Чтение онлайн

Туманно говорил и адвокат Ройзман. Наконец тяжело вздохнул и спросил:

– Джордж, вы готовы?

– К чему?

– Узнать, с чего началось это дело? Мне удалось ознакомиться с ним целиком, включая секретную часть... Хотя Иуда сопротивлялся, как мог. Впрочем… – тут Наум Абрамович криво усмехнулся, – сейчас этому дегенерату не до чужих тайн… – Да, говорите.

– Вот копии, ознакомьтесь.

Три доноса. Основной – от Марка Лиандра. Подкреплён письменными показаниями, за собственноручными подписями допрошенных, жены доносчика Гертруды и старшего сына Джозефа Марковича Лиандра.

…А майора КГБ Джудера Брахта вызвали в Главное управление. На ту самую Лубянку. Вместе с начальником Мошковецкого областного управления генерал-майором Лаудицем. Одновременно.

В кабинет заместителя председателя комитета они вошли также вместе. Генерал-полковник сидел за рабочим столом, просматривал какие-то бумаги. На вошедших взглянул мельком, продолжил читать свои документы. Оба приглашённых стояли, не смея лишний раз вздохнуть. Оба прекрасно понимали, чем кончаются такие спектакли – с демонстративным невниманием Большого Начальника. …Может, сразу застрелиться? Или сначала всё-таки придушить на глазах у товарища генерал-полковника этого долбо.ба Иудушку?

– Майор Брахт, вы по-английски понимаете?

Генерал-полковник оторвал голову от бумаг, мельком взглянул на Иудушку. Спросил так, как обычно спрашивают, а не найдётся ли спички – закурить.

– Так точно, понимаю!

– Ну, тогда прочитайте и переведите вслух, чтобы генерал- майор Лаудиц тоже понял. Там отчёркнуто.

Генерал-полковник порылся среди бумаг на своём столе и протянул Иудушке газету. У того потемнело в глазах.

Казалось, что тяжелее недавно пережитого стресса ничего быть не может. Каким-то чудом удалось спасти этого самого Лиандра, пройти на волосок от посадки за непредумышленное убийство (это оптимистический вариант, если решат наказывать по закону) или от внутреннего разбирательства (это – пессимистический вариант, почти гарантированно с летальным исходом). Сколько водки вылакал майор Брахт, пытаясь хоть как-то заглушить дикий страх, он уже и сам сейчас не помнил. И руки тряслись до сих пор – и явно не столько от количества выпитого, сколько от ужаса пережитого.

Выяснилось, что бывает и хуже.

Газетка была американская. Называлась «New York Times». Отчёркнутая красным карандашом статья была помещена на третью полосу, где занимала всю верхнюю половину страницы.

«Advocate Roysman’s New Battle».

– «Новая битва адвоката Ройсмана»…

– Ройзмана, майор. Это просто они так фамилию написали. Читайте, переводите вслух товарищу генерал-майору.

Генерал-полковник даже улыбнулся, вроде как ободряюще – мол, давайте, майор, вы справитесь.

Иудушки хватило только на первый из пяти столбцов текста. Дальше он сам себя не помнил. Кроме одного ощущения – обоссался. Вот в самом прямом смысле – из штанины потекло. И какие-то безумные крики ужаса; истерика; одновременно – что-то умоляющее из общей серии «не убивайте!».

Так что дальше генерал-полковник рассказал генерал-майору своими словами.

Ну да, когда-то органы недоглядели. Наум Ройзман казался нормальным таким, типично советским евреем. Но получил известность, завёл международные связи... Как волка ни корми – всё равно в лес смотрит. В смысле – на этот свой Израиль. И вообще – на Запад. Статейка написана другом Ройзмана, известным американским журналистом. Учитывая сенсационность материала – опубликована в «New York Times», и, похоже, это только начало. В ближайшие дни ожидаются перепечатки текста ведущими западными газетами. Автор статьи, по проверенным данным, уже приглашён на постоянную работу в штаб кандидата в президенты США от Консервативной партии Рональда Рейгонда. Известно, что Рейгонд резко негативно настроен по отношению к СССР, является убеждённым антикоммунистом, несколько раз публично успел назвать СССР «империей зла». Этот журналист и его сенсационный текст – немалое подспорье Рейгонду в президентской гонке, в которой он и так фаворит.

