Чтение онлайн

— Зря вы отказываетесь, Кайл, вам нужно попить, да и поесть тоже. — Георг встал и, не обращая внимания на пронзительные взгляды Новилина, стал готовить пищу. Оба не проронили ни слова до тех пор, пока Георг не протянул своему недавнему пленнику тарелку с едой, молча поднял на него Кайл удивленный взгляд, очень быстро смененный на насмешливый.

— Кормите живой транспорт? Что ж, разумно.

— Да, и на месте живого транспорта я бы поел, думая о предстоящей дальней дороге, — говорил Георг, ставя тарелку на землю, подле Новилина, тот не удостоил её и долей внимания.

— А мне что? Загоните и ладно.

— Ладно? О матери своей подумайте!

— Нет, лучше вы, о чем будете говорить ей, когда вернетесь.

— О вашем нежелании помочь и моем глубоком сожалении по поводу вашей бесславной кончины.

Насмешливое выражение вмиг слетело с лица Новилина.

— Вы же её убьете этим!

— Наверно, во всяком случае, она очень расстроится, — произнес Георг, располагаясь на противоположном о Кайла конце большого костра.

Глаза Новилина слились в одну щелочку, он пристально посмотрел на принца, но потом решительно возразил.

— Я вам не верю, вы этого не сделаете.

— Неужели? Вы не верили и в то, что я смогу… надавить на вас.

— Почему же не верил? Верил, но только это продиктовано вашей любовью и нарастающим отчаянием: вы боитесь опоздать.

Георг внимательно посмотрел на Новилина, однако возражать не стал.

— Да, верно, но в этом-то и вся суть. Во имя цели я могу не только убить. Зря вы считаете меня святым.

— Нет, я не сказал, что вы святой, но определенные стойкие грани морали в вас есть, перешагнуть через которые вы не сможете.

— Какая проницательность! — с чуть ехидной усмешкой сказал Георг. — Давно заметили или на днях вывод сделали?

— Давно.

— О! Не ожидал!

— Так всё-таки, что вы скажете моей матери, ваше высочество?

— Я уже сказал вам: о вашем нежелании помочь.

— Нежелании помочь! — не выдержав, воскликнул Новилин. — Если бы я не желал вам помогать, то я не полетел бы вообще, просто не надо забывать о допустимых пределах, по-моему, вы их не заметили!

— Видимо, они не входят в состав моих моральных принципов, Кайл, как вы сами только что сказали.

— О! Прекратите! Неужели вы не понимаете, что лететь туда двоим, слишком рискованно? Думаете, я не вижу, что дело тут серьезное, и ваша Руфина пропала не просто так. Зачем вы летите в Чертомир? Очевидно не за тем, чтобы купить амулет Богини Амнэрис!

— Нет, Кайл, я не брал на это денег, хотя… кто знает, может, я и пожертвую чем-нибудь в угоду такому заманчивому предложению.

— Опять шутите! Шутите! Только знайте: либо я знаю всё, либо вам придется постоянно управлять мной.

Георг молчал с минуту, потом мрачно и твердо ответил.

— Значит, буду управлять.

— Но почему?! Что такого, если вы расскажете мне истинные мотивы ваших намерений? Неужели я кому-то побегу рассказывать о них — я, в конце концов, офицер армии, и я не собираюсь попирать свою честь!

На это раз Георг молчал минут пять, когда он заговорил, Новилин даже вздрогнул.

— Хорошо, знайте, я направляюсь к Богине Амнэрис, потому что уверен: это она захватила Руфину. Возможно, Руфина именно в Чертомире, я чувствую, что она где-то в Идэлии. Во всяком случае, в Чертомире я смогу получить ценную информацию о встрече с госпожой Амнэрис. Довольны?

— Но… но с чего вы так решили, что это Она? Зачем ей это? Не говоря уже про то, что вы на себя берете.

— Та крылатая тень в Каримах, тот демон, что напал на Индиру — всё это её послания, напоминающие мне о силе своей госпожи. Не знаю, почему она взялась за меня именно сейчас, почему молчала эти пять лет, но теперь всё так, как есть.

— Но зачем всё это? Что вы такого сделали?

— Победил её ученика, Сина Балскове. Вы ведь помните, что пять лет назад произошло в Ридане. Тот маг, которого все называли Кириллом Белорским, на самом деле был Син Балскове, тело Белорского, а душа Балскове, это сделала она, Богиня Амнэрис. Я победил Балскове, её ученика, а значит, бросил вызов и ей. Только тогда я думал, что наша война на земле, а война Богов, наших учителей, в небесных сферах, но, как видите, я ошибался.

То, что он говорил, с трудом поддавалось осмыслению. Кайл смотрел на него так, словно еще ничего не услышал и только собирался услышать объяснения.

— Но ведь этот Балскове жил тысячу лет назад, если не больше.

— Я ведь о душе говорю, Кайл, тело его и оставалось в прошлом, в тюрьме, которую он сам сделал.

Новилин изумленно смотрел на принца, кто знает, может он и прав в своих догадках: Богиня так просто ничего не прощает. Зато Георг испытал явное облегчение, он говорил об этом только Андрею, продолжая изворачиваться в разговорах с родителями, а потом и с друзьями. Ему стало несказанно легче, что сейчас рядом есть кто-то, кто всё знает и не надо лгать и искать несуществующие доводы.

— Так вы поможете мне, Кайл? — спросил он тихо, Новилин также тихо ответил ему.

— Да.

Георг на минуту устало закрыл рукой глаза.

— Спасибо! Спасибо вам, Кайл, и простите, если только о таком можно просить, что не сказал вам всего сразу. Просто признаться в том, что твой учитель Тасмир, а ты пять лет назад сражался с учеником Богини Темных Сил, на сущностных началах перешедшего в тело Кирилла Белорского, не так-то просто.

— Да, услышать такое тоже не просто.

Георг печально усмехнулся.

— Но вот видите, а вы так настаивали. Я же ведь жалел вас! Но не пожалею в будущем, если это кому-то станет известно от вас, Кайл.

— Даю слово, что никому не скажу об этом, если я нарушу его, то пусть гнев Азалии уничтожит меня в тот же миг! Только… последний вопрос, можно?

— Ну, валяйте, может, я и отвечу.

— Вы вообще никому никогда не говорили об этом?

— Зачем вам это? — удивленно задал Георг встречный вопрос, но все-таки ответил. — Брату, конечно же, сказал. Больше никому. Вам нужно поспать, Кайл, впереди дальняя дорога.