Чтение онлайн

Я порадовался предусмотрительности моего хозяина и пал ниц перед ним:

– О, многомудрый повелитель, прости меня за сомнения! Повергаю мое лицо в прах послушания!

Визирь самодовольно улыбнулся:

– Набросим покров забвения на твое прегрешение. Если ты исполнишь мое поручение, я отпущу тебя на волю и дам приличную сумму на обзаведение хозяйством. И совсем скоро ты начнешь свободную и безбедную жизнь!

Животворная надежда наполнила мою душу, и я воскликнул:

– Да будет тысячекратно вознаграждена твоя щедрость! Располагай мною!

Он с одобрением посмотрел на меня, и его голос неожиданно дрогнул:

– Завистники ищут моей гибели и уповают на мнительность нашего повелителя, да продлит Аллах, милостивый, милосердный, его счастливые годы… Мне чудится, что палач уже занес надо мной остро отточенную саблю… – он судорожно охватил горло ладонью. – Времени осталось очень мало… Поспеши…

Он помолчал, устало прикрыл глаза и мановением руки отпустил меня.

Цирюльник быстро исполнил задуманное хозяином, и через несколько дней я отправился в дальнюю дорогу. Визирь дал мне десять серебряных дирхемов на непредвиденные расходы, и я почувствовал себя настоящим богачом.

Был полдень, обжигающие лучи солнца разогнали людей по тенистым закоулкам, и я надеялся беспрепятственно миновать городские ворота. Однако оказалось, что стражники за все утро не поймали ни одного подозрительного человека и страх наказания за плохую службу кусал их за пятки. Воины кинулись на меня, как голодные волки бросаются на беззащитную овечку. Их ловкие руки прощупали всю мою одежду, но ничего подозрительного не нашли. Недовольно ворча, они отошли от меня, и я уже готовился продолжить свой путь, как старший стражник посмотрел на мою голову, злобно сузил глаза и спросил:

– О, сын нужды, зачем ты брил голову?.. Здесь что-то не так! – и приказал стражникам. – Хватайте его!

От неожиданности я не нашелся, что ответить этому воплощению бдительности и усердия. И уже множество рук нависло надо мной, как меня осенила спасительная мысль и я вскричал:

– О, славные удальцы, остановитесь! Я поведаю вам истинную правду…

Стражники в замешательстве застыли на месте.

Я перевел дух и жалобным голосом продолжил:

– Одну луну назад в меня вселилась заразная болезнь, которая вызывает кровавую рвоту и, если ее не лечить, мучительную смерть. Лекарь побрил мне голову, втер в нее целительные мази и пообещал выздоровление. Но опасная хворь пока еще держит мое тело в своих острых когтях, и если вы забудете об осторожности, она вцепится и в вас!

Испуганные воины отбежали в сторону, и старший пригрозил:

– О, скидыш гиены, убирайся прочь, иначе мы угостим тебя стрелами…

Я не заставил себя упрашивать и быстро скрылся за воротами города.

Через несколько дней я добрался до Билиса и направился во дворец эмира. У входа в него сидели изнывающие от безделья стражники. Старший с презрением посмотрел на мое ветхое одеяние и лениво спросил:

– О, брат нищеты, что тебе нужно здесь, в обители великих?

– О, доблестный воин, я принес письмо победоносному эмиру.

Он брезгливо поморщился и протянул руку:

– Давай его сюда.

– Но я должен передать послание самому повелителю!

Стражнику не понравилась моя настойчивость, он вскочил на ноги и приказал своим подручным:

– Обыскать его!

Меня схватили, перетряхнули одежду, но не нашли ничего, кроме десяти дирхемов. От неожиданной добычи у старшего загорелись глаза, и мои кровные денежки тут же перекочевали в его кошель. А чтобы я не пожаловался эмиру на грабеж, он решил погубить меня и вскричал:

– Никакого письма нет! Этот человек по наущению врагов хочет убить нашего правителя, да продлит Аллах, милостивый, милосердный, его счастливую жизнь! Отведите злоумышленника к палачу, пусть тот своей саблей послужит достославному эмиру!

