Чтение онлайн

Она дышала, - взволнованно, неровно. Петя увидел, как белая щека медленно покрывается румянцем.

Девушка, внезапно, повернулась, и вскинула голову - в больших, лазоревых глазах стояли слезы. Петя испугался: «Простите..., простите, если я вас чем-то обидел, кузина. Я больше ничего не скажу...»

Юджиния покачала головой и всхлипнула: «Говорите, кузен Пьер. Говорите, пожалуйста. Я и сама хотела..., - она совсем зарделась, но, решительно, продолжила: «Хотела к вам прийти, кузен, прийти, - девушка смешалась. Петя, все еще не веря, тихо спросил: «Так я могу надеяться, кузина Эжени? Вы знайте, пожалуйста, что лучше вас на свете девушки нет. Я всегда, всегда буду рядом. Если хотите, - он внезапно улыбнулся, - я брошу армию, науку, и стану оперным певцом. Будем вместе выступать».

Она взяла его руку, - Петя даже закрыл глаза, - так это было сладко, и он понял: «Прав был папа. Я хорошо сделал, что ждал, не разменивался на всякое..., Никого мне, кроме нее, не надо, и никогда не понадобится».

Юджиния оглянулась . На колоннаде было пусто, и, вытерев его ладонью свои слезы, поднявшись на цыпочки, девушка шепнула: «Что ты, милый. Это твоя жизнь, твое дело, твоя страна. Я просто останусь с тобой и всегда буду рядом. Вот так, - она нежно, мимолетно прикоснулась губами к его щеке. Петя, счастливо, подумал: «Надо завтра прошение государю императору подавать, чтобы он разрешил нам повенчаться. Тянуть незачем, Петров пост на той неделе. Сразу после него и поженимся».

Юджиния, будто услышав его, сказала: «Я твою матушку попрошу, пусть мне найдет священника, который по-французски говорит. Я еще плохо русский язык знаю. Но я выучу, обязательно, Петя, - сказала она, по-русски, ласково. Так ласково, что он, все еще держа ее руку, вздохнул: «Я сейчас умру, прямо здесь, от счастья. Нет, нет, какое там. Мы с ней проживем долго, до ста лет, у нас будут дети..., - Петя погладил жесткие от клавиш кончики пальцев и, отчаянно желая только одного,- чтобы вокруг подольше никого не было, наклонился к ней: «Можно ведь и так, любовь моя..., Тебе не обязательно...»

– А я хочу, - упрямо ответила Юджиния. «Твоя мама так сделала, и я хочу. Это теперь и моя страна. Россия, - она вспомнила карту: «Здесь скоро будут железные дороги, будет пароходное сообщение..., Все будет, как в Европе. И до Лондона совсем близко, мама с папой будут приезжать».

Когда они шли в сторону кондитерской Беранже, - рядом, изредка, незаметно, касаясь друг друга, Юджиния весело заметила: «Мне месье Пушкин говорил, что я кому-то понравилась там, на вашем вечере. Но я не могла подумать, что это ты был. Это ты его попросил со мной встретиться?»

– Ничего я его не просил, - смешливо буркнул Петя, - это он сам. Но в шаферы я его все равно возьму. А ту арию, из «Свадьбы Фигаро», я пел потому, что решил, - я тебе совсем не нравлюсь.

Юджиния хихикнула: «Дурак. Я потом вернулась в гостиницу и плакала. Мне показалось, что ты в другую девушку влюблен».

– Я еще никогда ни в кого не влюблялся, - серьезно ответил Петя, - когда партизанил, мне одна девушка нравилась. Мы с ней только словом перемолвились, и все. И поцеловала она меня. В щеку, - торопливо добавил юноша. «Так что ты не думай, милая..., - он покраснел.

– Ничего я не думаю, - Юджиния, осмотревшись, провела пальцами по его ладони. «Я в тебя влюбилась там, в Париже. По-детски еще, конечно..., - она смутилась. Петя, серьезно сказал: «Или, если хочешь, давай до осени подождем. Чтобы твой брат приехал, сестра, из Парижа...»

