Чтение онлайн

Уже на улице, слушая, как цокают ее каблуки по влажным булыжникам, Дэниел осторожно сказал: "Марта, может быть, ты не поедешь…"

Она обернулась, и, горько, усмехнулась: "Я, кажется, знаю — с кем Мэтью встречается в Венсенне".

Федор побледнел: "Он же в замке, в тюрьме".

— Боюсь, что уже нет, — коротко заметила женщина. Она быстро пошла дальше, шурша платьем, пропадая в сером тумане, что поднимался с реки.

Комендант Венсенского замка посмотрел на троих мужчин и развел руками: "Господа, я понимаю, что у вас пропала сестра и племянница, но, право, я ничего не могу сделать. Я, разумеется, послал солдат, за ними в погоню, но, сами видите, — он привстал из-за стола и махнул рукой в сторону стен крепости, — у нас тут лес под боком, в нем множество заброшенных домов…"

— Значит так, — сказал маленький, изящный, зеленоглазый юноша в охотничьей куртке, высоких сапогах и вязаной шапке, что прикрывала его волосы. "Месье Вулф, брат мадемуазель Бенджаман, сейчас останется здесь. Вы ему дадите два десятка солдат, карту окрестностей, и они будут прочесывать лес. Не беспокойтесь, — юноша поднял ладонь, — месье Вулф воевал в колониях, он капитан в отставке, он свое дело знает.

— Хорошо, — вздохнул капитан. Марта шепнула Дэниелу: "Мы с Теодором отправимся вперед, иначе там все затопчут, если уже не затоптали. Ты с ними тут не церемонься".

— Не буду, — пообещал Дэниел.

Уже идя по каменному коридору, Марта спросила у Теодора: "А что за флягу ты себе в карман положил? Та, что ты из своих комнат принес?"

— Хлор-водород, — лениво улыбнулся Федор. "Фляга стеклянная, достаточно просто разбить. Кашель, удушье, боли в глазах, ожоги. За такими веществами — будущее, военные за ними в очередь соберутся, надо просто наладить промышленное производство. Этот газ, — он похлопал по карману, — Пристли выделил, восемь лет назад, а мы с месье Лавуазье как раз занимаемся опытами с ним. Так-то его получать просто, — он помог Марте сесть в седло, — надо воздействовать витриолом на поваренную соль, при слабом нагревании".

— Все упирается в то, — Марта направила лошадь к разбитым задним воротам, — что вы никак не можете открыть недорогой способ выработки витриола.

— Откроем, — пообещал Федор. "Но на твоем научном вечере ничего такого опасного не будет. Всего лишь красивые реакции и опыты с электричеством, их Франклин покажет".

— А вот за электричеством, — сказала Марта, перегнувшись в седле, внимательно рассматривая изрытую, копытами землю, — совершенно точно — будущее, месье Корнель. Они на восток поехали, вот смотри, — указала Марта, — в самую гущу леса.

Вокруг пахло грибами, палыми листьями, наверху, среди рыжих крон деревьев играло солнце. Федор вспомнил тайгу вокруг прииска. "Мы с Марьей по грибы ходили, как раз по осени, — вздохнул он про себя. "Господи, да вернусь ли я когда-нибудь домой? Степа-то на Святой Земле останется, а я? Тянет же, ничего не сделаешь, тоскую. Бывает, и снится мне Россия. Пять лет уже, как я уехал. Сбежал, — поправил он себя.

— Может, прийти в посольство, с повинной? Не отправят же меня на каторгу. Хотя нет, — он хмыкнул, — это придется о Степане рассказывать. Не надо никому знать, где Селинской ребенок. Все же дело государственной важности. А все равно, — он вскинул голову и посмотрел на летящих к югу птиц, — все равно — домой хочется.

Он почувствовал прикосновение маленькой, сильной руки. Марта мягко сказала: "Все устроится, Теодор".