Тут же множество услужливых рук вцепилось в мой халат. Я уже прощался с белым светом, как на улице раздался громкий топот коней и во двор влетела вереница всадников во главе с эмиром. Мы рухнули в горячую пыль. Когда все стихло, я приподнял голову, поцеловал землю между ладонями и сказал:

– О, всемогущий властелин, да падет на твое сердце светлая роса благосклонности! Я принес важную весть, выслушай меня!

Старший стражник, чувствуя, как вожделенные дирхемы готовятся уплыть из его липких рук, возмутился:

– О, пресветлый господин, этот бродяга с обгорелым лицом – выходец из преисподней! У него дурной глаз и он причинит тебе большое зло. Прикажи, и я отрублю ему голову! – он вскочил на ноги и занес надо мной сверкающую саблю.

Эмир движением руки остановил его, испытующе посмотрел на меня и приказал:

– Говори!

– О, блистательный повелитель, я привез тебе послание от визиря города Калиб. Тайну его прочтения я открою, когда вокруг нас не будет лишних глаз и ушей.

Взгляд эмира смягчился, и он одобрительно покачал головой:

– Твоя осторожность заслуживает не только похвалы, но и достойной награды!

По его знаку старший стражник повел меня в приемную залу. Еще не веря своему спасению и с трудом передвигая ноги от пережитого ужаса, я двинулся во дворец. Спиной я чувствовал пышущее злобой дыхание конвоира, игравшего обнаженной саблей и готового под удобным предлогом снести мне голову. Но судьба сжалилась надо мной, и вскоре я предстал перед правителем живым и невредимым.

Он отпустил стражника, сел на богато украшенный трон и тихо сказал:

– Если ты принес известие, которое я давно жду – получишь целую горсть отборного жемчуга, – он достал из потайного места шитый золотом увесистый кошель, подбросил его на ладони и положил рядом с собой на столик. – Так где же письмо?

Меня порадовала щедрость эмира, я поклонился ему и ответил:

– О, источник милостей, сообщение визиря написано на моей голове. Прикажи остричь ее, и ты все узнаешь.

Лицо эмира осветилось улыбкой. Он вызвал стражника и тот отвел меня в соседнюю залу. Через короткое время пришел цирюльник, сбрил мои едва отросшие волосы и удалился. Оставшись в одиночестве, я вольготно развалился в одном из кресел, погладил холодеющую лысину и слегка прикрыл глаза. Мне было чему радоваться: опасное предприятие, которым я занимался последние дни и из-за которого едва не потерял голову, завершено! Осталось только получить все обещанные мне награды, что, конечно-же, не составит особого труда! Охваченный восторгом, я подумал: а ведь этот мир не так уж и плохо устроен! Перед моим мысленным взором заклубились волны розового тумана с картинами будущей счастливой жизни. Мне представились собственная лавочка со всевозможными товарами, улыбчивая жена с круглыми щечками, радующие сердце дети – помощники по хозяйству…

Но я вырвался из плена сладких грез и вскочил на ноги. Разве теперь можно было терять время?! До исполнения самых смелых желаний остался только один шаг! Но я никак не мог его сделать: мой конвоир куда-то запропастился! Я подбежал к выходу и позвал его, но никто не отозвался. Мне пришлось стреножить нетерпение и предоставить событиям идти своим чередом.

Я прошелся по зале, любуясь красивыми вазами, коврами и редкими предметами, привезенными со всех концов света. Особенно удивило меня большое индийское зеркало высотой в рост человека. Такое же, только значительно меньше, было у моего хозяина в аль-Кахире, и мы с его детьми часто баловались перед ним, пугая друг друга страшными гримасами. А сейчас перед мной возникло отражение взрослого человека с бритой головой и в халате, где заплат было больше, чем звезд на небе. Я стал крутиться перед зеркалом, дивясь своему видавшему виды наряду и весело подмигивая самому себе. Вдруг на голове мелькнула надпись, адресованная эмиру. Всмотревшись в нее, я понял, что она выполнена моим любимым почерком рика 8 и разобрал несколько слов: «В полнолуние приходи с войском к южным воротам. В полночь мои люди их откроют…» Я остолбенел от негодования: визирь отдавал своего повелителя в руки его злейшего врага и делал меня соучастником низкой измены!