Чтение онлайн

— Да приехали здесь одни… года три назад, как узнали, что мы Каменгорку решили переименовать. Богатая такая госпожа, она тут гостиницу построила, и школу.

— И западную дорогу, до самого Алайгона проложили за ее деньги, — дополнил Тидиш. — Лилиан Авор, с ней еще бабушка, пятеро детей и муж… тихий такой, скромный — слова поперек не скажет. Она всем заправляет. А денег у нее немеряно!…

— И где столько взяла? — Бонли пожимал плечами. — Она на княжну или леди не похожа совсем. Простая женщина, и говорит по-простому.

— Лилиан Авор? — переспросил Джай. — А муж — Эсин?

— Ну да. Знаешь их?.. То есть… знаете?

— Знаю, наверное…

Джая откровенно радовало, что Эсин с Лили здоровы и счастливы, если это они…

Бонли вновь погрузился в свои думы, потеряв интерес к своему лопоухому приятелю, а тот бесцеремонно вперился зелеными изучающими глазами в Джая. Джай игнорировал некоторое время пронзительный взгляд, попивая вино и ожидая ответа Бонли, но, в конце концов, это стало невыносимо.

— Ты служишь у Аворов? — спросил Джай у Тидиша.

— Угу… — кивнул тот.

— И давно?

— Пока они тут… с первого дня.

— Отведешь меня к ним?

— А зачем?.. — Зеленые глаза на круглой физиономия недоверчиво сощурились.

— Хочу повидаться с Лилиан… — протянул Джай, затем обратился к Мастеру Дану, выводя того из задумчивости. — Поразмышляй до вечера, Бонли. Не спеши. Я пока навещу старых знакомых.

Бонли только кивнул.

Фа проводил Джая с лопоухим спутником до двери таверны, затем вернулся к хозяину, застывшему неподвижной статуей в дальнем конце зала.

Некоторое время шли молча, Джай вспоминал ту Каменгорку, в которой он побывал десять лет назад: совсем другое поселение с совершенно другими людьми. Сейчас здесь никого знакомого: ни одного лица.

Тидиш постоянно вздыхал, и Джай догадался о причине печали мальчишки: тот идет рядом с самим Верховным Тарии, легендарным Астри Масэнэссом, в честь которого назвал этот город, а никто из жителей не знает об этом. Видят — и не знают! Не догадываются!.. А потом, когда этот Астри Масэнэсс исчезнет, никто ему, Тидишу, не поверит! Видимо, не одну невероятную байку уже слышали от паренька. Он ведь и сам не поверил, когда дружки сказали о появившемся в таверне Мастере Путей, даже поспорил… Да, приятелям известно, но эти самые приятели — сказочники еще те, под стать ему, их тоже не станет слушать народ Астриена, а наипаче девчонки! Джай усмехнулся своим мыслям, искоса глянул на Тидиша: именно перед девушками или перед девушкой хотелось похвастаться лопоухому прохвосту своим знакомством с Верховным.

— А можете создать светильник? — вдруг спросил Тидиш.

— Могу, — отвечал, не оборачиваясь Джай.

— А прямо сейчас? — Провоцирует на проявление необычайного Дара прямо на улице.

— Могу и прямо сейчас, — ухмыльнулся Джай, — но не стану!

— А почему?

— Незачем мне. — Пожал плечами Джай.

— А…

— Тидиш, мы правильно идем?

Паренек резко остановился, почесал в затылке, огляделся.

— Да… Правильно!..

— Ты не местный?

— Я из Браса.

— Вот как!

— Именно поэтому госпожа Авор и взяла меня к себе, она ведь тоже из Браса. Они с семьей жили там, пока не переехали.

— А твоя семья где, Тидиш?

— Нет… и не было никогда…

Тем временем запутанные расстроившиеся улочки бывшей Каменгорки привели Джая и его спутника почти впритык к выстроенной им когда-то защитной стене. К монументальному этому сооружению, не подвластному ни времени, ни силам стихий, ни кирке, жители додумались лепить свои домики, используя в качестве одной из несущих глухих стен. Джай заметил, что жилища, прилегающие к его ограде, одни из лучших в городе: здесь селятся в основном богатые, место считается престижным.

Тидиш указал на особнячок, растянувшийся вдоль стены, обнесенный с внутренней стороны города небольшим кованым заборчиком и обсаженный аккуратным садом.

