Чтение онлайн

– Меня миссис Франклин отправила, - Мирьям поднялась на цыпочки и прижалась к его губам: «Дети наверх пошли, до обеда отдохнуть».

– И мы пойдем, - Стивен провел рукой по ее все еще тонкой талии. «Я письма привез, из Буффало. Даже от Деборы есть. Эстер устроила так, что их теперь с дипломатической почтой передают».

– Как?
– ахнула Мирьям. Муж расхохотался: «Ты же знаешь Эстер. У нее весь Вашингтон под рукой, лучшая подруга Долли Мэдисон. Она приходит в трауре, и говорит: «Мой первый муж отдал жизнь за Америку. Мой сын погиб ради процветания нашей страны, мой лучший друг покойный вице-президент Вулф»..., Ей отказать невозможно. Натан еще до генерального прокурора доберется. Ему едва за тридцать, а он уже полковник».

– До заместителя, - поправила его Мирьям, - как Меир. Все же есть этот потолок, о котором он говорил.

– Есть, - признал Стивен, - но рано или поздно, это все закончится, поверь мне. Дай мне кофе, что ли, - он все обнимал жену, - раз обед еще не скоро.

– Милая мамочка, дорогой папа, - читали они, сидя на кухне. «Дядя Иосиф и Давид вернулись из России, пробыли здесь зиму, - они оба были ранены, - и опять ушли воевать, в Германию. Хоть бы скорее все это закончилось. Мы с тетей Джо только и ждем того, что императору надоест сражаться, он вернется во Францию, и все успокоится. Шмуэль растет, и радует нас. Если не считать войны, у нас все хорошо».

– Если не считать войны, - вздохнула Мирьям. Она положила руку на письмо: «В Вашингтоне, как Эстер пишет, пока действительно спокойно. Первый внук у нее, - Мирьям вчиталась в ровные строки, - дождалась, наконец-то. «Хаим уже переворачивается, улыбается, хорошо сидит, - Мирьям рассмеялась. «Она, наверное, надышаться на малыша не может».

– Дорогие мама и папа, - читал Стивен, - у нас все в порядке. Тедди отправил меня и мальчиков на Голубое озеро, пока Бостон был в блокаде, а сам пошел в милицию, в нее все сейчас идут. Нападения с суши нам ждать не стоит, они просто патрулируют залив, и все. К осени мы вернемся домой, мальчикам надо в школу, да и все говорят, что у нас уже будет не опасно. Дом почти не пострадал, но ремонт все равно делать надо. Ваша любящая дочь Мораг».

– Еще нас хотела в Бостон забрать, - кисло сказала Мирьям. «Говорят, британцы неделю, без перерыва, город обстреливали».

Она повернулась, услышав шаги на лестнице. Стивен шепнул ей: «Дети встали. Пораньше сегодня спать пойдем, нам завтра уже с якоря сниматься».

После обеда, проводив капитана Перри, посмотрев вслед Элайдже и Антонии, - они отправились гулять, - Мирьям постояла у калитки. Она ощутила сзади запах хорошего табака. Стивен взял ее за руку. Мирьям, глядя на белые паруса военных кораблей в гавани, на прозрачную, полную луну, что всходила над озером, почему-то вздрогнула и приникла к мужу. Сверху, откуда-то из сосен, ухала сова, шуршали легкие волны. Мирьям шепнула: «Тихо-то как».

– Так и будет, - уверенно ответил ей муж. Они, обнявшись, вернулись в дом.

Палуба фрегата «Лоуренс» была разнесена в щепки британскими ядрами. Перри, обернулся к Элайдже, - тот сам встал к пушкам. Из семидесяти человек экипажа на корабле осталась в живых вряд ли четверть, и многие из них были ранены.

– Надо уходить, - вздохнул Перри. Его левая рука была наскоро перевязана, на тряпках уже расплывалось пятно крови. «Уходить на «Ниагару», Элайджа».

Капитан Кроу посмотрел на второй американский флагман. Вытерев грязное, в пятнах пороха лицо, он ответил сквозь зубы: «Оливер, здесь миля до нее. Нас потопят сразу же, как мы шлюпку на воду спустим».

