Чтение онлайн

– Лорбаэн знаешь?
– спросил он.

– Сестра она мне...
– растерянно ответил мальчишка. Наверное, не ожидал услышать это имя.
– Где она?

– Где-то...
– неуверенно ответил арден.
– Ладно, пойдешь со мной.

– Никуда я с тобой не пойду!
– мальчишка рванулся, но мне удалось удержать его. Арден решительно шагнул вперед, но тут я протянул свободную руку и преградил ему путь.

– Правильно. Он пойдет со мной, Старший.

– Он не твоей крови, чужак, - резко бросил мне лучник.
– и не тебе лезть в его судьбу.

– Мнится мне, - моя рука непроизвольно потянулась к петле на поясе, где обычно висела секира, и встретила лишь пустоту - секиру я оставил в трактире.
– что и вашей крови в этом мальчике немного. Иначе не скитался бы он беспризорником по улицам, не так ли?

Арден покраснел. Что ж, улыбку на лице Старшего я сегодня уже видел, смущение тоже, что еще мне ждать от них, вчера еще казавшихся каменными статуями?

– Ты не понимаешь. Он должен пойти со мной.

– Почему?

Арден промолчал, опустив голову и уставившись на носки своих сапог. Мальчишка повторил, что никуда он с арденом не пойдет.

И тут арден поднял на меня глаза, и выражение его лица мне не понравилось. Такое же выражение было на лице Вальда, когда я спрашивал его, пойдет ли он за мной на Вессей. Затуманился на миг взгляд лучника, а потом прояснился - вроде как ему кто ответ на ушко шепнул.

– Идите, - он развернулся к ожидавшему его отряду, махнул рукой. Лучники двинулись прочь.

– Эй!
– окликнул я его.
– Что, вот так все просто? Посмотрел в будущее, увидел там правильный выбор и расслабился?

Он обернулся на ходу, скосил на меня глаза.

– Да, Мальтори. С тобой - да, просто.

И так и остался бы я стоять с открытым ртом посреди улицы, кабы не дернулся вдруг все еще удерживаемый мной воришка.

– Пусти!

– А ты что, есть не хочешь?
– спросил я.
– Я вот хочу, и сильно.

Он мне не верил. Я отпустил его руку, он отшатнулся, споткнулся, растянулся на мостовой. Я стоял, не двигаясь, глядя на него сверху вниз.

– Можешь тут так и лежать, если тебе нравится. А я пойду пообедаю.

– Постой!
– крикнул он мне вслед. Догнал, пошел рядом, засунув руки в дырявые карманы и втянув голову в плечи. Недоволен еще, вы только посмотрите на него!

Придем - вручу его Тари, пусть накормит и отмоет заморыша. А потом уже расспрашивать будем, кто он да откуда такой в Скейре объявился.

– Ты эйторий?
– вдруг спросил мальчишка.

– Нет, нербериец.

– А почему ты тогда здесь? Нерберийцы сейчас на Скейр с запада наступают.

– А я - неправильный нербериец, - ухмыльнулся я. На лице у мальчишки был написан скепсис, меня это забавляло. Интересно, они с Тирвали найдут общий язык? Племянник все же сильно постарше.

На этот раз взгляды, которые бросали нам вслед, меня почему-то не раздражали. Слишком уж я был озадачен, чтобы обращать внимание на чьи-то там взгляды, и озадачивало меня прозвучавшее из уст арденского лучника мое собственное имя.

Мое удивление продержалось до вечера, когда в трактире появился тот самый командующий арденов - Аэлевит. Вернее, та самая - предводителем Старших севера оказалась женщина.

Она вошла в зал решительным шагом, звеня кольчугой, с накинутым на плечи простым серым плащом, с одноручным мечом на широком поясе, с забранными в хвост на затылке роскошными золотыми волосами. Ее губы были решительно сжаты в одну черту, в глубоких голубых глазах горел огонь. За ней вошли и остались у входа двое молодых арденов без брони и оружия - возможно, посыльные.

Вошла, остановилась, огляделась, кивнула Таивису. Взгляд ее обратился к нашему столу, Арварих отодвинулся в сторону, и она увидела меня.

А затем молодые рыцари-эйтории повскакивали со своих стульев и лавок и, толкаясь, бросились ее поднимать, потому что в тот момент, когда наши взгляды встретились, ее ноги подкосились и она без чувств опустилась на дощатый пол трактира.

'Вот этого мне для полноты картины и не хватало, - подумал я, выпрямляясь и подтянув босые ноги.
– Арденки, которая падает в обморок'.

Она пришла в себя быстро, поднялась, опираясь на руки молодых эйториев, отстранила их и подошла к нашему столу. Арварих подвинулся еще, освобождая место на лавке, но она не воспользовалась приглашением.

– Я - Аэлевит из Окбери, - голос у нее был глубокий, сильный. Голос командующего, хотя... нет. Он не был резким, скорее певучим, протяжным. Этот голос не был предназначен для того, чтобы отдавать приказы, а вот повелевать... или петь, возможно.

Голос Аэлевит мне понравился.

– Очень приятно. А я - Ма...

Ее рука взметнулась вверх, останавливая меня.

– Тише! Я знаю, кто ты. И пусть твое имя пореже звучит вслух, хорошо?

Ну ладно, пореже так пореже. Одной странностью больше, одной меньше. Надеюсь, потом мне кто-нибудь что-нибудь объяснит.

– Нам надо поговорить наедине.

Я оглянулся на Тари, которая застыла на пороге кухни, наблюдая за происходящем в зале. Девушка лишь беспомощно развела руками. Аэлевит проследила за моим взглядом, снова посмотрела на меня:

– Ходить ты можешь? Или... у тебя все в порядке с ногами?
– она осеклась, словно сказала лишнее. И, мне кажется, я ее понял.

– Уже нет. Но ходить могу. Сейчас, обуюсь только.

– Мальтори, скоро ведь должен прийти лекарь!
– воскликнула Тари и тут же потупилась под пристальным взглядом Аэлевит.

– Не надо произносить его имя. Пока я здесь - не надо. А лекарю скажи, чтобы ждал. У нас важный разговор.

Она подождала, пока я обуюсь. Тирвали взглядом спросил, надо ли меня сопровождать, я покачал головой, а потом кивнул в сторону Рава - так звали воришку, которого я сегодня подобрал -занимайся, мол. Он понял.

Аэлевит тоже заметила этого мальчишку, присмотрелась, поднесла руку к глазам, опустила. Вздохнула, не особо скрывая вздох.

– Идем?

Она кивнула, мы вышли за порог, провожаемые взглядами всех, кто был в зале. Удивление было самым меньшим в том, что эти взгляды выражали.

Было темно, был моросящий дождь, повисший в воздухе почти как туман, но все же прозрачнее тумана, были ореолы вокруг фонарей, переливавшиеся радугами, была темная вода реки за каменной балюстрадой, были огни на пришвартованных к набережной судах, были крики стражи на мосту, который был отсюда недалеко. Было прохладно и сыро. Аэлевит накинула капюшон плаща, из-под него выбивались непослушные золотые пряди, и это было красиво. Как красив был ее взгляд исподлобья, который устремлялся на меня всякий раз, когда я говорил.