Чтение онлайн

— Хорошо.

Стифгейл закрыл за собой дверь в мастерскую. Теперь ему предстояло поговорить с Агнесс.

Стифгейла не было несколько минут. У Агнесс уже закрывались глаза, когда он вернулся. Сел в кресло, наклонился к ней.

— Как вы себя чувствуете?

У Агнесс дрогнули веки.

— Я безмерно устала. Что неудивительно, ведь меня несколько раз атаковали за неполные двое суток. Может быть, зададите свои вопросы в другой раз?

— Боюсь, что у меня нет времени, — он взял её руки в свои и ласково провёл большими пальцами по ладоням. Агнесс как всегда была в тонких кружевных перчатках. — Почему вы прячете руки?

— Кожа шелушится, — усмехнулась она, — аллергия на собственные чары.

— Как так?

— Если это единственное, что вас волнует в три часа ночи, может быть, отложим разговор о моих болезнях до завтра? — сказала она, убирая руки под плед.

Стифгейл хмыкнул.

— Ну что ж, поговорим по делу. Чем вы можете объяснить такое небывалое количество огненных магов в Эфелии?

— Эфелия — прекрасный город и привлекает множество гостей.

— А удивительную схожесть огня тех чаровников с вашим?

— Потрясающим совпадением.

— А ваши резко возросшие силы?

— Стрессовой ситуацией.

— Агнесс…

— Что?

— Перестаньте. Или я буду вынужден вас пытать.

— Пытайте, — она пожала плечами и поплотнее завернулась в плед.

— Агнесс, ты не одна.

Она вздрогнула.

— Я хочу взять часть твоих забот. Доверься мне.

— Мои тайны слишком безумны, ты не знаешь, чего хочешь.

— Я хочу знать.

— Вот именно. Ты не знаешь, чего хочешь. Если я расскажу тебе, ты всё равно не поверишь. Я бы не поверила.

— Я в своей жизни чего только не повидал.

Агнесс на минуту задумалась.

— Что ж, я расскажу тебе всё, но знай, никогда больше я не повторю эту историю, тем более при свидетелях.

— Мне было двенадцать, когда это стряслось.

Она прикрыла глаза и словно почувствовала запах дыма.

— Я была ребенком и до конца не понимала всех причин случившегося. А потом уже не смогла узнать подробности. Наше семейное дерево было мощным и ветвистым, — Агнесс говорила, перебирала бусины на браслете. — Отец, мать, дедушка, еще один, бабушка, — при каждом слове она откидывала бусину в сторону, — четыре брата, трое из них старшие, один младший, — четыре бусины покатились по нити, — две сестры, — ещё две бусины в сторону, — Дядя по материнской линии. Его супруга. Трое их детей. Мамина сестра. Беременная. Мамин младший брат со своей семьей. Их всех не стало в одну ночь, — Агнесс резко дернула браслет, так что лопнула нить, и бусины разлетелись в стороны. — Я не знаю, кому мы помешали. — И она расплакалась. Если бы она предвидела, что воспоминания окажутся такими живыми и обрушатся на неё лавиной, то ни за что не начала бы этот разговор.

Стифгейл пересел на диван и посадил Агнесс к себе на колени. Она сначала сопротивлялась, а потом прижалась к его груди и разрыдалась.

— Их сожгли, сожгли, всех сожгли…

Плакала некрасиво, кривя лицо и подвывая. Старалась отвернуться, чтобы Стифгейл не увидел её такой. А он перебирал её распущенные волосы, гладил по спине и шептал что-то успокаивающее. Не сразу она смогла продолжить разговор, пришлось вырваться из его рук и сходить умыться.

— Ты веришь в богов? — спросила Агнесс, вернувшись.

— Я же чаровник, как я могу не верить? — ответил Стифгейл.

