Венец из окровавленных костей
Шрифт:
— Агарваэн — перебил ее Хорн. Прошлое буквально задышало в затылок. «Гарвэн — вот ты и вернулся». Кулаки тана сжались, на лице появилась нескрываемая тень ненависти.
— Ты его знаешь? — догадался Дункан.
— Потом. — Тан даже не посмотрел на него, все его естество поглощало пленницу. — Где он? Что он говорил?
— Я не слушала, я не была в числе приближенных, я просто пошла за братом. Другой родни у меня нет. А друид, он ушел вчера, с теми, кто первыми услышал зов. Он сказал, на охоту.
— И они не вернулись?
— Нет.
— Сколько?
— В-восемь, да, где то семь или восемь, самые приближенные. Они первые переродились..
— Стали теми пустоглазыми? — Догадался Хорн.
— Я отказалось пить напиток друида, и он отправил меня к тем, что должны были вернуться назад, и сказать общинам, что время зова пришло. Но я хотела убежать, когда брат перестал откликаться на имя, когда он, он стал таким… — он зарыдала.
— Напиток? — Дункан почувствовал, что единственный ничего не понимает.
— Я знаю, про что она. — Коротко бросил тан. — Больше от нее мы врят ли что-то узнаем. С друидом был кто-то особенный. Или он ждал кого-нибудь?
— Н-нет, но он говорил, что скоро придет его соглядатай, алый вождь, Амон-Беорн. (вождь вождей).
Прошлое со всей силы ударило в голову и прошло насквозь.
Хорн непроизвольно ударил кулаками о стол. Дункан явно был заинтригован такой реакцией.
— Что будет со мной…Я не убивала!
— Да, но твой культ, община…убивали, а согласно последнему закону, общин, что подняли оружие на королевских или церковных служащих следует передавать церкви. Однако вы совершили это на землях тана, а не Рейна. Так что, пока…
— Я не убивала, я всего лишь шла за братом, я ничего не хотела…
— Я верю.
Дункан распорядился, чтобы ей принесли подстилку и что-нибудь поесть горячее. Второй пленник кажется стих, но по его лицу было видно, что он остался непреклонным. Они попытались допросить и его, но без насилия не обошлось. Костолом пару раз ударил его по челюсти, сломал пару пальцев, кроме проклятий скорой смерти из рта его ничего не выходило. Больше было нельзя, мог умереть от потерянной крои. Однако допрос второго пленника был лишь формальностью, Хорн уже все и так выяснил, А Дункан искал подходящего момента, чтобы все разузнать.
— Куда уйдут оставшиеся? — Дункан решил решать проблемы и задавать вопросы по мере важности. А сейчас, информация о друиде, казалась более далекой.
— Северные таны говорили о начале набегов горцев. Они еще не перешли границы, но их видят на предгорьях.
— Как и каждое лето?
— Но они не нападают, что-то ждут.
— Значит…они вместе.
— Друид — точно. — Хорн вздохнул, показывая, что больше ему нечего сказать. — Горцы — наша забота. — Отрезал он перед отъездом.
Тан выехал из замка уже в полнейшей ночной темноте. Он не собирался обременять рейнскую землю своим присутствием, все ему здесь претило, хотя Таврусы ему нравились, да и земли ничем не отличались от его собственных, но все же это был южный берег. Отъезжая, в голове он прокручивал последний свой разговор с Дунканом. Тот как молот ударил его прошлым прямо в лицо.
— Я знаю, что вы поняли, кто этот друид. — Сказал молодой граф. — И я знаю, что это как то связано с нападением вашего брата. И если он каким-то чудом остался жив и вернулся, я…
— По его вине убили мою жену, мой сын чуть не умер ребенком, мой род был проклят девятью старейшинами…Если он каким-то чудом жив и вернулся, я сам его убью.
Судя по всему, Дункан поверил его словам, и отпустил без лишних расспросов. Лишь только напомнил об оставшихся пустоглазых, и что он окажет любую помощь. Хорн поблагодарил и уехал.
На пол пути он резко свернул с дороги, не объясняя причины даже своим людям. Те, рванули за ним, но поздно, они еще долго не могли разглядеть в ночной темноте путь тана. Наконец, чутье вывело их почти через час к старым развалинам. Сначала до них донеслись яростные выкрики:
— Покажись! Ублюдок, покажись!
Они застали тана бессильно стоявшем на коленях среди развалин с обнаженным мечем. Тело его было здесь, но мысли его унесли по реке времени далеко в прошлое…
***
… - … мы выбросим этих ублюдков обратно за закатный берег! Во имя богов, во имя будущего! Во имя бессмертной славы! Они узнают, что такое топоры севера! Это наши леса, наши земли и наша проклятущая река! А теперь этот выбледок решил нас потеснить! Забрать могилы наших предков! — Глаза Бронна просто кипели от ярости. Он показушно встал ногой на стальной панцирь рыцаря, сраженного двумя стрелами в шею. — Они пришли на наши земли с железом, и теперь сыновья Рейна послужат удобрением для наших полей!
Толпа поддержала яростными возгласами, люди вскидывали вверх топоры, мечи, копья. Компания на железном холме собралась многогранная: лесорубы танов, дружина островитян-муровингов с голубыми щитами, полукровки с хребтов, даже несколько десятков чистокровных Даннан: высокие, нечеловечески бледные, зеленоволосые, с ровными, как перья у филина бородами. Их янтарными глаза наливались кровью, в такт с Бронном. Хорн стоял в первом ряду, потрясывал клинком, однако ему это все не нравилось. Нет, графа нужно было убить, иначе он бы убил их и забрал земли, но то, что это все превращалось в какую-то «войну богов», ему не нравилось, но брата было не остановить. Его новая вера его изменила. А может быть, просто пробудила. В памяти Хорна, все еще были свежи воспоминания об увиденных образах в огне, чтобы считать брата безумцем.
После пламенной речи Хаг собирал командиров отрядов в своем шалаше, среди болот, самое безопасное место, рейнские латники потонут еще на полпути. План был на первый взгляд прост и понятен: Хорн и воины фирда нападут под покровом ночи на засечный отряд, главная цель отвлечь пограничных рыцарей на себя. Сам же Бронн с горсткой Даннан и муровингов захватит замок. Это часть плана больше всего смущала Хорна. Замок графа……был вдвое выше всех крепостенок танов и взять его даже если весь его гарнизон сосредоточен снаружи у береговой линии. На все расспросы Бронн уклончиво отвечал, он справится, друид поможет.
Когда все разошлись и братья остались наедине, Хорн, предчувствуя, что больше не увидит брата, сразу спросил:
— Мы еще можем отступить?
— Отступить, брат, ты не понимаешь, мы-начало…
— Какое начало? Нам нужно лишь проучить его, корона Рейна его не поддержала.
— Корона Рейна — он странно рассмеялся.
— Друид запудрил тебе голову.
— Он указал мне путь, ты и сам видел ЕГО…
— Я видел чудовищ. И если это твои новые боги, до я по другую сторону. Подумай о жене, о сыне…