Чтение онлайн

А вот принц Оле приятно удивил. Моррест как-то не ожидал от стареющего пьяницы, что тот откажется признать власть Амори, помнил, как принц уговаривал его отряд сдаваться... Но после отречения Карда Оле заявил, что раз Императора больше нет, остаётся Императрица, и только её приказы он будет выполнять. Эвинна схвачена? Значит, приказывать ему, Харваниду, может только его честь. Амори и Кард со злобы даже казнили его послов. После этого, ясное дело, ни о каком примирении не могло быть и речи. Но у Оле, держащего несколько в Аттардской и Гверифской субах, да и у Хариберта ван Элевсина, чьи охотничьи угодья простирались в треугольнике Хедебарде-Аттард-Валлей, были проблемы. Звались они - тарды, баркнеи и балгры. И, конечно же, Эльфер со своей небольшой, но состоящей из отборных бойцов дружиной. Кольцо фронтов. Оно-то и не позволило повстанческим вождям прийти на помощь Тольфару, а теперь мешает им выручить из кольца осады Макебалы. Пока город держится, всё застыло в непрочном равновесии, но стоит Амори подбросить ещё несколько полков... Тем более с мушкетами и пушками...

– Да ты, Моррест-катэ, и не слушаешь, - удивлённо произнёс капитан.

– Прости, Берель, - спохватился недавний пленник.
– Задумался. Значит нужно и отстоять Гевин, и задержать алков в Нижнем Сколене. И с Арднаром разделаться...

– Думаю, да, хотя на суше я не воевал. Тогда и алкам придётся дробить силы. Ладно, что это мы всё о политике, да о политике? Расскажи лучше, как сам-то вырвался?

Моррест криво ухмыльнулся. Получается, ему дал шанс Кард!

– Меня бы никогда не выпустили, если б Кард не хотел меня заполучить. Насолил я ему... кое-чем, - осёкся Моррест. Их с Эвинна тайна принадлежит лишь им двоим.
– Меня повезли в Нижний Сколен, и тут очень вовремя появились вы. Когда свалка началась, я и выбрался - жаль, дурачка этого молодого прибить пришлось... Я ваш должник, Берель-катэ: вряд ли Кард хотел меня отпустить.

– Наплевать на него. А долг... Думаю, скоро ты отдашь его в бою. Если Амори полезет на нас всерьёз, на Гевине будет жарко... Отдыхай - пока можешь.

Ветер раздувал паруса, паруса и вёсла стремительно тянули корабли к дому. Всего через четыре дня вдали, в сизой дымке у горизонта, покажется характерный абрис скалистого острова. Моррест почувствовал, как предательски подпрыгнуло, будто стремясь вырваться из клетки рёбер, сердце. Этот остров напоминал о тех временах, когда они с Эвинной ещё были молодыми, немного наивными, но готовыми отдать все силы на благое дело. На нём началась великая война Сколена за свободу - но там же и зародилась их с Эвинной любовь.

Как и всегда в последние месяцы, воспоминание об Эвинне отозвалось ноющей болью и пустотой в сердце. Он не смог спасти девочку, не смог даже умереть вместе с ней. Остаётся лишь стиснуть зубы и доделывать то, что мечтала сделать она. И хоть немного загладить вину перед ней.

– Корабль на горизонте!
– крик вперёдсмотрящего вырвал Морреста из зыбкого сна. Сонно покачивающуюся на волнах "Ласточку" наполнил топот, хриплая ругань, хлопанье паруса и плеск падающих в воду вёсел. Будто потягиваясь со сна, корабль заскрипел уключинами, шпангоутами и реями и, быстро разгоняясь, пошёл встречным курсом к вражескому судну.

Вражескому? Так близко от Гевина?! Какой-нибудь сторожевик, заблудившийся и отнесённый вчерашним штормом в открытое море, или вышедший из Хайодра "купец". В любом случае, Берель прав, надо брать "алка". Особого смысла атаковать "алка" нет, всё равно он не успеет вызвать подмогу - но вошедшие во вкус пираты думали иначе. Упускать верную добычу - одинокую алкскую посудину - никому не хотелось.

Вскакивая, Моррест поёжился от утренней прохлады. Он спал на палубе, под звёздной крышей мира, где фальшборт защищает от пронизывающего ночного ветра. Сейчас конец лета, ночью даёт о себе знать близящаяся осень - но как же приятно видеть над головой звёзды и слышать плеск волн о борта, после полугода подземной тьмы и вони, после тюремной безнадёги! Отказать себе в таком удовольствии он не мог. И хотя на жёстких досках палубы тело затекло, да и сам он порядком замёрз, Моррест не жалел. Только криво ухмыльнулся, вспомнив, как когда-то боялся заночевать под открытым небом. Уж лучше быть бомжом, чем заключённым в подземной тюрьме Амори.