— Я не знаю, почему я уцелела тогда, почему меня не нашли. У нас был большой прекрасный дом, выстроенный на стволах живых вековых деревьев, многоуровневый, со множеством галерей, мостиков и лестниц, соединяющих различные части дома между собой. И его весь охватил огонь. Наш огонь, он больше не подчинялся нам, обжигал, хотел уничтожить. Взрослые стояли плечом к плечу и пытались справится с ним и не могли. Бабушка и тётя собрали всех детей и повели переходами из дома. Внизу был портал, нас хотели отправить в безопасное место. Но это оказалось ловушкой. Я шла последней, и подо мной вдруг обломилась доска, и я провалилась. вниз на землю. Рухнула с большой высоты в несколько этажей, но ветви деревьев замедлили мой полёт, и мне повезло упасть в кусты. В суматохе и шуме, царивших вокруг, моего падения, кажется, никто не заметил. Я увидела, что бабушка с детьми уже дошли до другого дерева и спускались с него по винтовой лестнице. Я не успела ни крикнуть, ни позвать их, как в это дерево полетел огненный шар. Он мгновенно охватил ствол пламенем, вместе с людьми. Дерево не выдержало удара, покачнулось и рухнуло, снеся все постройки на нем, и столп пламени взвился над ним.

Агнесс замолчала. Продолжила спустя несколько минут.

— Я хотела побежать туда, но не смогла ступить и шагу, упала. Я не сразу поняла, что у меня одна нога сломана, согнута под неестественным углом, а ведь я даже не чувствовала боли. Тут я услышала голоса. К пожарищу подошли неизвестные чаровники. Они смотрели на огонь и ничего не делали. И я поняла, что это они и подожгли. Я попятилась от них ещё дальше в кусты и провалилась в какую-то яму. Старый погреб или склад со спёртым воздухом, здесь было нечем дышать. Подо мной лежали какие мешки, вонь от которых перебивала даже запах гари. Но я и не подумала вылезать, просидела там, слушая треск горящих деревьев, грохот разрушающегося дома. Потом уснула или потеряла сознание. Когда я очнулась, долго прислушивалась к тому, не раздаются ли голоса, не решаясь выбраться из укрытия. Долго я не решалась выбраться из укрытия. Снаружи оказалось тихо и очень светло. Не сразу я поняла, что раньше тень давали деревья и дом, которых больше не было. Остались только обгорелые стволы и руины.

— Через много лет, я пыталась найти что-то в архивах, — сказала Агнесс. — Мне удалось обнаружить единственное упоминание об этом кошмаре. В одной летописи утверждалось, что причиной трагедии стал запрещённых ритуал, который моя семья сама же и провела. Неудачно. И ничего о нападении.

Она замолчала, собираясь с силами, чтобы продолжить.

— Когда я вылезла из ямы, я долго сидела на земле, не в силах сделать шаг. И лучше бы я так и оставалась на месте, — Агнесс порывисто вздохнула, отгоняя от себя страшные картины, представившиеся так ясно, словно это было вчера, — потому что стоило мне немного пройти вперёд, как я наткнулась на…

Её голос сорвался, и она снова зарыдала.

— Тихо-тихо, — прошептал Стифгейл, привлекая её к себе.

— Они лежали, обгоревшие…

— Не надо, не говори. Не думай об этом.

Они замерли, обнявшись. Агнесс старалась взять себя в руки. Понадобилось время, чтобы она смогла продолжить.

— Я упала на землю словно мёртвая, дальнейшее помню смутно. Ко мне кто-то подошёл и взял на руки, куда-то понёс. Мне было всё равно. Не сразу я поняла, что оказалась совсем в другом месте. Это было ни на что не похоже. Удивительное розово-бордовое небо, как будто там все время был рассвет. Неглубокие, словно лужи, серебрящиеся озёра, из которых поднимались на поверхность удивительные цветы-звёздочки. Холмы с мягкой голубой травой, по которой так приятно было ходить босиком. Маленький домик, прорубленный внутри тысячелетней дуба.

— Тот, кто тебя забрал, кто это был?

— О, я не могу утверждать это точно... Он заботился обо мне. Моя нога прошла, как будто никакого перелома и не было. Мы проводили много времени вместе, смотрели на небо, и он показывал мне новые звёзды. Там я поняла, что боюсь своего огня. Тогда он стал учить меня всяким смешным штучкам. Превращать из одного в другое: лунный свет в полотно, а ветер в кружево. Научил делать украшения из цветов и бабочек. Показал, как мою маленькую комнатку в дереве можно сделать больше дворца. Только потом, уже взрослой, я смогла проанализировать и понять, что он подарил мне редкие чары, которых никогда не было в нашей семье. А свой огонь я привыкла прятать, подавлять.