Чтение онлайн

– Ваша младшая дочь, Мадлен, - герцогиня Ангулемская ласково посмотрела на женщину, - не помолвлена еще?

Джоанна, было, открыла рот. Девушка ощутила, как тетя Марта толкает ее под столом ногой - чувствительно.

– Молчи, - прочла она по губам. Джо сдержала вздох. «Нет, - ответила мать, - но, может быть, Джоанне придется по душе кто-то из французских аристократов».

– Лучше я умру, - гневно подумала девушка. Марта, взглянув на нее, хмыкнула: «Вот упрямец Джон. Видно, что она хочет чем-то полезным заниматься. Вот и взял бы ее к нам. Сразу бы успокоилась, погрузилась бы в работу..., Хотя, все же дочь, близкий человек. Но Джона-младшего он следующим летом в Вену отправляет, а тому шестнадцать всего будет. Способный мальчик, конечно, как отец - тоже в пятнадцать в Кембридж поступил».

Питер и Мартин писали каждую неделю. Марта, как-то раз, усмехаясь, сказала Изабелле: «Ты сюда с мужем приехала, дорогая моя, а я теперь свою семью только на Рождество увижу. Хоть за Юджинией ты присмотришь».

– Присмотрю, конечно, - уверила ее Изабелла. Они все жили на рю Мобийон - квартира была большой. Марта, как-то раз, сидя на балконе, заметила: «Здесь, кстати, в ванной, Марата убили».

Изабелла побледнела. Марта рассмеялась: «Теперь понимаешь, почему я тебя в первую очередь попросила ванными заняться». Между ними стоял кальян, летнее небо постепенно темнело. Изабелла, затянувшись, отпила вина: «Портрет твой так и пропал».

– Чего только не пропало, - Марта махнула рукой. Взглянув на изумрудное кольцо на своем пальце, женщина спокойно подумала: «Джо, значит, на Эльбу отправилась. О Мишеле она ничего не написала. И Теодор о нем не упомянул. Очень интересно».

Марта закончила пасьянс и смешала карты: «Вы будете рады, ваша светлость, узнать о том, что мадемуазель Бенджаман возвращается во Францию, с мужем и сыном. Мне сегодня доставили записку из Дувра».

Мария-Тереза ахнула: «Боже, я до сих пор помню, как она читала Расина, хоть я и была маленькой девочкой. Мама даже плакала. Как вы думаете, мадам Марта, она согласится устроить вечер здесь, в Тюильри? Для двора».

– Разумеется, - Марта склонила голову и прислушалась. «Я буду аккомпанировать, Эжени тоже сыграет, мадам ди Амальфи с дочерью порисуют в альбомах у дам..., Будет очень весело, - она улыбнулась и встала - раздался стук в дверь.

Джон поклонился герцогине Ангулемской: «Я украду у вас мадам Марту, буквально на четверть часа. А потом провожу дам домой».

– Нам надо в консерваторию, дядя Джон, - озабоченно заметила Юджиния.

– Туда тоже, - уверил ее герцог. Когда они оказались в коридоре, Марта спросила: «Неаполь, как ты и предполагал?».

Джон кивнул: «Уже на следующей неделе, наверное. Повидаешься с мадам Тео и поедешь. Я здесь за всеми присмотрю, не беспокойся. По дороге заглянешь на Эльбу, передашь письма для Джо, а из Неаполя сразу отправляйся в Вену, там встретимся. Пошли, твой старый поклонник хочет с тобой повидаться».

– Он за Тео ухаживал, - расхохоталась Марта и остановилась: «Что такое?»

Джон неохотно достал письмо: «Это из Канады пришло, из Галифакса. Тедди там, в тюрьме сидит».

Он увидел глаза Марты и торопливо добавил: «Я уже отправил туда приказ, чтобы его выпустили, разумеется, и доставили на границу».

