Чтение онлайн

– Молчи, щенок! И делай, что тебе говорят! – властно произнёс старик, взглянув на меня. Голос его уже хрипел. – Я не покину свой дом и не позволю вам всем здесь умереть.

На его дрогнувшем лице отразилось странное выражение. Боль, улыбка, страх, надежда… Или всё вместе?

Его вниманием снова полностью завладел незнакомец, который без устали прыгал из стороны в сторону и наносил молниеносные удары. Ладан продолжал отбиваться сам и защищать нас. Его руки уже были изрезаны до костей, остальному телу, хоть и меньше, но тоже досталось. И это было удивительно. Даже в полную силу я не смог бы отбивать острую, словно бритва, сталь голыми руками.

– Прости меня, Ладан, – дрожащим голосом, тяжело дыша, сказал я, пытаясь устоять на ногах и не дать эмоциям взять верх.

– Проваливайте!

Вот они: старый дурак и молодой. Мы оба готовы были отдать жизни друг за друга, не смотря на моё недавнее предложение Ганату. Только вот настоящим дураком всё-таки был последний.

Ребята подхватили меня с обеих сторон, собираясь прорваться к выходу там, где было меньше людей. И если надо с боем. Я держался как мог. Ноги еле двигались, рука отказывала, а всё тело пронзала ужасная слабость. Но обузой быть ни для кого я не собирался.

– Куда собрался?! – крикнул мужчина, резко отскочив в сторону, и занося меч прыгнул прямо на меня.

Его глаза сверкали то ли отражая пламя, пылавшее повсюду, то ли пребывая в убийственном возбуждении. Но в следующий момент, когда он почти добрался до моей головы, окровавленный кулак, заехавший ему по роже, откинул его подальше от меня.

– Бегите. И постарайтесь выжить.

Это были последние слова, которые я услышал от своего учителя и, можно сказать, отца.

Затем он таким же невероятно быстрым движением скрылся у меня из виду. А мы с Ганатом и Харосом под крики людей и буйство огня и молний стали выбираться из этого ада.

***

Тохаг пришёл в себя под раскаты грома и стук дождя, который никак не хотел прекращаться, но и усиливаться не собирался, лёжа на застеленных ящиках, что покоились на мокрой земле под импровизированной палаткой. Движения давались ему с трудом. Перевязанное тело, на котором почти и живого места не осталось, болело после того, как по нему пробежалось умалишённое человеческое стадо.

– Сколько времени прошло? – с трудом спросил он, пытаясь оглядеться по сторонам. Но увидеть ему ничего не удалось.

– Не знаю, тохаг, довольно много, – ответил один из находившихся рядом солдат. – Мы боялись, что вы уже не очухаетесь.

– Вот дерьмо… – кряхтя сказал командир, в тщетной попытке сменить положение. – Насколько всё плохо?

– У вас десятки ссадин, синяков, переломаны рёбра, левая нога…

– Да не о себе я, балбес. Что с Храмом? И ты, что у нас, медик?

– Так точно, командир. Храм почти полностью разрушен, руины продолжают гореть. Народ понемногу успокаивается и разбегается кто куда… Что вы делаете? Вам необходим отдых.

Тохаг стражи Столичной Области, терпя боль и не обращая внимания на слова медика, всё-таки смог усадить свою задницу на край ящика и уже сам осматривал «поле битвы». Они находились недалеко от того места, где должно было располагаться высшее командование, к востоку от главных ворот. Но поблизости не было никого, кроме десятка солдат, кучки горожан, трясшихся каждый раз, когда молния попадала в дерево или отскакивала обратно, и его самого. Прошло немало времени прежде, чем он спросил:

– А тебя-то как сюда занесло?

– Видимо, накрыло так же, как и остальных, командир. Если бы вы тогда не вправили нам мозги, то…

Но продолжения тохаг уже не услышал. В этот момент его вниманием завладели три фигуры, выбирающиеся из дыры в храмовой стене, пробитой огненным шаром, выпущенным онагром. Хвала Малусу, что с этой стороны Храма не было ни души. Поддерживая друг друга, они медленно брели на восток по дороге, поросшей густой травой, что располагалась между палаткой и крутым обрывом, снизу плавно переходящим в огромное озеро.

Стояла ночь, освещаемая только тусклым светом еле пробивающихся из-за облаков лун и отблесками пожаров. Но три фигуры, бежавшие от роковой судьбы, которые можно было наблюдать из палатки ещё надолго останутся в памяти тохага.

– Ха-х… – с облегчением усмехнулся он.

Врач уже закончил короткий рассказ о том, как он сюда попал и как благодарен командиру за своеобразное спасение, и проследив взгляд последнего, с надеждой отметил:

– Надеюсь, хотя бы им удастся выжить.

Тохаг повернулся и с вопросительным подозрением посмотрел в его глаза. Тот не отвёл серьёзного и решительного, но в то же время доброго взгляда:

– Я никому ничего не скажу. Обещаю.

Снова повернув голову в сторону бежавших, раненый через секунду кивнул, давая понять, что верит ему. Ещё немного посмотрев то на них, то на Великий Храм, он спросил:

– Как тебя звать-то, лекарь?

– Ярдэ, командир.

– Будем знакомы. Я Сервивилус. И спасибо, что спас меня.

– А зачем было столько сложностей?

– Захотел. Уж кто-кто, а ты должен понимать.

– Эндиш, я всё понимаю. Но это уже не укладывается ни в какие рамки, – Герцог держался одной рукой за голову, находясь в задумчиво-скверном расположении духа.

– Как ты любишь говорить: «Получилось то, что получилось; кто бы как ни сетовал, но оно уже случилось». Осталось только разгрести весь бардак и всё будет, как прежде, если не лучше. Да я тебе можно сказать даже помог!

– Чем? Ты представляешь, сколько жизней отдано зря? Это точно того не стоило.

– Я избавился от одной из своих проблем. А если и нет, то тебе радоваться надо. Потому что ты, если наконец возьмёшь яйца в кулак, избавишься от своих. А всё произошедшее… рано или поздно это и так бы случилось. И ты это прекрасно знаешь.

– Тут, наверное, ты прав… – продолжал размышлять Герцог. – И если он действительно был по-настоящему рождён и остался жив после твоей охоты, а ты не исключаешь обе эти возможности, то мог бы нам пригодится.

– И как же? В плен его возьмёшь? Заманишь в свои цепкие сети сладкими речами?

– Да я и сам-то пока не знаю. У меня даже вариантов никаких нет. Помимо твоих, – угрюмо усмехнулся принц. – Но вся эта ситуация… с этим точно можно что-нибудь да сделать. Главное, чтобы он вернулся.