Чтение онлайн

Шона напряженно огляделась. Она прекрасно понимала, насколько малы шансы случайно встретить Нейта в такой толкучке. Может, он уже не здесь, а где-то в городе. Или возвращается домой. В конце концов, торту не нужен телохранитель. И хотя для участия в конкурсе требовалось соблюсти сотню правил, личное присутствие на ярмарке в их число не входило. Это было лишь рекомендацией на случай, если у судей возникнут вопросы.

Теперь Шона злилась, что не написала Нейту, когда поехала в Эдинбург. Она хотела поговорить с ним с глазу на глаз, но теперь без сообщения или звонка не обойтись. Шона отдала чемодан и куртку гардеробщице и достала телефон. Нет сети! Потрясающе!

Территория ярмарки была огромной. В плане, который вручил ей приятный мужчина у входа, говорилось, что здесь представлены около сотни международных экспонентов из четырнадцати стран, на двух сценах проводятся живые выступления, проходят мастер-классы и — Шона сглотнула — в конкурсе тортов участвует более пятидесяти человек. Такой конкуренции она не ожидала!

Дольше, чем требовалось, она задержалась у сладких столов, выставленных в ряд перед конкурсными работами. С ума сойти, до чего можно додуматься! Один из столов назывался «Октоберфест»: вся сладкая выпечка была стилизована под крендели, сосиски и пивные кружки. Стол под названием «Детская мечта» был полностью оформлен в розовых тонах, а в центре стояла рождественская елка, усыпанная пирожными «макарон». Но больше всего Шону зацепил стол в стиле стимпанк. Она всегда питала слабость к движению против современности: здесь были старомодные часы, кружевные формы для выпечки и шестеренки. Один капкейк остроумно назывался «Смерть от шоколада». Он был покрыт черной глазурью и украшен пауками и черепами. Может, стоит адаптировать эту идею к Хеллоуину?

Шона дошла до конца ряда и впервые осмелилась взглянуть на конкурсные торты. Ее и без того пошатнувшаяся уверенность в себе тут же разбилась вдребезги.

Остальные экспонаты были… идеальны. Сахарные цветы на небесно-голубом торте выглядели обманчиво настоящими, как и белые туфли на высоком каблуке с бантом, возвышавшиеся на великолепном двухъярусном свадебном торте. И резная голова оленя! А потом… появился ее торт. Подобно Эйфелевой башне, он возвышался над другими, гораздо более плоскими моделями. И перед ним стоял Нейт.

Сердце Шоны затрепетало. Нейт разговаривал с коренастым мужчиной в костюме, на выпуклом животе которого болталась цепочка от часов, и молодой женщиной, чьи волосы с левой стороны были окрашены в угольно-черный, а справа — в кристально-белый. Во время разговора Нейт все время указывал на торт. И теперь женщина постукивала по нему и царапала покрытие!

Шона прищурилась. Что происходит? Она подошла к ним и увидела рядом с тортом табличку «Дисквалифицирован». Желудок Шоны пронзил спазм. Дисквалифицирован!

— В чем проблема? — спросила она, и все головы повернулись к ней.

Сначала Нейт казался совершенно сбитым с толку, но его удивление быстро сменилось облегчением.

— Как хорошо, что ты здесь! — Он обратился к своим собеседникам: — Это Шона Эрскин, она испекла торт.

— Сотворила, — поправила его молодая женщина, но при этом улыбнулась. На ее бейджике было написано: «Мэри-Энн Хейзлвуд, издательство „Блуберри“».

— Почему мой торт дисквалифицировали? — спросила Шона, злясь на то, что ее голос дрожит.

— Вы использовали несъедобные материалы для украшения торта, — пояснил коренастый мужчина. Он выглядел так, будто только что откусил лимон, и говорил с тем самым раздражающе высокопарным произношением, которое будто намекало на принадлежность к королевской семье. Судя по бейджику, его звали Эдвард Гастингс и он был мастером тортов. Шона никогда о нем не слышала.

— Если бы вы прочитали правила конкурса, то знали бы, что это строго запрещено, — продолжил он.

Шона читала правила конкурса, и не один раз, а так много, что они ей даже снились.

— Я не использовала никаких несъедобных материалов. — На мгновение ее осенила ужасная мысль. Вдруг это сделал Нейт? О боже! Торт был такой высокий, что ей пришлось упаковывать каждый ярус отдельно. Откуда Нейту знать, как правильно его собрать? Она надеялась, что он не использовал клей!

— Не пытайтесь меня одурачить! Это прекрасно видно здесь, в этом углу! — Он указал на уголок торта, который выглядел так, будто его обклеили картоном, а не покрыли мастикой. В негодовании он повернулся к коллеге: — Идемте, Мэри-Энн! Сегодня у нас есть дела поважнее, чем стоять здесь и обсуждать совершенно очевидное.

— Подождите! — Шона невольно затаила дыхание. Теперь она с облегчением выдохнула, потому что могла исправить ситуацию. — Это всего лишь мастика. За долгие часы работы швы между отдельными слоями немного подсохли. У меня есть фотографии процесса на телефоне. На них хорошо видно, как я работала.

К сожалению, для Гастингса этого доказательства было недостаточно, но, к счастью, Шона прислушалась к совету организаторов и взяла с собой набор для ремонта на случай, если что-то сломается. В набор входил небольшой скальпель, и, хотя это было почти физически больно, Шона воткнула лезвие в достаточно незаметное место, позволив судьям увидеть, что это всего лишь сахарная пленка.

— Но эти швы все равно уродливы, — сказал Гастингс. — Вам следовало еще раз их обработать.

Какой же он мерзкий, этот Гастингс. Но Шона едва не упала в обморок от облегчения. Она снова в деле. Когда Гастингс отвернулся, Мэри-Энн Хейзлвуд на минутку отвела ее в сторону.

— Я рада, что недоразумение прояснилось. Мне очень нравится ваш торт. Лепестки цветов вишни выглядят как настоящие, словно только что опали с дерева. И мотив очень трогательный. Полагаю, домик и трое детей действительно существуют?

Шона кивнула:

— Да, существуют.

Произнося это, она не смела взглянуть на Нейта. Он столько для нее сделал, хотя она так ужасно с ним обошлась. Конечно, было неправильно с его стороны писать ей от имени Альфи — он же Курт, — но Вики была права: все же Нейт не тайком читал ее дневник, чтобы шпионить за ней.

— Как тебе удалось собрать торт? — спросила она, когда они снова остались одни. — Когда я увидела табличку «Дисквалифицирован», на секунду испугалась, что ты использовал клей.

— Я и правда об этом думал, — признался он. — Но, к счастью, посмотрел видео на YouTube, где объяснялось, что это делается с помощью такой пасты. И ты взяла с собой эту королевскую штуку.

— Королевская глазурь. — Шона улыбнулась. — Нет ничего лучше тщательной подготовки! — Какое-то время она внимательно изучала свои ногти, затем подняла голову и посмотрела на Нейта. — Спасибо! — сказала она. — Спасибо, что сделал это для меня!

— Ой, пустяки! — отмахнулся он. — Я все равно собирался вернуться в Эдинбург на пару дней. Решил, почему бы не взять торт с собой. — Но было заметно, как сильно его обрадовали ее слова. — Как Бонни?