Чтение онлайн

Хьюго

Я взъерошил свои волосы, чувствуя, как внутри всё кипит. Уже шагнул было за ней, но рука Логана преградила мне путь.

— Не нужно, прорычал он, его голос был напряжен, как натянутая струна.

— Так ты сделаешь только хуже. Я оскалил зубы, сжимая кулаки так, что побелели костяшки.

Я не мог совладать с собой, не мог. Её слова попали прямо в цель, обнажив мои слабости, мои страхи. Она обижена, расстроена. И в этом виноват только я, из-за своей неосторожности, из-за того, что ляпнул лишнего.

Черт возьми, она права! Но я так хотел, чтобы она была рядом со мной сегодня вечером, чтобы разделить этот момент.

— Сэм, обратился я к нему, чувствуя, как внутри всё сжимается от отчаяния. Он внимательно слушал меня.

— Вытащить столы, приготовить еду, созвать стаю! Сегодня все увидят моего сына! — приказал я, чувствуя, как внутри бурлит смесь гордости и тревоги.

— Будет сделано, Альфа, склонил голову в почтении Сэм, растворяясь в тени.

— Созывать всех, повторил я, сглотнув.

В этот момент Серена подошла ко мне, вставая напротив. Ее глаза были полны беспокойства.

— Не груби ей, Хьюго. Ей больно, ты сам понимаешь почему. Поэтому не делай больнее еще сильнее, сказала она, и я кивнул, видя, как сильно она волнуется за Мэди.

— Не будь чурбаном, брат, вмешался Логан, подходя к нам.

— Мы уже выяснили, что ты чувствуешь. Пора в этом признаться себе. Я оскалился, закрыв глаза на миг, чувствуя, как его слова обжигают меня.

— Присмотри за всем, брат, обратился я к нему. Сестренка поможет тебе в этом.

Я смотрел на них, чувствуя, как мои внутренние противоречия рвут меня на части. Я хотел показать сына миру, хотел гордо заявить о своем отцовстве.

Но в то же время, я знал, что причинил боль той, кто подарил мне это чудо. И эта боль, эта обида в ее глазах, была для меня невыносима. Я был готов исправиться, но страх отказа, страх перед ее болью, сковывал меня.

С этими словами я развернулся и направился в свои покои, чтобы хоть немного перевести дух. Но как это сделать, когда она, моя Мэди, находится всего за стеной?

Мое сердце разрывалось от боли и разочарования, мысли метались, как загнанный зверь. Я чувствовал себя потерянным, раздавленным, и винил в этом только себя.

Захарий попался мне на пути, когда я шел в свои покои. Он последовал за мной, хотя сейчас я меньше всего на свете хотел с кем-либо разговаривать.

— Слышал, что сына сегодня представляешь, произнес он, и я скривился от его голоса.

— Правильно слышал, ответил я, заходя к себе и облокачиваясь о стол.

— Правильно. Все должны знать будущего наследника. Я усмехнулся, чувствуя, как внутри всё сжимается. Ведь ликования никакого не было от этого события.

— Думал, что ты будешь ругать меня, Захарий усмехнулся, посмеиваясь.

— Зачем? Если и так вижу, что ты сам себя пожираешь изнутри. Я видел вашу перепалку. И видел, как ты смотрел на Мэдисон. Я молчу, лишь слушая, что он мне говорит.

— Я вижу, что творится в твоей душе, Хьюго. Сердце приняло решение, а голова всё ещё нет. Подумай сам, продолжал он, его голос был спокоен и проницателен.

— Хочешь ли ты видеть эту женщину рядом с собой? Хочешь ли ты, чтобы она смотрела на тебя с любовью? Хочешь ли ты каждое утро просыпаться с ней? Хочешь ли ты еще детей от нее?

На этих его словах я резко развернулся. Мои глаза пылали, а грудь ходила ходуном от нахлынувших эмоций. Его слова, такие простые и такие глубокие, как будто пронзили меня насквозь.

Они коснулись самых потаенных уголков моей души, пробудив то, что я так старательно пытался похоронить.

Я хотел ее. Хотел видеть ее рядом, чувствовать ее тепло, просыпаться с ней каждое утро. Хотел детей. Но страх, гордость, прошлое – всё это стояло между нами, словно непроходимая стена.

— Думаешь, у меня есть шанс? — выдавил я из себя, пытаясь показать, что я выше этой ситуации, что ее слова меня не трогают. Но разве от глаз Захария что-то скроешь? Он видел меня насквозь.

— Шанс есть всегда, ответил он спокойно, его взгляд был полон понимания.

— Главное только понять, что ты хочешь на самом деле. Мэди она создана для тебя, Хьюго. Я не просто так это говорю. Твоя она. Твоей была, твоей и осталась. Тебе предначертана. Ты и так уже наделал дел, а теперь пора исправляться.

Он сделал паузу, давая мне время осознать сказанное.

— Она места себе не находила, когда уезжала от тебя. Когда тебя не увидела. Когда поняла, что больше не увидит. А что я мог сделать? Ничего. Только подать плечо, чтобы выплакалась она. Захарий посмотрел на меня пристально.

— А если обида есть на нее за то, что сына скрыла не смей. Не смей обижаться. Нельзя. Она выносила его, хотя могла с легкостью избавиться от него. Разве это не доказательство?

Я сглотнул, слушая его слова. Они словно удары молота били по мне, сжигая все мои внутренние барьеры, оставляя лишь пепел от них. Его слова проникали глубоко, задевая самые болезненные струны моей души.

Я вспомнил ее слезы, ее боль, ее страх. И понял, что он прав. Я не имел права обижаться. Не имел права требовать. Я должен был бороться за нее, за нас.

Я зажмурился, ощущая, как всё внутри меня кипит и горит. Внезапное чувство, пробудившееся из недр моей души, спрятанное так далеко, сейчас рвалось наружу.

Оно буквально заполняло меня, заставляя чувствовать его так сильно, так отчётливо. Мой волк внутри взвыл, затрещал, устремив взгляд на Захария, который явно почувствовал этот внутренний бунт.

— Наша связь, я не мог подобрать слов, пытаясь выразить то, что творилось со мной.

Захарий добродушно улыбнулся мне, словно видел всё насквозь.

— Есть вещи и сильнее истинной связи, мягко произнес он.

— Я вижу это и в тебе, Хьюго. Есть сила, которая неподвластна ничему, которая сильнее всех на свете. Именно она и свела вас, а не ваша связь.

Признайся себе, что еще в самом начале тебе приглянулась Мэдисон. Ведь сердце не обманешь. Ты относишься к ней иначе.

Признайся себе в том, что любишь её. Что полюбил. Еще тогда, когда ваша связь только зарождалась, ты полюбил ее со временем, как и полагается.