Чтение онлайн

Она опустилась на колени рядом с креслом. "Мне Мэтью сказал, — Дэниел уронил голову в ладони, — он здесь, в Париже. Я видел его, в кафе…, и не смог, не смог его убить…, Прости меня, Тео".

— Его убьют, — уверенно ответила девушка. "Тебе не надо рисковать, Дэниел, езжай в Марокко и делай свое дело. Для нашей страны". Она обняла Дэниела: "Я очень рада, что у меня есть старший брат. И младший — тоже. У меня есть семья. А все остальное — ушло, и мы не будем об этом вспоминать. Прошу тебя, Дэниел".

— Сестра, — подумал он. "Господи, у меня есть сестра. Младшая. Думал ли я?"

— Все будет хорошо, — шепнула ему Тео. "Все будет хорошо, братик. Приходи сегодня в театр, тебе ведь скоро уезжать надо, я помню. Только Марта должна знать, что Мэтью здесь. Это ведь опасно для нее и для Тедди".

— Я его в Арсенал отправлю, — раздался голос с порога комнаты. "На квартиру месье Корнеля. Она маленькая, правда, но несколько дней Тедди с няней сможет там пожить. Там безопасно".

Дэниел поднялся: "Вы с Тео должны быть особенно осторожны, пожалуйста. Пусть месье Корнель за вами присмотрит, раз я уезжаю".

Зеленые глаза женщины блеснули холодом: "Я обещала убить Мэтью, и я это сделаю. Из этого пистолета". Дэниел увидел золотую пластинку на рукоятке слоновой кости.

— Semper Fidelis ad Semper Eadem, — прочел он: "Всегда верная. Это о ней, да. О Марте".

Трещали свечи, в ложе пахло гарью, немного — жасмином. Федор, наклонился к уху Марты: "Никогда она еще так не играла. Она сегодня себя превзошла".

Марта кивнула и взглянула на Дэниела — тот сидел, комкая в длинных пальцах платок. "Она великая актриса, — подумал Дэниел, — ведь, как она может, после такого выйти на сцену? Какая тишина в зале, они же каждое ее слово ловят. Господи, пусть моя сестричка будет счастлива, пожалуйста".

— В Арсенале все в порядке, — шепнул Федор Марте, — маленькому там нравится, я его сводил посмотреть, как порох делают. Сейчас мы найдем этого Мэтью, убьем его, и можно будет зажить спокойно, — он усмехнулся: "Я нанял карету, для мадемуазель Бенджаман. У кучера записка для нее, он ее довезет прямо до дома и проводит наверх, а там ее Робер и Франсуа встретят. Так что бояться нечего".

— Хорошо, — кивнула Марта и одними губами добавила: "Спасибо тебе".

В его голубых глазах заиграли золотистые искорки: "Ты же знаешь…., - он не закончил. Марта, легко прикоснувшись к его большой, с заметными следами от ожогов, сильной руке, согласилась: "Знаю".

Тео упала на руки прислужнице, театр взорвался в овации, на сцену полетели цветы. Марта услышала крики с галерки: "Божественная! Великая мадемуазель Бенджаман!"

— Браво! — крикнула женщина. Она увидела, как Тео, раскланиваясь, — смотрит на их ложу. Актриса нагнула отягощенную париком, изящную голову: "Сегодняшний спектакль я посвящаю своей семье, потому что без нее — я не могла бы ни играть, ни жить, господа".

Марта вынула из руки Дэниела платок. Потянувшись, она вытерла слезы с его лица.

— Совершенно не о чем беспокоиться, — устало сказала Тео, протягивая одному из охранников записку. "Это рука месье Корнеля, вы ее знаете не хуже меня. Поезжайте на набережную Августинок и ждите меня там".

Франсуа шмыгнул носом и мрачно приказал: "Робер, отправишься с мадемуазель Бенджаман, и смотри там в оба".

Тео внезапно усмехнулась: "Франсуа, а почему вы все время распоряжаетесь тем, что Робер должен делать? Вы же близнецы".

— Он меня на четверть часа младше, — угрюмо ответил мужчина, — так что я в своем праве, мадемуазель Тео. Идите, — он выглянул в коридор. Поморщившись, Франсуа крикнул охраннику, что сидел у служебного входа: "Пьер, сколько там народу?"

— Половина Парижа, — сочно ответил тот. "Но карета прямо напротив, вам три шага пройти надо, и все".

Тео перекрестилась. Робер, взял ее под руку: "Ничего, мадам, не в первый раз. Но вы сегодня играли, — мужчина повертел коротко остриженной головой, — ух! Даже мурашки по коже забегали".

Дверь распахнулась. Тео пробежала по расстеленной дорожке к открытой дверце кареты. Обернувшись, она помахала рукой: "Спасибо, Париж!"

Публика удовлетворенно зашумела, вслед карете стали бросать цветы. Тео, удобно устроившись на бархатном сиденье, счастливо сказала Роберу: "Ну вот, десять минут — и мы дома".

— Я бы не стал, — раздался знакомый, спокойный голос из темноты, — делать такие поспешные выводы, сестричка.

— Что за черт! — выругался Робер. Загремел выстрел, в карете запахло порохом. Тео отчаянно закричала и бросилась к дверце. Мэтью железной рукой перехватил ее. Ударив раненого охранника по затылку пистолетом, он прижал к лицу сестры влажную тряпку.

Тео обмякла в его руках. Мэтью, осторожно усадив ее на пол — поднял сиденье. Рыжеволосая, связанная девочка, казалось, спала.

— Ах, месье Корнель, — грустно сказал Мэтью, укладывая потерявшего сознание охранника рядом, — подделать ваш почерк, было проще простого — приглашаете девочку в Арсенал. А уж застрелить нанятого вами кучера — тем более. На козлах один из слуг маркиза, а мы едем, — Мэтью усмехнулся, — в одно забавное место. Так что нечего было, дорогая, — обратился он к девочке, — радоваться и прыгать. Впрочем, маркиз с удовольствием покажет тебе более интересные вещи. Тебе понравится.

Он устроил Тео на скамье. Присев рядом, коснувшись губами смуглой щеки, Мэтью пообещал: "И тебе тоже, сестричка".

Двое мужчин медленно прогуливались по пустынному, ухоженному двору Венсенского замка. Де Сад оглянулся на охранника, что следовал поодаль: "Благодарю вас, месье Волков, за ваш милый подарок. Я вам очень обязан. А что с тем человеком, которого вы ранили?"

— Я его сбросил в Сену, — Мэтью посмотрел в сторону ворот: "Сейчас, ваше превосходительство. Никого вокруг нет, засов я подпилил, лошади ждут".

Зазвонил колокол. Поль лениво крикнул: "Ваше время вышло!"

Мэтью усмехнулся. Обернувшись, мгновенно выхватив, маленький, изящной работы пистолет он выстрелил в охранника. Поль схватился за пробитое пулей горло, и, не успев даже вскрикнуть — повалился вперед.

Де Сад уже бежал к воротам. Мэтью прислушался, и кинулся вслед за ним. Двое мужчин навалились на деревянные створки, и они, заскрипев, поддались. "Свобода, — подумал де Сад, вдыхая теплый, южный ветер. Со стен замка раздались крики, Мэтью услышал выстрелы, но лошади уже рванулись с места, раскидывая во все стороны рыжие, осенние листья.

Только оказавшись на лесной тропинке Мэтью, отдышался и, остановил своего жеребца: "Это тут, недалеко. Дом очень уединенный, охотничий павильон. Он заброшен, конечно, но ведь нам с вами там недолго оставаться. Они в подвале".