– И на том спасибо, - кисло отозвалась Марта. Не распечатывая конверт, она сунула записку в бархатный мешочек, что висел у нее на запястье. «Хоть узнаем, как у них дела - вздохнула она, - бедный Джованни, сначала дочь потерять, потом сына, потом внучку..., Тони такая молоденькая была. И как там Мирьям, даже не написать ей, не поддержать...»

Марта посмотрела на прямую спину герцога. Она, вдруг, еле слышно, сказала: «Надо заканчивать ту войну, Джон. В Европе прекратили сражаться, и там тоже надо».

– Как ты понимаешь, - пасынок распахнул перед ней высокую, резную дверь личных апартаментов дофина, - это не я решаю.

Женщина поджала губы и, молча, вошла в кабинет.

Марта прогуливалась у двери консерватории. Завидев Джованни, женщина помахала. Лето выдалось теплое. Она, подставив лицо солнцу, вдыхая запах свежего хлеба из булочных, решила: «Надо Натаниэля найти, он в Сорбонне. С Джованни и поговорю, раз он там математику преподавать будет. Мальчик как раз должен сейчас диплом получать. Попрошу его письма отвезти, в Америку».

Они знали о том, что Стивен и Элайджа погибли в сражении на озере Эри. Тедди ухитрился передать короткую записку, с американским кораблем, что шел в Сен-Мало. Оттуда конверт доставили в Плимут. Марта до сих пор помнила, как побледнело лицо Джованни. Он тогда встал. Всматриваясь в залитый дождем, осенний сад, мужчина молчал, глядя на мотающиеся под ветром деревья.

– За что, Марта?
– только и спросил он. «Сначала Констанца, потом Пьетро, теперь Тони..., Ей ведь всего девятнадцать было, она и так осиротела, а теперь дочь ее тоже круглая сирота».

Марта усадила его в кресло и налила вина: «Мирьям твою правнучку никогда не оставит. Сам знаешь, от Деборы внука ей не увидеть, с этой войной. Когда все закончится, и маленькая Тони подрастет, сюда ее привозите».

– Я не доживу, - вздохнул Джованни. Марта, погладив его по седой голове, шепнула: «Доживешь, милый. Обещаю. Как у вас со свадьбой дела?»

– Почти все готово, - Джованни улыбнулся. «Сразу после Рождества, в Мейденхеде. Они с нами будут жить, конечно, так для всех удобнее. Франческо с матерью часто вместе работает. И Вероника согласна. Надо будет потом всю эту американскую недвижимость продать, и деньги положить в трастовый фонд для маленькой Тони. Тедди мне поможет».

– Это когда мы воевать прекратим, - только и заметила Марта. Потом дверь стукнула, муж весело сказал: «Я очень голодный!». Юджиния спустилась сверху, заявив: «Я тоже!», и Марта велела: «За стол, за стол!»

Джованни был в хорошо скроенном, темном сюртуке, с золотой, масонской булавкой на лацкане. Марта одобрительно сказала: «Новый».

Он усмехнулся: «Изабелла взяла за руку и к портному отвела. Сама понимаешь, в Кембридже я на такое внимания не обращаю, а здесь Париж. Опять же, - он подмигнул Марте, - Теодор приезжает. Он всегда отменно одевался, не хочется от него отставать. А ты почему не там?
– он кивнул на раскрытые окна второго этажа, откуда доносилась музыка.

– А что мне там делать?
– Марта качнула шелковым, цвета морской воды тюрбаном, что прикрывал ее волосы. «Юджиния и сама отлично справится, мне там болтаться незачем. Ей четырнадцать лет, не ребенок. Об оплате я потом с профессором договорюсь, - Марта указала на мраморную скамейку, что стояла в консерваторском дворе: «Пойдем».

Она искоса посмотрела на Джованни: «Хорошо выглядит. Бедный, как Изабелла тем годом в Лидсе жила, совсем извелся. А сейчас цветет».

– А ты у масонов был?
– вдруг спросила Марта.