Чтение онлайн

— Мое бедное дитя, — запричитал он, прильнув к ее кровати, чтобы приложить руку к ее лбу.

Она слабо улыбнулась ему, и в улыбке все еще жила та прежняя добрая женщина.

— Мне лучше, — прошептала она.

Он преклонил колено перед кроватью и стал молиться, пока Мариетта, единственная, кто, кроме Алессандро, присутствовала в комнате, присела с другой стороны. Закончив, встав и благословив Елену, он отвел Мариетту в сторону.

— Я ценю вашу заботу о Елене и то, что вы не стали поднимать скандал. Вне всяких сомнений, Елена обязана вам жизнью.

— Я всего лишь одна из трех, — ответила Мариетта.

— Тем не менее, это хороший конец непрекращающейся долгое время мести.

— Пока мой муж не на свободе, мести не может прийти конец.

— Никто из Селано не в силах что-либо поделать с этим.

— Я думаю по-другому, — стояла на своем Мариетта.

— Вы можете доказать свое мнение?

— К сожалению, нет.

— Тогда постарайтесь больше не касаться этой темы. — Лицо Алессандро не выражало никаких эмоций. — Советую вам прекратить эту аферу, что вы затеяли, и заняться делами, присущими женщине. Насколько я знаю, у вас двое дочерей.

— Что, если бы у меня был еще и сын?

— Радуйтесь, что это теоретическое предположение. Сейчас его жизнь не стоила бы и дуката. Филиппо никогда не принимал во внимание мои слова о примирении, и никто из рода Селано не потерпит восстановления Дома Торриси. Это так же очевидно, как и то, что Пьетро нескоро изменит положение дел. Как новому главе семьи, ему еще многое предстоит решить.

От его слов у нее перехватило дыхание.

При каждой возможности Мариетта навещала детей, которые теперь находились под присмотром Адрианны. Она была ошарашена, когда одним утром обнаружила колыбель Данило пустой.

— Где он? — закричала она, выбежав навстречу Адрианне, которая уже спешила к ней.

— Франческа навещала родителей в Венеции. Она забрала Данило с собой. — Адрианна обняла Мариетту за плечо, успокаивая ее. — Это должно было случиться.

Мариетта закрыла лицо ладонями.

Все дальние родственники собрались в палаццо Селано на похороны. Поначалу каждый, кто вновь прибывал, приходил в ярость, услышав, что женщина из семьи Торриси взяла на себя обязанность ухаживать за больной женой Филиппо, но Алессандро вскоре покончил с такой открытой оппозицией, хотя даже после этого сопротивление не ослабло. Все надеялись, что, когда Пьетро приедет, он отправит синьору Торриси паковать чемоданы. Тем временем собравшиеся гости, хоть и облачались в траурное одеяние, наслаждались общением друг с другом. Некоторые остановились у Элвайза, а нескольких самых дальних кузенов поселили у Виталия, который содержал один из лучших винных погребов Венеции, компенсировавший все те неприятности, что доставляли его шумные сборища.

Бьянка шла через центральный зал, когда слуги принесли еще несколько чемоданов, свидетельствовавших о приезде очередного члена семьи Селано. Она остановилась, чтобы не получилось так, что она повернулась к приезжему спиной. Потом в дверях она увидела высокого молодого человека довольно приятной наружности, с умными карими глазами под высоким лбом, густыми коричневыми волосами, которые завивались бы в кудри, если бы не традиционный зачес на затылок, и твердыми губами. Главная общая семейная черта выдала его прежде, чем он заговорил.

— Добрый день, синьорита. Я доктор Пьетро Селано.

Он догадался о том, кто перед ним, так же быстро, как и она поняла, кто он. Эта очаровательная девушка со скромным взглядом из-под густых ресниц, ровными волосами, аккуратно уложенными в прическу, в алом платье, в которых, насколько он знал, ходили воспитанницы Пиеты, действительно была достойна стать причиной изоляции Елены и смерти его брата.

— Я Бьянка, — представилась она холодным тоном, стараясь больше не сближаться ни с кем из Селано, — флейтистка из Пиеты. В настоящий момент помогаю ухаживать за Еленой.

Он прошел вперед.

— Как она?

— Все еще очень слаба.

— Надеюсь, что смогу ей чем-то помочь.

— Ее уже посещает замечательный доктор, — отвергла она его предложение.

— Не сомневаюсь. — Он заметил, что слуга ждет его, чтобы проводить в комнату, и откланялся. — Я уверен, мы еще встретимся за ужином.

Она не стала утруждать себя и говорить, что она, Мариетта и монахиня завтракают, обедают и ужинают в маленькой пристройке рядом с комнатой больной.

Спустя полчаса после приезда, искупавшись и сменив дорожную одежду, Пьетро уже был у кровати Елены. И она, хотя и не знала его, так как никогда не видела, улыбнулась ему.

— Я Пьетро, Елена.

— Вы пришли навестить меня, — прошептала она почти беззвучно. — Как мило. — И снова закрыла глаза.

Он вопросительно посмотрел на Мариетту, которая вместе с Бьянкой сидела на противоположной стороне кровати. Мариетта покачала головой в знак того, что Елена еще ничего не знает о смерти Филиппо: доктор Грасси посоветовал пока не говорить ей.

В это время нарастающие хрипы в дыхании ознаменовали начало очередного приступа кашля, от которого Елену пробивала дрожь, и, хотя Мариетта тут же бросилась к ней, Пьетро оказался первый и поддерживал ее на руках, пока приступ не миновал. Потом он попросил Мариетту поддержать Елену, пока он достанет прослушивающий аппарат, и приложил один конец к своему уху, а второй сначала к груди Елены, а потом к ее спине. Когда Елену снова опустили на подушки, он стоял, наблюдая, как Мариетта укрывает ее.

— Давно Елена мучается таким кашлем?

— С тех самых пор, как ее нашли, — ответила Мариетта.

— В ее состоянии сердце может не выдержать такой нагрузки. Какие лекарства она принимает? — Он взял бутылочку с черной жидкостью, которую протянула ему Бьянка, открыл ее и понюхал. — Это бесполезно.

Он ушел из комнаты, но несколько минут спустя вернулся с какой-то золотистой жидкостью. Елена приняла ложку микстуры из его рук.

— Давайте больной каждые три часа, — наставлял он Мариетту. Потом обратился к Бьянке: — Насколько я знаю, вы эксперт в области окон. Не откроете ли одно? В том, что пациентка находится в закрытом помещении, нет ничего хорошего.

Бьянка взволнованно посмотрела на него.

— Что вы имеете в виду, говоря «эксперт»?

Он медленно подошел к ней.

— Похоже, никто не знает, как и почему ключи от мраморной комнаты исчезли в ту ночь, когда умер Филиппо. Мариетта была занята Еленой, и мне что-то подсказывает, что кто-то запер его там и выбросил ключи. Если хорошенько осмотреть дно Гранд-Канала, думаю, мы нашли бы их там.

Ее глаза загорелись.

— Вы же знаете, что это была я, не так ли? Да, я выбросила их. Я хотела, чтобы его заперли подальше, чтобы он больше никому не мог причинить вреда!