Девушка помотала изящной головой: «Не хочу ждать. Мы их потом сами навестим, милый. У тебя же будет отпуск?»

– Следующим летом, - уверил ее Петя. «Поедем в Лондон, в Париж..., Жалко только, до Южной Америки не успеем добраться. Ничего, папа с мамой туда отправятся, посмотрят на внука».

– Джоанна, она очень смелая, - задумчиво, сказала Юджиния, когда они уже вышли из кондитерской. «Это ведь так далеко - Венесуэла. Я тоже, милый, - она улыбнулась, - за тобой, хоть на край света отправлюсь».

Петя вспомнил осенний лес, запах сырой листвы, и высокую женщину, с глазами цвета дымного неба. «Любить тебя будет - больше жизни, веру твою примет, за тобой на край света пойдет, - услышал он мягкий голос Ханеле.

– Папа мне говорил, - подумал Петя, - она никогда не ошибается. Интересно, куда мы с Эжени поедем? Я не дипломат, я военный, инженер..., В Сибирь, наверное. Ничего, и в Сибири люди живут».

Он, внезапно испугавшись, взглянул на ее стройные плечи, на едва заметную под платьем, маленькую грудь: «Милая моя, может случиться, что меня пошлют куда-нибудь..., У нас большая страна».

Юджиния рассмеялась: «Я карту видела, Петя. У вас..., у нас - она до Тихого океана. Ничего, ты видел родословное древо. Наша семья, где только не живет, теперь и в Южной Америке. Надо будет на Тихий океан поехать - поедем, не волнуйся. И фортепьяно возьмем, конечно».

Петя, вдохнув запах жасмина, твердо сказал: «Спасибо тебе, любовь моя. Только подожди, - они проходили мимо цветочной лавки, за два дома от гостиницы Демута, - я сейчас букеты куплю. Тебе, твоей маме, моей маме...»

– Ты мне уже купил, - Юджиния все улыбалась, - широко, счастливо.

– Сколько бы я тебе не дарил цветов, - шепнул ей Петя, - этого всегда будет мало.

Когда он зашел в лавку, Юджиния прислонилась к перилам набережной. Взглянув на часики, девушка ахнула: «Мама с папой, наверное, в полицию пошли, меня искать. Или после десерта пойдут, мы три часа, как расстались. Господи, я и о времени забыла, так неудобно...». Она увидела Петю с букетами роз: «Навсегда. Какое счастье все-таки, это теперь навсегда».

Окна столовой в номере Кроу были растворены на набережную. Марта, затянувшись сигаркой, помешивая кофе, заметила: «Что-то долго их нет, - женщина улыбнулась, - впрочем, город у вас красивый, Тео, есть, где погулять».

Тео немного покраснела и пробормотала: «Да я и сама не знаю, Марта, что..., - а потом дверь столовой заскрипела. Марта увидела лазоревые, счастливые глаза дочери, - за ней стоял Петя с цветами. Юноша, сглотнув, сказал: «Дядя Питер, тетя Марта..., я, я прошу руки вашей дочери, мисс Юджинии».

Тео ахнула: «Петенька!». Она увидела, как муж, поднявшись, забирая у сына букеты, ласково улыбается. Питер тоже встал. Посмотрев на жену, - Марта потушила сигарку и лукаво вздернула бровь, - он рассмеялся: «Позвоню, чтобы шампанского принесли».

Вечером, сидя на кушетке в спальне матери, положив ей голову на плечо, Юджиния тихо спросила: «Ты не обижаешься, мама? Все-таки я далеко от вас жить буду».

– А Тедди где живет?
– усмехнулась мать. «К нему езжу, и к вам приеду. У твоего мужа родители замечательные. Я у его отца любовницей была, - Марта не выдержала и расхохоталась, - ты эту историю знаешь. А с тетей Тео мы еще во время оно познакомились, - Марта увидела перед собой Тео, - ту, какой она была почти полвека назад и добавила: «Мы с папой очень счастливы за тебя, доченька. А следующим летом вы нас навестите, Элизу увидите...»