Вы правы, — пробормотал Вальдес, — это не индеец, индейца всегда узнаешь по походке.

В это время первые лучи солнца, обогнув вершины гор на востоке, осветили русло Рио-Торрида. Вальдес оказался прав: спустившийся к реке человек не был индейцем.

— Это кива из банды Альфаниса, — сказал Жак Эллок. — Они хотят знать, идут ли с нами матросы с наших пирог.

— И жаль, что остальных матросов тут нет, — заметил капитан «Гальинеты».

— Возможно, вы и правы. Но не возвращаться же теперь к Ориноко за подмогой... да мы и не успеем. Если бандиты нас обнаружили, они нападут на нас прежде, чем подоспеет помощь.

Вальдес вдруг схватил Жака за руку, чтобы тот замолчал.

Солнце уже освещало берега Рио-Торрида, и только углубление, где спали Жанна, Гомо, сержант Марсьяль и Жермен Патерн, все еще было окутано сумраком.

— Мне кажется, — сказал наконец Вальдес, — мне кажется, я узнал его... Да! Мои глаза хорошо видят... Они не могут меня обмануть! Я узнал этого человека... Это испанец!..

— Хоррес!

— Он самый.

— Ну теперь-то я не дам этому мерзавцу уйти!..

Жак схватил карабин, стоявший рядом с ним около скалы, и быстрым движением вскинул его на плечо.

— Нет, нет! — остановил его Вальдес. — Вы убьете его одного, а там, за деревьями, их могут быть сотни... А впрочем, им все равно не перебраться на этот берег.

— Здесь — нет, но выше по течению, кто знает?

Однако Жак Эллок послушался Вальдеса, так как ему уже не раз случалось убедиться в благоразумии, осторожности и проницательности капитана «Гальинеты», которые присущи большинству индейцев из племени банива.

Впрочем, Хоррес, — если это действительно был он, — желая получше разглядеть лагерь, рисковал и сам быть замеченным. Поэтому он вернулся в лес, как только увидел, что охраняющий лагерь матрос, словно заметив что-то подозрительное, подался вперед.

Жак Эллок и Вальдес оставались еще четверть часа на своем посту, наблюдая за противоположным берегом. Но на опушке постепенно освобождающегося от ночного мрака леса так никто больше и не появился.

Однако с наступлением дня испанец, — если конечно Вальдес не ошибся, — обнаружит, что путешественников сопровождают только двое матросов и, следовательно, его банда обладает численным преимуществом. Как тогда продолжать путь, заведомо зная, сколь велика опасность... Их обнаружили... выследили... Хоррес знает, что Жак Эллок и его спутники идут к миссии Санта-Хуана, и теперь он уже не потеряет их из виду.

Все эти предположения вызывали очень серьезные опасения... А самое скверное было то, что испанец наверняка присоединился к банде кива, возглавляемой каторжником Альфанисом.

Около пяти часов утра путешественники проснулись. Жан встал первым и, пока сержант Марсьяль, Жермен Патерн и Гомо еще лежали, прогуливался вдоль берега реки.

Матрос, который нес вахту на берегу реки, подошел к Жаку Эллоку и Вальдесу и рассказал им, что ему удалось заметить. Как и Вальдес, в человеке, бродившем по берегу реки, он узнал Хорреса.