— А этого, — он пригляделся к лужайке у ручья, — ты знать не можешь, Марта. Спешиваемся, там трава примята.

— Не могу, — согласилась она, соскакивая на землю, — но уверена — так и будет. Вот тут они лошадей привязали, — Марта достала лупу и указала на ободранную кору дерева, а вот тут стояли…, - она опустилась на колени и стала рассматривать траву.

— Возьми, — женщина протянула ему лупу, — скажи мне, это то, что я думаю?

Федор всмотрелся и почувствовал, что краснеет.

— Свежее, — безучастно сказала Марта. "Но крови нет, странно. И тут было только две лошади, карета не проезжала. Не знала за Мэтью такого, — она коротко усмехнулась. Федор велел: "Поехали вверх по ручью, вон их следы".

Тео вздрогнула и замерла. Дверь наверху заскрипела и стала открываться. "Тетя Тео, — раздался голосок Констанцы, — кто это?"

— Тихо, — шикнула на нее девушка, — сиди тихо. Как веревки?

— Скоро поддадутся, — успела сказать девочка и затаилась. "Как мышка, — горько подумала Тео. "Сейчас Мэтью меня развяжет, и я ему глаза выцарапаю, обещаю. Пусть что хочет, то и делает, пусть бьет, стреляет — мне надо защитить Констанцу".

Она пошевелила затекшими кистями — веревки были крепкими, и увидела неверный огонек свечи.

— Пусть полежит, — усмехнулся про себя маркиз, осторожно спускаясь по лестнице, держа в руках большой ящик. "Полежит, отдохнет, с девочкой я и без него справлюсь. Потом можно будет взять ее с собой, дочь и дочь. А он легкий, этот Матье".

— Тебе нравится, милый? — маркиз наклонился и приблизил губы к щели в ящике. "Я оставлю тебя наедине с твоей сестрой, ты только голоса не подавай. Пистолет у тебя есть. Как только она начнет выпутываться из веревок — просто вставай, гвозди тут на честном слове держатся. Получится очень весело".

— Спасибо, — раздался слабый голос из ящика. Де Сад усмехнулся: "Как это он кричал? "Еще, бей меня еще, я люблю тебя!". И плакал, конечно, тоже — у него же это в первый раз. Не в последний раз, конечно, перед отъездом я ему разрешу меня развлечь".

Он поставил ящик на землю, и вежливо, подняв свечу, сказал: "Здравствуйте".

— Я его никогда в жизни не видела, — Тео взглянула на невысокого, белокурого мужчину лет сорока, в простом сюртуке. "Где Мэтью?"

— Что вам нужно? — вслух спросила она. "Кто вы такой?"

— Вы задаете, — маркиз поводил свечой, и Тео увидела за бочкой труп крысы, — слишком много вопросов. Побудьте пока в одиночестве, дойдет очередь и до вас. Вставай, милая, — де Сад, было, хотел протянуть руку Констанце. Девочка, увернувшись, выплюнула: "Вы урод, и вас казнят, непременно! Отрубят голову!"

— Какая непокорность, — рассмеялся мужчина. Нагнувшись, он подхватил связанную девочку. Та попыталась вцепиться зубами ему в щеку.

— Оставьте ее! — велела Тео. "Пожалуйста… — она посмотрела на мужчину, — меня зовут Тео Бенджаман, я актриса, если вам нужен выкуп за девочку, его заплатят…"

Он усмехнулся. Одним быстрым, легким движением маркиз разорвал ее платье спереди. "Будете болтать, — ответил де Сад, — отрежу все это, — Тео почувствовала холод кинжала у своего соска, — и еще язык. Я всегда считал, что женщинам он ни к чему".

— Деньги меня не интересуют, мадемуазель Бенджаман — коротко добавил де Сад. Удерживая отчаянно бьющуюся Констанцу, маркиз понес ее наверх.

Дверь со скрежетом захлопнулась. Тео, закусив губу, почувствовала, как горячие слезы, текут по ее щекам.