Речь в тексте шла о том, что в Северном Союзе Социалистических Республик развёртывается удивительный и очень показательный судебный процесс. За антисоветскую агитацию будут судить внука недавно умершего члена ЦК Компартии. Есть сведения, что для получения необходимых показаний КГБ пытал задержанного и применял к нему запрещённые психотропные препараты. Конкретные детали обвинения: в СССР ученик старшего класса уже не имеет права спросить учителя на уроке, что же такое долг перед родиной и откуда он берётся? Всё это в совокупности свидетельствует как о полномасштабном, системном политическом кризисе советской власти (в которую не верят даже ближайшие родственники партийных руководителей), так и о том, какую звериную жестокость будет проявлять агонизирующая красная империя. И как она опасна не только для тех несчастных, что родились на этой проклятой одной шестой части суши, но и для всего человечества. Слова о «разрядке» – блеф; «борьба за мир во всём мире» – блеф; или прямо сейчас цивилизованные страны наденут смирительную рубашку на эту дикую азиатскую страну, или мир окажется на грани катастрофы.

– Ну, допустим, про мир на грани катастрофы – чистая пропаганда и клевета… – брякнул ошарашенный генерал-майор.

– Сам знаю, что клевета и пропаганда. Ты это объясни читателям этой паскудной газетёнки и в штабе кандидата в американские президенты Рейгонда... А заодно объясни – где ты нарыл этого мудака и что нам теперь со всем этим делать? И с мудаком, и с этим… как его… Лиандром Джорджем Марковичем?

При словах о мудаке – последовал указующий жест в сторону майора Брахта. Впрочем, тот уже тихо лежал в уголке генеральского кабинета без сознания.

4

…Этот день не заладился с самого утра. Голова болела, память подводила, внимание и сосредоточенность – почти на нуле; бумаги на столе чуть не сами собой путаются. Кое-как доработав положенное время, судья Ульрих прямо на середине закрыл очередное заседание, быстро переоделся, вызвал такси. Домой, домой, скорее домой! Принять ванну, выпить что-нибудь, как выражается жена, от головы и – спать. Спать, спать, спать!

Он даже не успел удивиться и испугаться. Ну да, сегодня он был рассеян, измучен головной болью и поэтому в ловушку загнал сам себя.

Такси за ним явно прислал Крысолов.

Как только судья рухнул на переднее сиденье рядом с водителем, ему в затылок упёрлось дуло пистолета.

– Спокойно, Ульрих. Не дёргайтесь. Иначе я буду вынужден вас сильно огорчить.

Водитель профессионально обыскал судью. Нет, это были не какие-то бандюки. Это спецслужба. Крысолов ведь уже около года – руководитель Службы безопасности Президента Северной Федерации.

Этот образ возник в голове Ульриха сразу после прочтения в жёлто-криминальной прессе очередного сенсационного репортажа больше года назад. На пустыре на окраине столицы найден труп вора в законе Коростеля, которого опоили «царской водкой» – жуткой смесью кислот, разъедающей даже чистое золото. Потом были ещё публикации. Только-только отменили цензуру – освободившиеся, наконец, из-под гнёта тоталитарной системы золотые перья упражнялись в сенсациях кто как мог.

Крысолов! Да, именно так. Жуткий Крысолов из средневековой легенды, которого сильно обидели глупые горожане. Тогда он сильно разозлился, заиграл на своей волшебной дудочке и увёл из города всех детей, чем обрёк его на вымирание.

За прошедшие полтора года Крысолов увёл почти всех. С поистине адской изобретательностью. Доставившего ему неслыханные нравственные страдания вора в законе – заставил почувствовать, что это значит – «жжёт внутри». Продажного начальника тюрьмы, иуду – нашли задушенным. …Для полного счастья в минувшем августе Крысолов увёл в небытие Страну Советов. Остался только судья Ульрих.

Господи, да сегодня же!.. – осенило его.

Сегодня – седьмое июля 1992 года. Ровно 10 лет назад судья Ульрих вынес свой приговор по уголовному делу Крысолова.

На бешеной скорости лжетакси уносилось прочь от Мошковца.

Пистолет от головы убрали, но судья не дёргался – бесполезно.

И разговаривать они, наверное, не будут. Так что он молчал.

…Автомобиль остановился во внутреннем дворе кафе. Кафе было закрыто; на дверях висела табличка: «САНИТАРНЫЙ ДЕНЬ». Ну да, сегодня Крысолов завершит свою санитарную обработку. И место выбрал... Это городок Варский, то самое кафе, где Крысолов когда-то встретил свою Большую Любовь. Которую потом убили, так что у Крысолова осталась только Большая Ненависть к тем, кого он считал виновными в смерти Большой Любви.