Чтение онлайн

Словно игнорируя статую Тамира, Стифгейл прошёл вперёд, к фигуре бога воинов, которого ещё юношей выбрал своим покровителем. Опустился на одно колено и почтительно склонил голову, замер так на несколько минут. Пока не услышал мяуканье за спиной. Не спеша поднялся и обернулся.

Вольготно рассевшись на подножии статуи бога Тамира, рыжеволосый молодой мужчина жевал пирог и ухмылялся. Левый глаз его был перевязан черной повязкой с вышитой на ней многоконечной звездой. Стифгейл посмотрел на него особым образом и не обнаружил ни капли чаровства.

— Спрашивай, вижу же, что хочешь, — прожевав, сказал мужчина. — Только выбирай самое важное, я в твоём распоряжении, пока не кончится пирог.

— Тимур? — уточнил Стифгейл.

— Стифгейл?

— Вы пришли ответить на мои вопросы?

— Если они будут такими же бессмысленными как этот, а то я лучше сразу уйду. И можно на ты, — он откусил здоровенный кусок и принялся неторопливо жевать.

— Хорошо. Ты знаешь Агнесс?

— Угу.

— Она считает тебя богом.

Тимур пожал плечами:

— Люди верят в то, во что хотят верить. Ты — в том числе.

— А ведь ты даже не чаровник.

— Тогда почему ты здесь? И почему здесь я?

— Ты ей действительно помог, когда убили её семью?

Кивнул.

— Подарил ей “дары” и “спрятал” на четыре сотни лет?

— Можно и так сказать.

— И почему ты ей помог?

— Дева в беде — моя слабость, не могу пройти мимо. Меня за это даже ругают, — признался он.

— Как же ты допустил, что её семью уничтожили?

Тимур прищурился, усмешка пропала с его лица.

— Не перекладывай с больной головы на здоровую. Я не вмешиваюсь в дела тех, кто, вроде как, наделён разумом. Могу подсказать, посоветовать, помочь, но не более.

Стифгейл сжал кулаки.

— Хорошо, допустим. Что ты делал в Эфелии?

— Моя подруга поправляла здоровье. Я её сопровождал.

— Именно сейчас? Когда заговорщики начали активно действовать?

— Вот так совпало. Что ты смотришь на меня так укоризненно? Я тут не причём, — он бросил в рот последний кусок пирога и отряхнул руки, — видишь ли, сам недоволен, мне обещали тихий морской курорт.

— А порталы? Почему они перестали действовать? И действительно их возможно вернуть к жизни?

Тимур показал пустые ладони и поднялся.

— Прости, но пирог уже кончился. Сам виноват, надо было не жадничать, а два покупать. И меня попросили кое-что сделать для тебя, можешь не благодарить.

Тимур быстро, Стифгейл даже не успел ничего предпринять, взмахнул рукой и ударил ему по голове чистой силой. Форменная фуражка слетела, а длинные белые пряди волос беспорядочно рассыпались по плечам и закрыли лицо. Когда Стифгейл откинул их назад, рядом с ним уже никого не было.

Была суббота, но папа отправился на службу — в последнее время он работал без выходных, только возвращался домой немного раньше, чем по будням. Получив письмо от мамы, Кэсси так расстроилась, что решила остаться дома, но, помаявшись немного и перечитав эту записку с дюжину раз, она всё-таки собралась в салон.

Госпожа Агнесс ещё не могла наводить порядок при помощи чар — была слишком слаба, и все огрехи ремонта в виде брызг краски, побелки или каменной пыли приходилось убирать руками. Работа была монотонной, и Кэсси не переставала думать. Она всё равно хотела иметь возможность видеть маму, общаться с ней. Конечно, у них с папой разногласия, но она-то тут не причём, её это не должно касаться. Нужно найти способ общения на нейтральной стороне, который бы всех устроил. Родителям вообще никак нельзя пересекаться. Вчера, пока папа не пришёл, мама была очень доброжелательно настроена, но стоило ей только увидеть своего бывшего мужа, как... Может быть, если бы не он, мама бы так рано не уехала, и Кэсси смогла бы убедить её, что не нужно мешать папиной карьере.

К концу дня у Кэсси сложился план.

