Чтение онлайн

– Да, – ответила она.

– Это Евгений. Вероника умирает. Срочно приезжай в больницу, – раздался взволнованный срывающийся голос.

Женщина записала адрес и вызвала такси.

– Надо было забрать машину со стоянки! Теперь уже поздно.

Глава 12

По больничному коридору нервно вышагивал муж тёти. Он договорился, чтобы племянницу пустили в столь поздний час в палату.

– Она хочет с тобой поговорить. Она очень слаба. Прошу тебя, выслушай её, не перебивай.

– Сколько ей осталось? – прошептала Варя.

– Нисколько. Врачи только разводят руками и удивляются, что она до сих пор жива.

– Почему вы мне ничего не сказали раньше?

– Я сам узнал неделю назад. Она скрывала до последнего.

– Господи, помоги нам пережить всё это, – взмолилась женщина. Ей вдруг вспомнилась бесконечная вереница храмов, посещаемых за последние несколько лет. А сколько раз она молилась? Сколько раз писала записки о здравии? Сколько раз зажигала свечи перед иконами с мольбой и благодарностью? Наверное, хватит пальцев обеих рук, чтобы сосчитать. Варя тяжело вздохнула, стараясь сдержать рыдания. Теперь уже поздно сожалеть об упущенных возможностях… – Я могу зайти?

– Иди, – с болью в голосе подтвердил Женя. Он отвернулся и прислонился лбом к прохладной стене.

Варя открыла дверь и замерла. Женщина, лежавшая на кровати, не могла быть ее тётей. Вероника всегда выглядела красавицей, стройной, но не излишней худой, как та, что лежала там. Бледное лицо с впалыми щеками и темными кругами под глазами пугало. Одеяло аккуратно укрывало её. Только одна рука была приоткрыта. Тонкие пальчики слегка пошевелились. Вероника повернула голову и внимательно посмотрела. На лице заиграла слабая улыбка, напоминающая её тётю. Варя подошла и села на стул, стоящий рядом с кроватью.

– Нет, – прошептала Вероника и показала на край кровати. Племянница пересела, обхватив её ладонь двумя руками. Только сейчас она заметила огромные гематомы на локтевом сгибе. Стараясь сдержать нахлынувшие чувства, Варвара взглянула тёте в глаза.

– Привет, Вероничка! Я так соскучилась по тебе, – бодро начала она.

– Я тоже. Выслушай меня, – тяжело дыша, попросила больная.

Варя только и смогла, что кивнуть.

– Позаботься об Алине. Я воспитала тебя. Помоги и ты ей. Прошу тебя, – с трудом выговаривала тётя.

– Я помогу. Я всё для тебя сделаю. Ты будешь жить. Ты сама воспитаешь, – убеждала племянница, сама не веря в свою ложь. Ей надо было что-то говорить, только не молчать, не отпускать Веронику туда, в другой мир. Как она останется одна здесь? Что будет с её и без того поломанной жизнью без тёти?

– Нет, я умру сегодня. Я чувствую. Я знаю. Пообещай мне, что позаботишься о ней, – Вероника попыталась сжать Варину ладонь. Силы покидали её тело. Дыхание сбивалось. – Пообещай, – молила она.

– Обещаю, – твердо сказала Варвара.

Женщина ослабила хватку. Глаза закрылись. Из горла раздались хрипы.

– Помогите! – закричала Варя, что было сил. В палату ворвался муж, медсестра, кто-то звал врача, а племянница наблюдала за дорогим ей человеком, которого покидала жизнь. Варвара всё думала, почему там лежит тётя, не успевшая вырастить дочь, имеющая прекрасную семью, а не она, совершившая немалое количество ошибок и глупостей и не обладающем ничем, что могло бы держать её на этом свете.

– Умерла, – констатировал врач.

Женя упал на колени перед кроватью и заплакал, целуя руку жены. Варвара, боясь пошевелиться, стояла около окна и наблюдала за ним. Горе объединяло их. Варя вспомнила последние слова тёти и своё обещание:

– Где Алина? – спросила она.

– У соседей, – откликнулся через некоторое время Евгений.

– Поедем. Мы должны позаботиться о ней, – предложила она. Мужчина долго смотрел на неё, пытаясь осмыслить сказанное.

– Да, конечно.

