Чтение онлайн

— Я это заслужила, — сказала она подавленно, и Кальман немедленно пожалел о своей резкости. — Но иногда мне кажется, что ты больше не хочешь сына, Макс.

Он отвел глаза, потому что и в самом деле опасался новой беременности жены. Макс очень горевал по обоим не выжившим детям. Он старался поглубже спрятать эти чувства, но Хелена своим поведением снова и снова воскрешала прежнюю боль.

Вдобавок он тревожился за жену. После недавней потери она стала неуравновешенной. Когда после нескольких недель глубочайшего горя и обращенности в себя Хелена, понукаемая матерью, встала с постели, ею овладела идея новой беременности. Но Макс отвергал все попытки к сближению: он опасался, что очередное мерт-ворождение разрушит Хелену, да и сам не хотел еще раз пережить такое несчастье.

— У нас же есть Эмма, — сказал он. — Здоровый веселый ребенок. Мы должны быть за это благодарны.

— Но нам нужен сын. Семье необходим наследник, — с сомнением ответила Хелена. — Или дело во мне? Ты больше не хочешь детей от меня? — добавила она подозрительно.

— Это вздор, Нелли, ты и сама знаешь, — резко отреагировал Макс. — Ты самая лучшая жена, которую только может пожелать мужчина.

Он и в самом деле так думал, пусть и женился не по любви. Супруги были знакомы с самого детства. Взаимоуважение и понимание, общие интересы и схожее происхождение — вот на чем основывался этот брак, во всяком случае до той судьбоносной ночи, в которую они во второй раз потеряли ребенка. Тогда между ними разверзлась бездна.

Хелена посмотрела на мужа долгим взглядом, молча развернулась и уселась за машинку. Вновь послышалось тарахтение.

«Если бы только Фанни не пришла в голову идея подарить Нелли эту штуку, — с раздражением подумал Макс. — Да еще шумную электрическую модель — только потому, что ей удалось за сходную цену выпросить ее у мадам».

«Шитье — творческая работа, в которой необходима фантазия. Оно поможет Нелли вновь обрести радость жизни», — сказала Фанни, и Макс ей поверил. Сам он уже перепробовал все, что могло бы помочь Хелене.

Поначалу швейная машинка ее совсем не заинтересовала, но Фанни не сдавалась. Она принесла ткань и выкройки, показала подруге, как делать несложные платья и передники для Эммы, и отношение Хелены к делу внезапно поменялось.

С тех пор с почти нездоровым усердием она строчила целыми днями, но не платьица для Эммы, а одни только вещи для младенцев. Курточки, распашонки, подгузники и детские конверты со временем заняли почти весь комод. Одновременно Хелена начала донимать Макса уговорами родить еще одного ребенка. Дело дошло до того, что он уже считал дни до отъезда в Перемышль, хотя делать в скучной крепости на русской границе ему было решительно нечего.

Звонок в дверь отвлек Кальмана от невеселых мыслей.

Хелена перестала строчить и обернулась:

— Мы кого-то ждем?

Макс покачал головой:

— Вроде бы нет.

В коридоре послышались шаги дворецкого. Входная дверь открылась, и слуга сказал:

— Сожалею, господа, но…

Раздались пьяный смех и мужские голоса:

— Не говори ерунды, добрый человек, и дай нам войти! Мы знаем, что он здесь. Где ты прячешься, Макс?

Протесты слуги сменились топотом по коридору. Дверь в комнату распахнулась, и внутрь влетел дворецкий.

— Тысяча извинений, но… — начал он смущенно.

— Так вот где скрывается господин обер-лейтенант!

— Закрылся дома!

— Об этом не может быть и речи. Мы идем праздновать бабий четверг [48] !

Шесть одетых газетчиками мужчин в картузах, льняных куртках и вельветовых штанах ввалились в маленькую комнату. Это были товарищи Макса по военной школе, уже не первый день тщетно пытавшиеся убедить его отправиться с ними на бал прачек в «Этаблисман Гшванднер».

Макс замахал руками:

— Я же сказал вам, что никуда не пойду!

— Ничего не хотим слышать! Вот твой костюм, — один из мужчин протянул ему сверток с одеждой. — Давай-ка переодевайся. Экипаж ждет внизу. Конечно, если вы не против, милостивая сударыня! — Он повернулся к Хелене и сделал вид, что щелкнул каблуками.

Взгляд хозяйки дома переходил с одного лица на другое.

— Что мне еще остается, — сказала она наконец и вернулась к швейной машинке.

Макс внезапно почувствовал, что задыхается. Он вырвал сверток из рук товарища.

— Вперед! На праздник!

Дерзкий голос молодой женщины на сцене тонул в одобрительном гомоне посетителей, когда Макс с товарищами вошли в большой зал «Этаблисман Гшванднер» в венском пригороде Хернальс.

— Глазам своим не верю, это же Прачка Лили! — выкрикнул один из мужчин.

Другой радостно подхватил:

— Я ее уже видел в «Синей бутылке» в Лерхенфель-де. Она развлекает публику с огоньком, говорю вам!

Мужчины взяли у кельнера, с подносом пробивавшего себе путь через толпу, кружки с пивом и чокнулись:

— Хмель и солод богу дорог!

Они одновременно опустошили кружки. Макс поперхнулся и закашлялся.

— Давно не тренировался, господин обер-лейтенант? — Один из товарищей хлопнул его по спине, а остальные разразились смехом. Макс с ухмылкой отер с губ пивную пену. Отправиться веселиться было хорошей идеей. До женитьбы всякий раз, бывая в Вене, он посещал заведения в пригороде, поскольку нигде нельзя было провести время лучше, чем в царстве див из кабаре и дам полусвета. Шум и теснота, жара и дым в таких местах составляли часть атмосферы.

Мужчины тем временем с интересом рассматривали дам.

— Рехнуться можно, посмотрите только на всех этих красоток! — прокричал один.

Женщины, как и полагалось, были одеты прачками. Их платья без рукавов, с глубокими вырезами и пышными юбками до колена напоминали нижнее белье и прекрасно подчеркивали фигуру. Костюм дополняли красные или черные шелковые чулки и симпатичные лакированные сапожки. Самой же главной частью костюма являлись хитро закрученные на голове платки. Мужчины были в большинстве своем одеты либо газетчиками, как Макс с друзьями, либо чистельщиками обуви. Те, кто хотел произвести на дам особенное впечатление, облачались во фрак с цилиндром и брали с собой трость.

— Посмотри-ка на тех. Говорю тебе, с ними будет весело! — Валериан Бруннер, который принес Максу костюм, толкнул приятеля в бок и указал на группу девушек, стоявших у сцены и не хуже мужчин подзуживавших Прачку Лили, которая приподняла юбку, щеголяя красными подвязками на точеных ногах.

— В самом деле хороши! — согласился Макс.

— В атаку, товарищи! — Друзья стали проталкиваться между деревянных столов и скамеек к сцене. Им пришлось хорошенько поработать локтями, чтобы заполучить место, с которого было видно и певицу, и веселящихся девушек.