Она вернулась домой, надеясь, что папа уже вернулся, и стягивая на ходу тонкие кружевные перчатки, прошла в его кабинет:

— Папа, ты тут? Мне нужно с тобой поговорить!

— Как, тебе тоже? — папа неожиданно появился совсем с другой стороны, а не из кабинета, где обычно проводил вечера. — Хорошо, давай поговорим, — он взял её под руку и повёл в гостиную.

— Папа, помнишь, я говорила, что хочу учиться в столичном университете? Так вот, я не передумала, я хочу учиться, а скоро уже осень, через два месяца, и нужно… — Кэсси осеклась, увидев Максимилиана и его дядю в гостиной. Она сделала книксен: — Добрый вечер!

— Добрый вечер, добрый, — сказал господин Базиле, — вы как всегда чудесно выглядите. Эх, был бы я сам лет на тридцать помоложе! — и он подмигнул Кэсси и рассмеялся. Максимилиан укоризненно на него посмотрел.

— Добрый вечер, Кассандра, — сказал он и протянул Кэсси букет сиреневых роз, — вы обворожительны.

— Спасибо, — улыбнулась Кэсси, вдыхая нежный запах цветов. И спохватилась: — Я сейчас распоряжусь, чтобы Луиза подала воду и закуски.

— Ничего не нужно, дорогая, Луиза уже готовит, — сказал папа и подтолкнул её к креслу. — Ты лучше присядь, у господина Максимилиана к тебе важное дело.

— Что-то случилось? — испугалась Кэсси, усаживаясь на краешек сиденья и сжимая руки в замок.

Максимилиан смотрел на неё очень серьёзно, потом глубоко вздохнул и подошёл ближе, опустился на одно колено и достал что-то из кармана. Это оказался маленький бархатный футляр для украшений. Кэсси задержала дыхание и смотрела на Максимилиана широко распахнутыми глазами, а он не отрывал взгляда от неё.

— Дорогая Кассандра, — сказал Максимилиан осевшим голосом и откашлялся. Кэсси увидела, как её папа и господин Базиле с усмешкой переглянулись. Кэсси почувствовала, как щеки у неё начинали гореть. Было так же неловко и приятно, как на дне рождения выслушивать поздравления. Максимилиан меж тем попытался взять её руку в свою, но ему мешал футляр. Он откинул крышку и достал тонкое кольцо из белого золота с цветком из розовато-желтых камней. — Я хотел сказать, что… — и смолк и растерянно посмотрел на Кэсси.

— Слова нужно было учить лучше, — хмыкнул дядя у него за спиной.

— Дядя, вы мне мешаете, — шепнул ему Максимилиан и снова повернулся к Кэсси. — Я хотел сказать всё красиво, я долго думал…

— Доставай бумажку, — посоветовал господин Базиле, — у него там речь на две страницы, — поделился он с папой.

— А вам вообще обязательно здесь находится сейчас? Я не могу поговорить с Кассандрой наедине?

Папа и дядей одновременно покачали головой.

— Нет, мы так же мучались в своё время, имеем право на молодежь посмотреть.

Кэсси видела, что они едва сдерживают смех. Ей стало жалко Максимилиана. Тот слегка покраснел, и на висках выступили капельки пота.

— Дорогая Кассандра, Кэсси. Я слышал о вас ещё до встречи с вами. Дядюшка мне много рассказывал, какая вы красивая и элегантная девушка, и я могу уверенно сказать, что он не преувеличил. Признаться, я не прислушивался к нему всерьёз, но когда я увидел вас впервые, — тут Максимилиан заговорил тише, а Кэсси вспомнила, каким было их знакомство, и покраснела, — во мне пробудилось неведомое ранее желание защищать и оберегать. Мне захотелось разорвать всех, кто только посмеет вас обидеть, окружить вас заботой, чтобы ничто вас больше не тревожило. Уже потом я узнал, какая вы добрая, искренняя и нежная. Я влюбился в вас и… я понимаю, что тороплюсь, вы ещё меня совсем мало знаете, но скоро я буду вынужден вернуться в столицу, и мне хотелось бы чтобы отношения между нами стали определёнными. Я прошу Вас оказать мне честь и выйти за меня замуж, — последние слова он проговорил скороговоркой и выдохнул, перевел дыхание и выжидательно посмотрел на Кэсси.