Весь Дэвид Болдаччи в одном томе
Шрифт:
— Не ухватываю, — признался Богарт.
— Там на стене был снимок, которого там больше нет. Видно место, где стена меньше выгорела.
— Почему же он убрал снимок?
— По одной причине, — ответил Декер. — Мы бы узнали того, кто на ней.
— И кто это мог быть, черт возьми?
— Не знаю.
— И почему это я вам не верю? — набычился на него Богарт.
— И еще кое-что. Макклеллан пытался разыгрывать изумление, но он знал, что Рой жив. В смысле, действительно знал. А не просто догадывался.
— Откуда?
— Не знаю, но Макклеллан непременно сделает ошибку. Нам лишь нужно быть на месте, когда это случится.
— А если вместо того они со своими дружками приступят к совместным действиям и будут чинить нам помехи?
— Это всегда возможно.
— И почему вы только не обсудили свою стратегию со мной, прежде чем очертя голову пускаться в ее реализацию?
— Я просто старался воспользоваться моментом. Что нам известно на данный момент?
— Я организовал перехват его телефонных переговоров и интернет-подключений. Местные агенты следят за его передвижениями. Если он сорвется в бега или напишет по электронке одному из других «мушкетеров», мы об этом узнаем. Но пока что ничего.
Декер посмотрел на часы. Время было позднее.
— По-моему, нам надо поспать.
Мелвин Марс метался и ворочался в постели, когда его телефон вдруг звякнул в два часа ночи. Схватив его, Марс посмотрел на экран.
«У машины через десять минут. Надо поговорить. Декер».
— Жопа, — буркнул Мелвин, натягивая одежду, и вышел из комнаты. Путь до стоянки был недалек. Отыскав машину, он огляделся.
— Мелкий?
Услышав это прозвище, Марс окаменел. Потом медленно обернулся.
Отец стоял в десяти футах от него, рядом с припаркованным автомобилем.
— Как ты… — начал Марс.
— Твой контакт я выудил из телефона твоего приятеля, когда вломился в его номер мотеля накануне. По уму, ему бы пользоваться паролем. А ты вообразил, что текст от Декера, потому что я подписался его именем.
— Бать, какого черта ты делаешь?
— Не здесь. Прокатимся, — указал он на автомобиль.
Мелвин попятился на шаг.
— Да брось, Мелкий, если б я хотел тебе навредить, я мог бы сделать это в любой миг, когда вздумается.
— Куда мы?
— Просто прокатимся. Потом я привезу тебя сюда. Обещаю.
— Но живым или мертвым?
— Обещаю, Мелкий. Я не хочу причинять тебе вреда. Я так прикидываю, что уже неплохо расстарался на сей счет.
Оглядевшись по сторонам, Марс направился к отцу. Они забрались в машину, и Рой сдавал задним ходом, пока не выехал на главную дорогу, после чего выжал газ.
На небе не было ни звездочки, тучи сгущались, и ни единой другой машины на дороге.
— Ты хромаешь? — поглядел Марс на отца.
— Ага, старею, — бросил он взгляд на сына. — Ты должен меня ненавидеть, Мелкий. А ежели нет, то голова у тебя не в порядке.
— Я хочу попытаться понять, почему ты сделал то, что сделал.
— Я уже рассказал толстяку — отчасти.
— Ага, он мне тоже отчасти рассказал, но не все. Наверное, поберег мои чувства.
— Я бы не стал утруждаться, — гоготнул Рой.
— А с мамой утруждался.
Ухмылки на лице Роя как не бывало.
— Ты убил ее, правда? Выстрелил ей в лицо из моего дробовика.
— Рак разъедал ей мозг. Денег на лечение у нас не было. Доктора сказали нам…
— Куда вы ездили для диагноза?
— В Мексику. Мы с твоей мамой пробыли там какое-то время. У них были экспериментальные средства, но ей ничего не помогало. А мы не хотели, чтобы кто-нибудь в городе знал. Просто на всякий случай.
— Декер сказал, что она могла быть рабыней в Кали. И что украла серебряный чайник, когда улизнула.
— Значит, у толстяка большой мозг. Не то чтобы она была рабыней, но и не была свободной. У них была уйма денег. У нее — стол и кров. Но… уйти она не могла. И обращались с ней не очень-то.
— И как же она вырвалась?
— Так мы встретились. Я там выполнял работку. Люди, державшие твою маму, были знакомы с теми, на кого я работал. У них были проблемы с машиной. Я отправился к ним починить. Они жили в чертовом замке, водили «Роллс-Ройсы» и «Бентли» и за всю жизнь пальцем о палец не ударили. Но, побывав там, я узнал про твою маму. Мы с ней говорили. Потом строили планы. Потом я вытащил ее оттуда.
— Ты их убил?
— А если и да, это играет роль? — Рой поглядел на сына.
Марс устремил взгляд за окно.
— Мы взяли чайник, но не для продажи, — сказал отец. — Ты знаешь, что мы его хранили. Твоя мама просто хотела забрать у них что-нибудь после того, что с ней делали.
— Батя, как ты мог ее убить?
Рой явно поморщился. Вывел машину на обочину, погасил фары и припарковался.
— По-твоему, я проснулся однажды утром и решил пульнуть картечью ей в голову? Так?!
— Я лишь знаю, что ты спланировал все очень тщательно. Убил какого-то парня и подсунул его вместо себя, чтобы сойти за мертвого. А потом устроил все так, чтобы удар пришелся по мне. И вместо того чтобы играть в НФЛ, я полжизни проторчал за решеткой. Меня едва не казнили.
— Я бы не дал им убить тебя, Мелкий.
Марс так двинул кулаком по торпедо, что осталась вмятина.
— Мое чертово имя Мелвин!
Добрую минуту тишину нарушало лишь тяжелое дыхание обоих мужчин.
— Ладно, Мелвин, все сказанное тобой — правда. Я убил чувака. Твоя мама подменила зубоврачебные записи. Я убил ее. Поджег трупы. Подговорил цыпочку и чувака из мотеля на то, что они сделали. Испортил твою машину. Подставил тебя. Ты залетел в тюрьму из-за меня.
— Почему? Почему ты так со мной поступил?
— Это было самое безопасное место для тебя. Твоя мама тоже так думала.
— Чушь собачья! — взревел Мелвин.
В ответ Рой выхватил пистолет. Но вместо того чтобы нацелить его на Марса, положил на сиденье между собой и Мелвином.
— Тогда возьми этот ствол, направь на мою башку и нажми на сраный спусковой крючок, Мелкий. Если у тебя есть яйца.
Марс с недоверием посмотрел на пистолет. Потом медленно протянул руку, взял его и нацелил на отца.