Женя последний раз прижался к ладони жены и вышел из палаты. Варя подошла к тёте и поцеловала в лоб:

– Я выполню своё обещание.

Похороны и подготовка к ним прошли как в тумане. Варвара и Женя куда-то шли, получали документы, заказывали всё необходимое, искали нужных людей. Варя чувствовала, что жизнь безвозвратно меняется и перемены уже не зависят от неё. Словно бурный вихрь ворвался и перевернул течение реки в новое неведанное ранее русло. Она даже не оказывала сопротивления.

Песок осыпался на опущенный бордовый гроб. Песчинки, подгоняемые могильщиками сыпались, набирая скорость. Вероника, ещё недавно улыбающаяся и доказывающая ей важность семейной жизни, оказалась запертой в тесном ящике, из которого нет выхода. Ей больше никогда не обнимать её, не говорить с ней. Слёзы стекали по щекам. Евгений, не обращая внимания на окружающих, стоял на коленях на песке, обхватив голову руками. Только песчаная горка напоминала о том, что в яму был только что похоронен человек. Рядом уже начинался следующий процесс. Варя оглянулась вокруг: могилы тянулись во всех направлениях, напоминая о конечности жизни каждого из нас. Женщина тихо подошла к тётиному мужу и тронула его за плечо:

– Мы должны ехать на поминки.

Больными воспалёнными глазами мужчина всматривался в лицо, пытаясь понять, что от него хотят. Вцепившись в протянутую Варей руку, он поднялся и последовал за ней. Её рассеянный взгляд остановился на Лёве. Мужские глаза горели от бушующей ревности. Она только слегка мотнула головой, показывая, что сейчас не время и не место. Муж сжался как от пощечины и повернул в противоположную от остальных сторону.

На работе Варя попросила внеочередной отпуск. Шеф пошёл ей на встречу, отказываясь только находить замену на недельную поездку в Испанию через три дня. Сотрудница согласилась, понимая, что найти человека со знанием языка довольно затруднительно, учитывая, что стоимость экскурсий входит в оплаченные путевки.

Накануне перед отъездом Варя подошла к Жене:

– Завтра я должна уехать на неделю.

– Куда? – устало поинтересовался он.

– В Испанию. По работе, – оправдывалась она.

– Варя, когда ты повзрослеешь? У Алины школа на носу. Её надо подготовить: приодеть, купить всё необходимое. А ты как всегда бежишь от любых будничных проблем. Мне нужно выходить на работу через три дня. С кем я оставлю ребенка? – укоризненно произнес вдовец.

– Но я тоже работаю… – пробормотала Варвара. Неприятное ощущение охватило горло. Она всегда чувствовала превосходство Евгения, его стремление всё сделать по-своему и оказывала ему сопротивление. Однако сейчас ей мешало данное перед тётиной смертью обещание. Забота о девочке должна встать на первое место, как было в жизни Вероники. Она пренебрегла личной жизнью ради Вари, терпела все её проделки, теперь пришла очередь племянницы отплатить за любовь и понимание.

– Вероника столько для тебя сделала, а ты даже дочери её помочь не хочешь, – продолжал обвинительную речь Женя.

– Я больше не буду уезжать так далеко и надолго, – пробормотала женщина сквозь слёзы.

– Я думаю, тебе стоит сменить работу, чтобы больше времени проводить с дочкой. Ей и так сейчас тяжело. Поговорим об этом после твоего возвращения.

– Да, – согласилась Варя и в слезах выбежала из кухни. В комнате она тихо закрыла дверь, чтобы не помешать сну кузины. Алинка постоянно плакала, искала маму, не желая признавать, что та ушла из её жизни навсегда. Женщина взглянула на красное от слёз личико и взялась за карандаши. Ради ребенка ей нужно успокоиться и принять ещё одно болезненное решение – отказаться от работы, которую обожает. Она не представляла себя без поездок. Как можно проводить круглый год в пыльной Москве? Что делать с посещением родителей Бориса? Они давно стали для неё такими же родными, как Вероника. Пока мысли витали в тех изменениях, которые предстоят, карандаши выводили мрачный ливень, стекающий бурными потоками по стеклу в ночной темноте. Слёзы высыхали на щеках. Она выдержит всё это, обязательно выдержит. Вероника смогла, и ей сил хватит.