Чтение онлайн

На нежном пальце Джоанны блеснул синий алмаз, и она покачала головой: «Тетя Марта и дядя Питер меня спасли. Я никуда не двинусь, пока не увижу их здесь, - она топнула изящной, в простой туфле ногой, по доскам палубы.

– Ладно, - вздохнул Майкл и стал спускаться по трапу. Из трубы яхты шел темный дым, два русских военных бота крейсировали поодаль. Бенедикт, помахав отцу, положил руку на золотой медальон. Еще в Стокгольме, отдавая его Бену, отец, смешливо, сказал: «Подержишь у себя, пока я не вернусь. Там кольцо внутри, что я для мамы твоей сделал - он поднял бровь, - может, оно тебе сейчас нужно?»

– Через три года, - твердо ответил Бен. Отец только хмыкнул: «Больше ничего не спрашиваю».

Бенедикт стоял на носу шведского корабля, глядя на отца. Майкл устроился у штурвала яхты, в простой, холщовой матросской куртке, покуривая сигару. Обернувшись, он крикнул: «Скоро вернусь!»

– Через три года, - счастливо повторил Бен, провожая глазам седоватую голову отца. «Когда Тони шестнадцать исполнится». Он посмотрел на восток - корабли уже почти пропали из виду. Над морской водой остался только легкий, темный дымок. Вскоре и он рассеялся. Бен, повернувшись к мальчишкам, велел: «Спускаем шлюпку. Нам теперь только и остается, что купаться и рыбу ловить».

– Есть спускать шлюпку!
– рассмеялся Мишель. Бен еще раз взглянул на восток - горизонт был пуст. Увидев бесконечное, тихое пространство моря, он отчего-то поежился.

Летнее солнце заливало кабинет, пятна света лежали на драгоценном паркете, пахло сандалом. Николай, стоя напротив большой карты империи, что висела на стене, склонив голову, поставил карандашом едва заметную точку в белом пространстве за Байкалом. «Нерчинск, - сказал он себе под нос, - и Горный Зерентуй. Они близко друг от друга, рядом граница, вот и отлично. Обвиним Петра Федоровича в подготовке заговора с целью освобождения других бунтовщиков».

Он вернулся к столу. Развернув карту Балтийского моря, посмотрев на нее, император вспомнил тихий голос барона Шиллинга: «Все очень просто, ваше величество. Мы над этой технологией работали вместе с Петром Федоровичем, - инженер внезапно покраснел.

– Ничего, ничего, - император похлопал его по плечу и повертел в руках стеклянную, запаянную трубку.

– И это все?
– удивленно спросил Николай. «Такая маленькая мина?»

– Это заряд, - Шиллинг позволил себе улыбнуться. «Осторожней, ваше величество». Инженер указал на жидкость: «Здесь серная кислота, под ней смесь бертолетовой соли и простого сахара. И немного пороха. Как только трубка повреждена, скажем, - Шиллинг взглянул на карту перед ними, - от столкновения с бортом морского судна, серная кислота вытечет на бертолетовую соль. В ходе этой реакции выделится двуокись хлора. Сахар загорится без подогревания, зажжет порох, а там, - профессор повел рукой, - в дело вступит основной пороховой заряд мины».

– Очень умно, - одобрительно сказал Николай. «Вы считаете, не стоит минировать саму яхту?»

Шиллинг потер гладко выбритый, пухлый подбородок. «Ваше величество, сэр Майкл Кроу, не побоюсь сказать - один из лучших инженеров Европы. Они сейчас с мистером Марком Брюнелем строят тоннель под Темзой».

Николай невольно посмотрел на шпиль Петропавловской крепости: «Неужели можно будет пустить железную дорогу под землей? Проложить рельсы...»

– Сэр Майкл, - твердо продолжил Шиллинг, - наверняка, придет сюда на паровом судне, оснащенном компаунд-машиной. Это особый вид двигателя, для морских перевозок. Он его и создавал, собственно. Он свой корабль знает, будет совершенно невозможно обвести его вокруг пальца. Нет, нет, только мины по ходу фарватера, ваше величество.

– Морское ведомство уже извещено, - Николай прошелся по кабинету, и Шиллинг удивился: «Надо же, высокий, широкоплечий, а двигается неслышно. Будто тигр».

– Они вам окажут всяческую поддержку,- пообещал император. «И запомните, это должно случиться на границе наших территориальных вод и нейтрального пространства».

– Но ведь он может отклониться от фарватера, - недоуменно заметил Шиллинг.

Николай усмехнулся, показав крупные, белые зубы. «Депортация будет проходить под эскортом двух военных кораблей, с пушками. Он будет следовать тем фарватером, который ему укажут, барон. За это не беспокойтесь».

– Все сработает, ваше величество, - Шиллинг взял перо и стал отмечать на карте расположение мин.

Николай покусал серебряный карандаш: «Все готово. Сейчас придет этот сэр Майкл Кроу. Привезут его родителей, зачитаем им ноту о депортации, и прямо отсюда они отправятся в гавань. Вот и славно».

Он позвонил в колокольчик и спросил, убирая карту в стол, запирая ящик на ключ: «Здесь он, Александр Христофорович?»

– Вместе с атташе британского посольства, тем, что будет наблюдать за депортацией, - поклонился Бенкендорф.

В ноте говорилось, что дальнейшее присутствие супругов Кроу в пределах Российской империи является нежелательным. В тайном распоряжении, отосланном в посольства, предписывалось отказывать в визах всем представителям семей Кроу и де Лу. «Ты проверь, Александр Христофорович, - велел Николай, - этот Питер Кроу говорил, что у него пасынок в Америке».

Бенкендорф изогнулся и плавно положил под локоть царя бумагу. «От нашего будущего посла в Вашингтоне, Павла Александровича Криденера. Он, хоть верительные грамоты не вручил пока, но уже работает».

– Судья Верховного Суда, - хмыкнул Николай, пробежав глазами документ. «Земли, угольные копи, акции в пароходных компаниях. Мадам Кроу удачно себе мужей выбирает, первый у нее тоже не бедствовал. Второй был герцогом..., - Николай вздохнул и дошел до конца листа: «Видишь, племянник этого самого Теодора, мистер Дэвид Вулф, мало того, что сын вице-президента покойного, еще и восходящая звезда в их министерстве иностранных дел. Возьмут его, и сюда послом назначат, - император, внезапно, выругался.

– Ваше величество, - успокоил его Бенкендорф, - даже если назначат, кто в России найдет пятилетнего мальчика? Тем более, что ему, по вашему приказанию, фамилию поменяют. Я могу и Криденеру послать распоряжение, чтобы этим Бенджамин-Вулфам тоже визы не давали. На всякий случай.

– Пошли, - желчно велел Николай. «И помни, как только Кроу уезжают с квартиры, в нее входят твои люди. Экипаж будет ждать у подъезда, они должны оказаться там, а остальное не твоя забота. Что со слугами?»

– Уйдут и не вернутся, - развел руками Бенкендорф. «Конечно, мы сделаем так, чтобы они молчали».

– Молодец, - похвалил его Николай.

Сейчас он подождал, пока Бенкендорф войдет, и спросил: «Оружие забрали у этого Майкла Кроу?»

– У него и не было ничего, - Бенкендорф поклонился. «Только капли желудочные, в склянке, от катара. Их принимать по часам надо, я такие сам пью».

– И я когда-нибудь буду, - вздохнул Николай. Оправив гвардейский мундир, он велел: «Зови! Атташе пусть в гавань отправляется. На его глазах яхту проверьте, чтобы потом, - император тонко улыбнулся, - британцы нам претензий не предъявляли».