Чтение онлайн

«Для православного христианина идеалом государственного устройства является самодержавная монархия, потому что она есть образ Царствия Небесного», — заявляет игумен Алексий (цитировано по упоминавшейся статье “Монах и воин”, газета “Завтра”, № 2, 1999).

Но это — мнение частное, а не официальное мнение иерархии. Насколько это мнение, высказываемое множеством иерархов, согласуется с мнением предстоятеля о том, что народ, а не церковь должны решать вопрос государственного устройства, думайте сами. Конечно, иерархи, будучи выходцами из народа, имеют право высказывать каждый свое личное мнение. Но дело состоит в том, что мнения иерархов Церкви, в которых высказываются иные идеалы государственного устройства, на страницы общедоступной прессы просто не попадают (ранее цитированная статья в “Дуэли” о небесных корнях коммунизма — единственное исключение).

Игумен Алексий и прочие, высказывающие монархические идеалы государственного устройства, а равно и патриарх, не высказывающий никаких определённых мнений по этому вопросу, одинаковы в том, что не упоминают Царствия Земного. Однако, как можно понять из Корана, Царствие Божие это не только Царствие Небесное, но и царствие Земное. Бог не совершал такой мерзости, как передача власти в Царствии Земном тому, кого традиция христианских церквей именует “князем мира сего”. Это утверждение о власти на Земле “князя мира сего” в кораническом мировоззрении богохульно. Каждому для того, чтобы состояться в качестве человека, предназначено быть наместником Бога на Земле, поэтому “князь мира сего” может княжить только в случае, если люди не состоялись как люди и сами, извратив миссию наместничества Божиего на Земле, передают дарованную Богом власть (каждому из них свою), призванному ими же на царство “князю” мира сего, отрицая тем самым власть Бога в Царствии Земном в течение ограниченного срока попущения им.

Если не прикидываться ничего не разумеющим, то “образ Царствия Небесного” — это всего лишь некое структурное подобие на Земле чего-то, но вовсе не обязательно, что это — продолжение Царствия Божия в общество людей. Поэтому такое выражение идеала государственного устройства приводит к вопросу, как в государственном строительстве, в частности, и в общественном устройстве в целом на Земле не посягнуть на безраздельно царственные права Бога на Царствие Земное, и, как следствие, — к заботе о том, чтобы не стать демоническим узурпатором власти в Царствии Божием Земном.

Поэтому пусть уж православные сами решат, что им милее:

· либо россказни о монархии и сословно-кастовом строе как об “образе Царствия Небесного на Земле”, измышленные земными же иерархами, на основе их же кривотолкований Истории в обход прямых и однозначных слов Христа:

«Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; так как Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Матфей, 20:25 — 28),

· либо только что приведенные слова Христа, обладающие однозначным смыслом как сами по себе, так и в общеисторическом контексте осуществления таинств Божиих, которые исключают монархию как предопределенный Свыше идеал государственного и общественного устройства общества людей.

Кому милее не слова Христа, а россказни православных иерархов и массовиков-затейников на темы “монархия — идеал государственного устройства христианина”, пусть соотнесут свой идеал, с ранее приведенными прямыми словами Христа и с Его же предостережением:

«Не всякий говорящий Мне: “Господи! Господи!”, войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени Мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Матфей, 7:21 — 23).

И памятуя об этом предостережении, пусть соотнесут приводившийся ранее фрагмент Чина торжества Православия с отношением Христа к сословно-кастовому строю и монархии, в частности, сохранившимся даже в каноне Нового Завета, вопреки цензуре, осуществленной еще до Никейского собора (325 г. н.э.). Из сопоставления же всего приведенного вывод без таинственных кривотолкований возможен только один:

Заповедь Божью (Матфей, 20:25 — 28) “православие” устраняет преданием своих старцев о третьем Риме, “элитарно-великой” России, монархическом правлении как о проекции “Царствия Небесного” на Землю, не внемля предупреждениям Евангелия об устранении заповедей Божьих преданиями старцев: «… вы устранили заповедь Божию преданием вашим. Лицемеры!…» (Матфей, 15:1 — 11).

Последняя фраза исключает возможность ссылок якобы на присущую истинно христианскому православному вероучению «антиномичность», логические противоречия которого непостижимо для разума человека разрешаются сами собой в Божьим промыслом в разного рода таинствах.

И если бы В.Тростников не был лицемером (то же касается и редколлегии орденской газеты “Завтра”), то, памятуя о словах Христа, он не смог бы написать свою статью так, как её написал, поскольку становление монархического правления отрицало заповедь Христа и протекало попущением Божьим меньшинству творить отсебятину и попущением большинству потворствовать отсебятине меньшинства, но никак не «особливым Божьим благоволением о царствующих особах». И потому напрасно иерархи церкви несколько сот лет оглашали анафему Стеньке Разину, забыв о предстоящем им самим ответе за свое благословение царей, установивших иго крепостного права над своими же соотечественниками вопреки известной им из Евангелия воле Божией и посмевших приписать этот антижизненный уклад благому Божьему промыслу.

Даже если поднимать историю вопроса о происхождении и предназначении монархии по Библии, то невозможно получить вывод о легитимном происхождении монархии от прямого исполнения Божьего повеления: Бог установил монархическое правление в древности среди иудеев, по их же просьбе, поскольку они сами пожелали, чтобы и у них был царь земной, как и у прочих народов. Бог удовлетворил их просьбу, дав им худшую форму правления, нежели та, жить в соответствии с нормами которой Он их пытался научить в древности:

Богодержавие — Его прямое обращение к тем, кого Он избирает Сам в каждом конкретном случае для того, чтобы те огласили его царственную волю остальным по совести так, как её поняли, и с которой все прочие верующие Богу обязаны согласиться сами по совести, ибо совесть едина для всех.

Но не все внемлют ей одинаково, поскольку отличаются друг от друга разной степенью нравственно обусловленной глухоты к голосу совести.

Установление монархии по просьбе иудеев было частью жизненного урока им и всем прочим на тему, как жить не следует. А как следует? — это можно понять из того, что сохранил Новый Завет о деяниях апостолов.

В эпоху апостолов истинность веры христианина выражалась в дарах Божиих Святого Духа, которыми обладали все без исключения христиане.

Читайте Деяния апостолов и послания Павла. Каждому верующему были свои дары, но все вместе верующие образовывали общину, которая не нуждалась в монархе с “харизмой” для устройства своих дел: искренней заботы о делах всех и даров Святого Духа хватало для того, чтобы решать проблемы всех и каждого по доброй воле и без принуждения, и все частности в их жизни приходили в лад между собой водительством Божьим без всяких властных усилий со стороны живущих на Земле.