Чтение онлайн

Единственное, что меня огорчает, это то, что мама так и не объявилась. Но должно ли это меня огорчать теперь, когда я точно знаю, что матери плевать на меня? Если бы это было не так, она хотя бы ответила на звонок или сообщение, которое я ей послала. Да, я сделала это. Решилась ей написать, что заболела и лежу в больнице. Но она, видимо, так и не прочитала смс. Почему я чувствую такую боль, когда думаю о ней? Я хотела бы, чтобы она пришла в больницу. Мы бы поговорили, и быть может, смогли решить наши проблемы. Да, она выгнала меня из дома. Но чтобы я там не говорила окружающим меня людям, в глубине души я скучаю по ней. Она ведь моя мама, в конце концов! И мне жаль, что она меня не любит. «У меня больше нет дочери». Смахиваю слезу.

— Ника, ты готова? — Спрашивает Марк. Он сидит в кресле и наблюдает за мной. — О чём так задумалась?

Пожимаю плечами. Лишь бы он не увидел, что я плачу.

— Так, ни о чём.

Блин, голос просто предатель! Он дрожит и не даёт скрыть мои эмоции.

Марк встаёт с кресла, подходит ко мне. Берёт за подбородок. Изучает внимательно моё лицо.

— Ты плачешь, Ника, — говорит он. — Почему? Жаль покидать эту палату? Не можешь забыть, что тут было? — Оборачивается и смотрит на кровать. Опять его шуточки! Точно знаю, что он имеет в виду.

— Можем повторить напоследок, — он игриво поднимает брови. Я пытаюсь улыбнуться, но не могу. Да что со мной? Я ведь сегодня возвращаюсь домой, зачем думать о грустном?

— Нет уж, — говорю и всё-таки улыбаюсь. — Поехали уже домой.

Он кивает. Забирает мою сумку. Мы выходим. Оказавшись на улице, я вздрагиваю. Погода и правда стоит холодная. Но я вдыхаю прохладный свежий воздух, и мне становится легче. Я не буду больше думать о матери. Она обо мне не думает.

Сажусь в машину, и мы едем. Марк включает мою любимую группу. Я откидываюсь на спинку сиденья и смотрю в окно.

Дорога недолгая и скоро мы уже заходим домой. Как же хорошо снова оказаться в этой маленькой уютной квартире! Я раздеваюсь и обхожу комнаты, кухню, заглядываю в ванну.

— Всё так чисто, — замечаю я Марку. Он раскладывает мои вещи по полкам. Как это мило! — Ты прибрался?

Он улыбается.

— Я знаю, что ты любишь чистоту, вот и решил сделать тебе приятное. Чтобы ты не брюзжала, как я всё здесь запустил во время нашего временного проживания в больнице.

— Это очень мило, спасибо тебе, — говорю, садясь на кровать. Марк закрывает шкаф, подходит ко мне. Садится передо мной на корточки, разводя мои колени. Кладёт ладони на мои бёдра.

— Только не привыкай! Я сегодня же разбросаю футболку и джинсы по полу, — улыбается мне своей очаровательной улыбкой. Я тихонько ударяю его по плечу.

— Даже не вздумай, — возникаю. Тоже улыбаюсь ему. Провожу ладонью по его щеке. Она немного колется. Он не брился два дня. Я знаю.

— Побриться?

Пожимаю плечами.

— Может позже.

Я притягиваю его к себе за плечи, прижимаюсь лбом к его лбу.

Сидим так несколько минут.

— Ты скажешь, почему плакала? — Вдруг спрашивает он. Блин, всё-то ему нужно знать!

— Нет.

— Скажи.

— Нет.

— Ника! — Он отстраняется немного и обхватывает моё лицо ладонями. Я начинаю таять от его прикосновения.

— Я умею убеждать, — упрямо говорит он. — Если ты мне не скажешь, то не рассчитывай на сладкое.

Вот хитрый жук!

— Это шантаж? — Поднимаю брови.

Кивает.

— Я же люблю шантажировать, забыла?

— Это нечестно!

Я вырываюсь из его рук и толкаю в грудь. Он смеётся. Чуть не падает, но удерживает равновесие.

— А сладенького-то хочется? Да, малыш?

— Нет!

Он точно знает, что я его хочу. Но я тоже упрямая, неужели он забыл? Я вскакиваю с кровати и отбегаю от него.

— Врёшь, — говорит и встаёт с пола. Идёт ко мне, но отступаю ещё и ещё, пока не упираюсь спиной в дверь.

— Больше бежать тебе некуда, — злорадно говорит он, ещё и ухмыляется. — Ты попалась, девочка моя.

Он совсем близко ко мне, берёт меня за плечи и разворачивает лицом к двери. Я зажата между ним и дверью. Совсем как в тот вечер, когда мы первый раз занимались любовью.

Марк наклоняется ко мне и целует шею. По спине бегут мурашки, а колени мои дрожат. Его руки шарят по моему телу, останавливаясь на ширинке джинсов. Он медленно расстёгивает замочек и касается пальцами моей кожи. Я вздрагиваю. Он чувствует это. Знаю, он доволен тем эффектом, что производят на меня его прикосновения. Пальцы Марка движутся дальше, к моим трусикам. Моё тело уже горит.

— Хочешь меня, Вероника? — Шепчет он, а сам уже возбужден не меньше моего.

— Скажи, — его палец уже внутри меня, движется медленно, распаляет желание. Марк дразнит, он просто пытает меня! С моих губ срывается стон.

— Да!

Он разворачивает меня к себе, хватает на руки и несёт к кровати. Я стаскиваю его одежду, бросаю прямо на пол. Через минуту мы уже оба обнажены. Наши тела касаются друг друга, а губы сливаются в поцелуе. Он продолжает дразнить меня языком, имитируя то, что должно произойти с нашими телами. Я постанываю, произнося его имя, прижимаю его бёдра к себе. Я просто уже не могу терпеть! Я так хочу почувствовать его внутри, что готова умолять его об этом. А он всё продолжает свою игру. Целует мою грудь, чуть покусывает сосок. Чувствую его горячий язык и вскрикиваю. Он настоящий злодей!

— Марк, — хнычу я. — Ну же!

— Уже не терпится, да? — Улыбается нахально.

Он обнимает мою спину, немного приподнимает от кровати. Я обвиваю его ногами, запускаю пальцы в его волосы.

— Давай же, — требую я, выгибаюсь ему навстречу, поднимаю голову и ищу его губы.

— Сначала обещай, что расскажешь, — шепчет он, не давая себя поцеловать.

Блин, да я тебе всё, что хочешь расскажу!

— Я расскажу, расскажу, — говорю ему то, что он хочет услышать. Лишь бы он перестал меня мучить и дал то, чего так жажду.

— Хорошая девочка, — улыбается он и накрывает мои губы поцелуем. В тот же момент я чувствую его движение вперёд, глубь меня и забываю обо всём на свете. Я испытываю такое наслаждение в его руках, что разум мой затуманивается, а мысли путаются. Я полностью отдаю ему себя, растворяюсь в нём, кричу его имя снова и снова. Мне теперь не нужно сдерживаться, ведь мы дома, а не в больнице. Здесь я могу быть собой рядом с человеком, которого так люблю.

Позже мы лежим в объятиях друг друга. Наши тела покрыты потом. Моя голова покоится у Марка на плече. Он целует мою макушку, гладит спину.