Ядро хлестнуло по борту корабля. Элайджа выругался: «Только бы с папой все было хорошо. Он на боте, я ему сказал - не высовываться, подбирать раненых, и все. Не надо ему лезть сюда, на седьмом десятке. У нас всего две пушки осталось, не разбитых, вот это плохо». Он вытер пот со лба и поморщился - еще в начале боя его ранило по касательной, осколком. Сейчас, почувствовал Элайджа, внизу, под грязной, пропотевшей рубашкой опять текла кровь.

Пушка выстрелила. Фок-мачта «Королевы Шарлотты», зашатавшись, надломилась.

– Получите, - пробормотал Элайджа, увидев, как британский флаг падает вниз. Перри, стоявший у второй пушки, тоже выстрелил. Ядро пробило нос «Королевы Шарлотты».

– Пора, - жестко сказал Перри. «Детройт» далеко стоит, они нас не достанут, а эта, - он указал на британский фрегат, - уже не опасна. Спускай шлюпку, Элайджа. Доберемся до «Ниагары» и продолжим, - Оливер нехорошо усмехнулся. «Если бы еще ветер поднялся…»

С утра озеро было тихим. Перри, когда они огибали мыс, что закрывал деревню с востока, потрепал Элайджу по плечу: «Не волнуйся, твой отец сам туда, - он указал на озерный простор, - ходил, ночью. Все британские корабли на востоке собрались. Им просто некого к вам в залив посылать».

– Ветер, да, - пробормотал Элайджа, отходя от пушки. «Нет никакого ветра, все еще. Придется нам на веслах идти, Оливер. Мы здесь как на ладони, - он посмотрел на палубу «Королевы Шарлотты». Британский флагман горел.

– А вот если начнется ветер, - он обернулся к Перри, - «Детройт» в мгновение ока рядом окажется, и разнесет нас в клочья.

– Если мы здесь останемся, - зло сказал Перри, - нас тем более разнесет. Выполняй приказание, я пойду, - он помолчал, - флаги сниму.

У трапа Перри остановился, держа в руках свой темно-синий штандарт и американское знамя. Встав на колени, он поцеловал грязную, в пробоинах палубу. «Прости, девочка, - тихо сказал капитан, - но я вернусь, обещаю. И приму капитуляцию британцев».

Когда они спускались по трапу в шлюпку, Элайджа подумал: «С «Королевы Шарлотты» нас не видно. Пока. Когда мы «Лоуренс» покинем, будем как на ладони».

В шлюпке сидело десять человек. Перри, оглядев матросов, спросил: «Где раненые?»

– Здесь раненые, - хмуро отозвался один из них, приложив руку к забинтованной голове.

– Больше, - матрос вскинул усталые, покрасневшие от порохового дыма глаза, - больше не осталось никого, капитан Перри, капитан Кроу.

– И нас не останется, как только мы канаты перерубим, - донеслось до них с кормы. «Мы словно мишень в тире, только и знай, что стреляй».

Элайджа жестко оборвал матроса: «Если надо будет, мы до «Ниагары» вплавь доберемся. Капитан Перри, - он помолчал, - поднимать флаги?»

– Поднимайте, капитан Кроу, - кивнул Перри, положив руку на шпагу. Два штандарта поползли вверх по мачте, и кто-то сказал: «Ветер! Восточный!»

Элайджа взглянул на знамена, бьющиеся в небе, - оно было затянуто пороховым дымом, - и закрепил парус: «Может быть, Эллиот, на «Ниагаре» додумается подойти ближе. Все меньше проболтаемся под британскими пушками».

Шлюпка обогнула нос «Лоуренса». Над их головами сразу же просвистело ядро.

Мирьям высунулась в разбитое окно и посмотрела на залив. Три британских фрегата обстреливали деревню, с верфи уже доносился запах гари, над черепичными крышами поднимался столб дыма. «Тони, поторопись, - крикнула женщина, - нам надо уходить».

Она легко взбежала наверх и застыла. Невестка стояла, уцепившись за косяк двери, тяжело дыша, держась за живот.

– Началось, - испуганно сказала Тони. «Тетя Мирьям, но ведь еще неделя…».