Чтение онлайн

— Хорошо, — сказал Кеттлер, внимательно наблюдавший за ней.

Затем взял другой конец веревки и, контролируя ту, что удерживала его, несколько раз обмотал ее вокруг скального выступа и тщательно завязал.

Пайн поняла, почему он хотел, чтобы она только закрепила карабин. Мертвый вес Рота и без того оказывал мощное давление на ее тело, и, если б она обмотала вокруг себя еще одну веревку, а потом что-то пошло бы не так, две веревки могли задушить ее, словно сжавший тело удав. А теперь, если вес Рота потащит ее вниз, дополнительная веревка помешает им рухнуть в пропасть, навстречу смерти. Оставалась лишь одна проблема: Пайн оказалась зажатой с двух сторон — между скалой и землей.

Кеттлер подбежал к ней с дополнительной веревкой с карабином.

— Ты держишься? — спросил он, коснувшись ее руки.

Она кивнула, но лицо ее искажала боль.

— Только я не смогу делать это вечно.

— Тебе не придется. — Он заглянул за край тропы. — Давид, сейчас я спущу веревку вниз. Пристегни ее карабин к тому, который у тебя, ты меня понял?

Рот кивнул, и Кеттлер спустил ему веревку.

Давид схватил ее и со второй попытки сумел пристегнуть карабин.

Кеттлер вернулся к выступу скалы с веревкой в руках, пристегнул ее к той, что уже была намотана вокруг камня, и убедился, что она натянута. Затем снова подошел к краю тропы.

— Давид, ты надежно прикреплен к скале. А теперь я разъединю веревку, которая связывает тебя и Этли.

— Нет! — закричал Рот. — Не надо, я упаду!

— Ты никуда не упадешь. Скала, к которой я тебя прицепил, весит около пяти тысяч тонн. Она послужит надежным противовесом. Я должен освободить Этли, чтобы она помогла мне вытащить тебя наверх. Когда я отсоединю одну веревку, ты опустишься на несколько дюймов, но не упадешь, понятно? Сейчас тебя удерживают две веревки.

— О господи, о, пожалуйста, господи… — донеслись до них стоны Рота.

— Давид, — крикнула Пайн, — мы не дадим тебе упасть, поверь нам! Это хороший план. И другого у нас нет, ты понял?

— Ладно, — после паузы согласился Рот.

Кеттлер посмотрел на Этли.

— Готова отстегнуть карабин?

— Моя спина уже давно готова, — проворчала она.

Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы справиться с карабином веревки, соединявшей ее с Ротом.

Тот вскрикнул, почувствовав, что опускается, но веревки его удержали, и он успокоился.

Пайн судорожно выдохнула.

— Мне нужно снять проклятую бомбу, — сказала она. — Скорее!

Кеттлер помог ей избавиться от рюкзака.

Некоторое время она лежала, тяжело дыша.

— Этли, мне нужна твоя помощь, чтобы его вытащить, — сказал Кеттлер, и она услышала тревогу в его голосе.

Сильный дождь так и не прекратился.

Она понимала его беспокойство. Если вертолет вернется, им всем конец.

— Да, я знаю. Просто дай мне пару секунд, — ответила Пайн.

— Ладно, но мы не можем долго ждать.

Сэм пристегнул их к скальному выступу, затем протянул Этли перчатки, которые достал из рюкзака; сам он уже надел другую пару.

— Ладно, почти олимпийская чемпионка, посмотрим, на что ты способна.

Пайн сумела ответить ему слабой улыбкой, потом надела перчатки и потерла ладони.

— Давай сделаем это, — сказала она.

Они присели на корточки, ухватились за веревку и принялись тянуть. Дождь не унимался, земля стала влажной, у них скользили ноги, пальцы с трудом удерживали вес, и Рот несколько раз опускался вниз. Но Пайн была невероятно сильной, как и Кеттлер. И они вместе, дюйм за дюймом, поднимали Рота из пропасти, пока его голова не появилась над краем тропы.

Сэм быстро завязал веревку, чтобы снова не потерять с таким трудом завоеванные дюймы. Потом они с Пайн подошли к краю, присели на корточки и с двух сторон ухватили Рота под мышки.

— Раз, два, три, тянем, — сказал Кеттлер.

Через мгновение верхняя часть тела Давида оказалась на тропе.

— Еще раз, — сказал Кеттлер.

И вскоре Рот повалился на землю рядом с ними. Они втроем лежали без движения в течение нескольких драгоценных минут, тяжело дыша и не обращая внимания на сильный дождь.

Затем поднялись на ноги, отвязали веревки от скалы и собрались идти дальше. Теперь пришла очередь Кеттлера нести заряд.

— Б-благодарю вас, — сказал Рот, когда они возобновили подъем.

— Не спеши с благодарностями, — ответила Пайн. — Мы еще не добрались до верха.

Примерно через двадцать минут Сэм оглянулся назад.

— Теперь тропа выравнивается, — сказал он. — А потом мы подойдем к краю.

Пайн посмотрела на небо, а потом на часы.

— Сколько нам еще осталось? — спросила она у Кеттлера.

— Около двух часов.

— Тогда поспешим. Рассвет здесь наступает быстро.

Она вынула из кармана телефон и с радостью обнаружила, что тот работает. Набрала номер, отчаянно надеясь, что у нее все получится. После третьего гудка ей ответил сонный голос.

— Это Этли. Ты сказала, что, если мне понадобится помощь, достаточно попросить. Ну, так я прошу.

Примерно через два с половиной часа они добрались до северного края. Кеттлер поднял руку, они сразу остановились, и Рот, тяжело дыша, опустился на землю.

Сэм поставил бомбу на землю, вернулся к Этли и Давиду и развязал все веревки. Затем присел на корточки и огляделся по сторонам.

— Ну, и каков наш план? — спросил он. — Мне не нравится, что мы на открытом месте. Вертолет может приземлиться здесь где угодно.

Пайн посмотрела на небо и увидела, что свет уже начал пробиваться сквозь мрак, еще царивший над каньоном. Тут же решила, что, если вертолет действительно появится и приземлится, они откроют огонь по топливным бакам.

— Я уже вызвала помощь, — сказала она. — Скоро она будет здесь.

— Будем надеяться, что она успеет, — сказал Кеттлер.

Через тридцать минут темноту разрезал свет двух фар, но они двигались по дороге, а не по воздуху. Кеттлер направил «М4» в сторону приближавшегося автомобиля.

— Опусти оружие, — быстро сказала Пайн, когда машина подъехала так близко, что она сумела ее разглядеть. — Я их знаю.

Рядом с ними остановился «Шевроле Субурбан», из которого вышли Джо и Дженнифер Ядзи.

Джо Ядзи-старший был крупным, плотным мужчиной, с сединой в длинных черных волосах и сильно обветренным, дочерна загоревшим лицом — он всю жизнь прожил в этих краях. Джо слегка хромал. Пайн знала, что он получил ранение в бедро, которое так и не зажило.