— Здесь?.. — спросил Джай, припоминая Лили, ее бабушку, Эсина…

— Здесь… — со вздохом кивнул паренек.

— А ты кем служишь в этом доме? — поинтересовался Джай, он отчего-то тянул время, не решаясь войти вовнутрь. Назвал когда-то молодую женщину дочерью, облагодетельствовал, возможно даже помог отучить ее нерадивого мужа от пьянства, но с тех пор ни разу не видел — хорош отец! И нужна ли им обоим сейчас эта встреча?

— Да так… — замялся Тидиш. — Помогаю по дому…

— Ах ты, поганец! — От громкого резкого крика Джай невольно вздрогнул. — Ах ты лентяй, ах ты лоботряс! Где тебя только смарги носят?..

Тидиш вжал голову в плечи, казалось, он втянул бы ее полностью, подобно черепахе — не мешай ему уши. «Поганец», «лентяй» и «лоботряс», стало быть, — о нем!

Джай оглянулся, разглядывая, кто же это так костерит мальчишку.

Подслеповато щурясь, к ним семенила старушка, помогая себе клюкой, время от времени она останавливалась, и клюка из опоры превращалась в оружие угрозы, которым она потрясала в воздухе.

— Тебе что было сказано?! А?.. А ты, небось, шлялся снова по тавернам?! Ах ты гуляка смаргов! Так, глядишь, и в свинью превратишься! Да хорошо, если в свинью — в смарга! В самого настоящего! В смарга со свиным рылом! Будешь после по полям бегать! Голый, злой, голодный! Волосы все выпадут! И только уши твои останутся! Вот увижу смарга с такими ушищами — буду точно знать, что это Тидиш! Говорила ж тебе: не пей! А то худо будет! А он спозаранку в таверне! Вот превратишься в смарга — никто тебе больше не поможет! А это кто такой будет? — Старушка силилась разглядеть Джая. — Собутыльник! Кто ж еще?! Пьяные уже с утра? Окосели уже?.. Чую, чую, как от вас вином несет! Вот говорила я Лили: «Не бери его — если сызмальства привык воровать да побираться, никогда человеком не станет!» Так нет — взяла, приютила, сердце у нее доброе! И чем ты платишь ей за такую доброту?.. Еще и дружка своего привел!

Тут старушка накинулась на Джая:

— А ты, что здесь делаешь? Что высматриваешь? Думаешь, чем бы поживится?! Что, Тидиш?.. — Бабуля снова обернулась к пареньку, покрасневшему, словно закатное солнышко. — Подельничка привел? Думаешь, что ограбив свою благодетельницу, заживешь? Вижу я ваши замыслы! Ночью надумали дело-то провернуть? Этой или следующей?.. — Снова вперилась в Джая взглядом черных цепких, хоть и по-старчесски мутных глаз. — Знаю я вашего брата! Междуморец?.. — Она приблизила к нему лицо, щурясь еще больше. — О! Так ты междуморца отыскал! Тидиш, Тидиш, как же тебе не совестно — вместе с междуморцем о грабеже помышлять! Мы тебе как семья!

Джай то хмурился, улавливая в монологе старушке части печальной истории Тидиша и его промахи за время проживания в семье Аворов, то улыбался — так как узнал бабушку Лили, которую когда-то исцелял на рыночной площади в Брасе, предостерегая от растраты на эликсиры шарлатана. Джай снова потянулся лазурными нитями исцеления к старушке. За семь лет новые болячки настигли женщину, у нее из-за катаракты ухудшилось зрение, мучили артриты, пошаливало сердце.

Бабушка все еще продолжала ругаться, и на Джая, и на Тидиша, который, казалось, одним лишь страстным желанием сейчас разверзнет землю под ногами и провалится куда-нибудь подальше от брани бабульки. В ход уж было пошла клюка, прошедшаяся чуть пониже спины у паренька, и переключившаяся на спину Джая. Он поежился, пытаясь ускользнуть — с тех пор, как он в роли Верховного, Астри Масэнэссу доставалось нечасто! Но рук Джай не опустил, и продолжил исцеление. Наконец, воинственная старушенция, почувствовала тепло, остановилась, с удивлением глядя на Джая, выронила свое грозное оружие — клюку. Джай с облегчением вздохнул, Тидиш заинтересованно вытянул шею, понимая, что загадочный Масэнэсс как-то обезвредил бабульку, только вот как — не знал.