Моррест втянул носом свежий, пропахший солью воздух, в щель между щитами огляделся, пытаясь определить, откуда придёт враг. Руки сами, без участия мозга, развязывали предохранительный ремешок на ножнах меча. Вокруг расстилался замерший в ожидании нового дня мир, даже вечно бегущие куда-то вдаль волны, казалось, на миг застыли, будто в детской игре. Небо на востоке алело, будто там бушевал исполинский, под стать огненному шторму после ядерного удара, пожар, и столбами чёрного дыма на его фоне казались облака. Пламя рассвета кровянило пенные барашки волн, борта и мачты корабля, лица людей, занимающих боевые посты, отточенные лезвия мечей и топоров в их руках будто уже попробовали крови. Внизу, у самого горизонта, чёрной громадой распростёрся скалистый берег - неужто это Гевин?! До материка отсюда далековато. Резная кромка скал при игре подстёгнутого адреналином воображения казалась очертаниями далёкого города, над которым беснуется стена огня... А с противоположной стороны небосклона ещё господствовала ночь. Там холодно мерцали ледышки звёзд, вода казалась густой, как смола, и такой же чёрной.

Одно из облаков, пятнавших кроваво-красный небосвод, показалось Морресту каким-то неправильным. Чем-то оно напоминало сильно растянутый гриб - с узкой, резко выделяющийся на алеющем небосклоне "ножкой" - и рыхлой, размазанной по небу "шляпкой", тянущейся куда-то влево. Облако вроде бы даже шло параллельным курсом, чуть заметно смещаясь к северу. Всё происходило абсолютно бесшумно - или просто расстояние глушило звуки?

Кольнуло недоброе предчувствие. Магия? Но он не первый год живёт в этом мире, и особой мистики, кроме самих межмировых путешествий, не встречал. А местные маги, вроде приснопамятного Хегера, могли лишь немногим больше шарлатанов. Неужто Амори научился ещё и колдовать - как будто мало ему огнестрельного оружия?

Моррест прислушался к своим ощущениям. Один раз он проходил там, где поработало недоброе волшебство. Помнится, ощущалось какое-то скрытое присутствие. Будто какая-то огромная, недобрая Сила наблюдала за ним, просто ленясь прихлопнуть, как муху. Или нет? Тогда он ещё толком не оправился от самурского кошмара, всё было нереально, как в бреду...

Но нет, по части сверхъестественного чисто. Тут что-то другое. Может, это не облако, а столб дыма? Но что способно дымить, как паровоз, да ещё и двигаться?

Облако на горизонте становилось чётче, нарождающийся день вступал в свои права, теперь и на западе небо отчётливо серело, звёзды блекли и одна за другой исчезали. Облака сменили цвет с чёрного на пурпурный, затем засверкали сусальным золотом. Но странное грибовидное облако, неряшливым мазком расплывшееся вдоль горизонта, так и осталось угольно-чёрным. Теперь оно напоминало неряшливый мазок кисти художника. Моррест удивлённо воззрился на неё, и почувствовал, как глаза лезут на лоб. Он где-то такое уже видел... но не в этой жизни, нет, не в этой. Ещё немного - и память нашла бы ответ, который наверняка поразил бы его до глубины души. Но в этот миг плеск вёсел и хлопанье наполнившегося ветром паруса прорезал голос вперёдсмотрящего:

– Вижу ублюдков! У них пожар на борту, сами легли в дрейф!

– Мы их настигнем и утопим у самого дома!
– яростно проревел Берель, вынося меч из ножен.
– Барабанщик - ускоренный ритм! Абордажная команда - мечи к бою! Флаг "Атака клещами"!

Матросы забегали, засуетились. Корабль со спущенными парусами, с пожаром на борту - может ли быть цель проще? Налететь на уродов, пока им не до моря, может, даже не придётся драться, они сами будут рады спастись от огня...

Как два орла, из небесных высей камнем падающих на зайца, "Разрушитель" и "Ласточка" устремились к жертве. Расстояние сокращалось стремительно - они с "алком" шли почти встречными курсами. И всё равно что-то было неправильно. Всего несколько минут назад между ними было несколько миль, чужая посудина виднелась на горизонте. Теперь же оставалось не более мили, расстояние сокращалось со скоростью идущего крупной рысью коня. Хотя сияние рассвета ещё мешало рассмотреть странный корабль, Моррест видел, что дым не валит прямо с палубы или из трюма, как при пожаре - нет, он поднимается аккуратным столбом через узкую трубу над корпусом судна. А само судно... Моррест даже протёр глаза. С каждой секундой силуэт корабля рос, теперь его можно было разглядеть во всех подробностях.

Начать с того, что палубы у посудины не было, вместо неё - лишь окрашенная охрой покатая поверхность брони, о которую наверняка срикошетит даже пушечное ядро. Виднелись наглухо задраенные люки и бронедвери, а ещё амбразуры: для пушек - побольше, для ружей и винтовок в ближнем бою - поменьше. Правда, были и мачты с парусами, сейчас спущенными, и грязными складками повисшими на реях. Это оказался не чистый пароход, а нечто вроде клипера - с паровой силовой установкой и с парусами. Люки в бортах быстро открывались, в них показались дула солидных пушек. Теперь плеск вёсел сколенских кораблей заглушал монотонный железный скрежет и грохот. Надо полагать, внутри бронированного монстра всё тряслось, гремело и ревело - оттого их до сих пор и не услышали. А увидеть... Сколенцам повезло, их скрыла предрассветная мгла, да и размерами их корабли уступали алкскому.