Венец одержимых. Золотые миражи Востока
Шрифт:
Император Мануил выслал навстречу паломникам знатных вельмож и представителей клира. Коронованные особы, сопровождаемые пышной свитой, торжественно въехали в город. Их приветствовала ликующая толпа византийцев, вышедших поглазеть на «варваров», к коим гордые наследники великого Рима снисходительно относили франков.
В честь королевской четы был устроен пышный прием в императорском дворце. Пол гигантской парадной залы был покрыт отполированными мраморными плитами, стены украшены многоцветными мозаичными картинами, ряды позолоченных колонн сияли яркими бликами. Мануил сидел на золотом троне, инкрустированном драгоценными камнями. Его окружала толпа сановников в одеждах, блиставших золотом и серебром. Он встретил высоких гостей с широкой улыбкой. Но глаза его сверкали льдом: прибытие беспокойного воинства не сулило Византии ничего хорошего. Он только что спровадил за пролив Босфор армию германского императора Конрада и теперь думал, как бы избавиться от новых пришельцев.
Когда церемония закончилась, гостей сопроводили в загородный дворец императора, расположенный в обширном лесу, кишащем дикими зверями. И здесь все сияло золотом и дышало негой. Алиенора ликовала: вот она, настоящая восточная сказка!
Мануил позаботился о том, чтобы предводители паломников не скучали: шумные охоты сменялись тихими прогулками по живописным окрестностям, обильные пиры – посещениями ипподрома с его сумасшедшими скачками. Неизгладимое впечатление на гостей произвел собор Святой Софии, считавшийся одним из чудес света. Его гигантский купол, поддерживаемый четырьмя колоннами, казалось, парил под самыми облаками. Девять огромных дверей с трудом справлялись с потоками посетителей. Стены и колонны были отделаны гранитом, порфиром, мрамором и украшены слоновой костью и драгоценными камнями.
Алиенора была потрясена увиденным. Константинополь и в самом деле был местом встречи Востока и Запада. Кто владел им, тот владел миром! Здесь пересекались важнейшие торговые пути и сюда стекались сокровища со всего света. Тулуза, Париж и блистательные города Аквитании невольно потускнели в ее глазах. Да и как они могли сравниться с этим средоточием неземного великолепия и неописуемых богатств?!
Она познакомилась с влиятельными сановниками и богатыми купцами. Среди них было много уроженцев Венеции, Генуи и Пизы, исповедовавших католическую веру. Они составляли важнейшую опору православной власти Мануила, рождая в местном населении недовольство засильем пришлых людей.
Сильное впечатление произвел на нее двоюродный брат императора Андроник, отличавшийся образованностью и красноречием. Высокий статный красавец пользовался успехом у дам и охотно отвечал им взаимностью. Она подумала, что он больше похож на василевса, нежели Мануил, выглядевший несколько простовато. Правда, Андроник вызвал у нее настороженность: в его общении с гостями проскальзывало едва скрытое превосходство.
Незаметно полетели беззаботные дни. И однажды в разгар очередного пира во дворец прибыл гонец от Конрада. Мануил нетвердой рукой принял свиток, развернул его и бегло прочитал написанное. Он поднял руку, требуя внимания и в наступившей тишине объявил:
– Германский император успешно сражается с сельджуками. Он освободил несколько городов, захватил несметные сокровища и множество прекрасных рабынь!
Людовик побелел от зависти:
– Когда же он успел? Ведь германцы переправились на восточный берег пролива незадолго до нашего прихода!
– Счастье летит к смелому! Император идет вперед и побеждает!
Зал возбужденно загудел. Василевс сел в кресло, наклонился к уху расстроенного короля и прошептал:
– Если ты будешь медлить, твоему войску останется только глотать пыль, следуя по пятам удачливого Конрада. А честь великого триумфатора достанется ему одному!
Людовик заволновался, и подумал: «Мануил прав! Надо немедленно идти вперед и брать свою долю славы и добычи!» Стараясь не выдать своего внутреннего смятения, он со всей возможной твердостью сказал императору:
– Христианский долг зовет нас вперед… Мы выступаем завтра! Прошу тебя помочь нам с переправой через пролив.
Мануил с трудом скрыл ликование, немного помедлил, изображая раздумья и ответил:
– Корабли будут готовы к восходу солнца!
По его знаку вельможи и военачальники бросились выполнять приказание, а высокие гости продолжили веселье.
Наследники Рима
Тихое осеннее утро Мануил и Андроник встретили на крепостной стене Константинополя. Лучи солнца, поднимавшегося из кровавой мглы на востоке, осветили гигантский лагерь крестоносцев. В нем царила невообразимая суета. Отряды воинов наперегонки спешили в гавань, где на легкой ряби покачивались стройные ряды готовых к отплытию кораблей.
Радостно потирая руки, Андроник сказал:
– Наконец-то мы избавились от незваных гостей!
Мануил в знак согласия покачал головой:
– Не только незваных, но и опасных! Они повсюду шныряли, всем интересовались и все считали. Королю нашептывали: «Сир, Константинополь всегда был знаменит своими богатствами. На самом же деле его сокровища превосходят славу о них!»
– Я слышал от одного барона хамский упрек: «Вы сосредоточили у себя две трети золота мира, оставив остальным жалкую треть! Где же тут справедливость?» Он напомнил мне наглого волка из притчи, который пришел к людям, пожаловался на трудную жизнь и попросил их отдать ему овцу во имя высшей справедливости!
Император осклабился:
– Они настолько увлеклись разговорами о захвате города, что забыли о цели своего похода… Мне пришлось направить Людовика на праведный путь.
Андроника осенило, и он восторженно вскричал:
– Так вот откуда взялся гонец от Конрада!
– Господь простит мне невинную хитрость, придуманную для спасения державы, – он перекрестился. – Пусть-ка паломники разберутся с сельджуками!
– Ты – гений! Надеюсь, латиняне, возжаждавшие сказочных сокровищ и страстной любви покладистых смуглянок, упокоятся на просторах Азии!
– Мне не хотелось бы желать им смерти… Все-таки они наши союзники…
– Скорее, первейшие враги! Мы – единственные наследники великого Рима. Они же не устают оспаривать эту истину. И дошли до того, что папа Римский сто лет назад расколол христианскую церковь! Тогда его легаты прибыли в Константинополь и возложили на алтарь храма Святой Софии грамоту о предании анафеме нашего патриарха. А тот совершенно справедливо расплатился с папой и его представителями той же монетой!
Василевс страдальчески скривился:
– Как я знаю, все началось с того, что наш патриарх закрыл латинские церкви в Константинополе…
Однако Андроник хорошо знал историю вопроса и обоснованно возразил:
– Их храмы были закрыты в ответ на требование папы подчинить ему православную церковь!
Мануил примирительно приподнял руки:
– Не будем копаться в далеком прошлом. Все-таки латиняне – это не самое большое зло мира. Ромейскую державу 12 всегда окружали недруги. И каждый из них старался хоть что-нибудь откусить от империи? И арабы, и персы, и гунны, и готы, и русы, и болгары, и норманны, и печенеги, и венгры!.. Однако пятьдесят лет назад, когда к стенам Константинополя подступили несметные полчища сельджуков, нам помог именно папа Римский! Он объявил первое великое паломничество на Восток!
12
Ромейская держава – одно из средневековых названий Византии.