Чтение онлайн

–  Я отправился на поиски Мерлина, великого волшебника, - нарочито медленно заговорил Тим, ни на что особо не надеясь, - мне сказали, что он живет в Бескрайнем лесу, но человек, который мне об этом рассказал, оказался… -

Ублюдком. Лжецом. Обманщиком, который развлекается тем, что дурачит детей.

–  … ненадежным, - закончил он.
– Слышали ли о Мерлине вы, фагонарцы? Он, возможно, носит высокую шляпу цвета солнца.

Тим ожидал, что они закачают головами в непонимании. Вместо этого члены племени сгрудились в плотный, галдящий круг. Длилось все это минут десять, и местами обсуждение становилось довольно жарким. Наконец спорщики снова повернулись к Тиму, выталкивая вперед старого-доброго рулевого своими изъязвленными пальцами. Был он приземист и широкоплеч. Если бы он не вырос в этом замшелом и сыром гадюшнике, называемом Фагонаром, то вполне мог бы считаться симпатичным. Глаза его светились умом. На груди, над правым соском дрожала, пульсировала и сочилась заразой огромная язва.

Он поднял палец. Тим узнал жест: так вдова Смак призывала учеников к вниманию. Тим указал двумя пальцами правой руки (той, что не держала пистоль) себе в глаза, как учила вдова.

Рулевой (видимо, слывший в племени лучшим актером) кивнул в ответ, а затем провел рукой под зарослями щетины и пучков травы у себя под подбородком.

–  Борода? Да, у него есть борода!
– возбужденно воскликнул Тим.

Рулевой провел рукой у себя над головой, сжав кулак, словно изображая не просто шляпу, а коническую шляпу.

–  Да, это он!
– Тим даже рассмеялся.

Рулевой улыбнулся, но улыбка, на взгляд Тима, получилсь довольно настороженной. Несколько других болотников все еще что-то тараторили и чирикали. Жестом приказав им замолчать, Рулевой снова повернулся к Тиму. Но не успел он продолжить свою пантомиму, как язва над его правым соском раскрылась в фонтане кроваво-гнойных брызг. Из нее вылез паук размером с яйцо малиновки. Рулевой схватил его, раздавил и отбросил в сторону. С брезгливым благоговением Тим наблюдал, как он одной рукой отворачивает края раны, а другой залезает внутрь и вытаскивает склизкую массу слегка пульсирующих яиц. Небрежно, словно ничего из ряда вон выходящего не произошло, Рулевой смахнул яйца с ладони. Так мог смахнуть сопли человек, высморкавшись в ладонь морозным утром. Никто из племени на это внимания не обратил. Они лишь хотели, чтобы представление продолжилось.

Разобравшись с язвой, Рулевой встал на четвереньки и с рыком изобразил серию хищных бросков из стороны в сторону. Остановился и посмотрел на Тима. Тот лишь покачал головой. Живот его нещадно мутило, но он держался: все-таки эти люди спасли ему жизнь, и блевать перед ними было бы невежливо.

–  Этого я не понимаю, сай. Уж простите.

Пожав плечами, Рулевой поднялся на ноги. Косматая поросль у него на груди была теперь испачкана кровью. Снова он изобразил бороду и коническую шляпу. Снова упал на четвереньки, зарычал и закидался из стороны в сторону. На этот раз к нему присоединились остальные. Племя превратилось в стаю опасных животных, хотя смешки и откровенно хорошее настроение слегка портили впечатление.

Тим снова покачал головой, чувствуя себя при этом довольно глупо.

Рулевой, однако, не веселился. На лице его читалось волнение. Он немного поразмышлял, положив руки на бедра. Потом подозвал одного из соплеменников, высокого, лысого и беззубого. Довольно долго они о чем-то шептались, а затем высокий куда-то убежал. Бежал он быстро, но из-за невероятно кривых ног переваливался, словно лодчонка на штормовых волнах. Рулевой подозвал еще двоих. Вскоре убежали и они.

Рулевой снова упал на четвереньки и возобновил свою животную пантомиму, а закончив, уставился на Тима чуть ли не с мольбой.

–  Собака?
– рискнул предположить он.

Болотники весело рассмеялись.

Рулевой поднялся и похлопал Тима по плечу своей шестипалой рукой, словно бы говоря, чтобы тот слишком себя не корил.

–  Скажите мне только одно, - попросил Тим, - Мерлин… сай, он правда существует?

Рулевой обдумал вопрос, а потом воздел руки к небу в преувеличенном делахе. Любой житель Листвы понял бы этот жест без труда: "Кто ж знает?".

Те двое, которые куда-то бегали, вернулись с плетенной из камыша корзиной на веревочной лямке. Они поставили ее к ногами Рулевого, повернулись к Тиму, поприветствовали его и, широко улыбаясь, отступили назад. Рулевой присел на корточки и жестом пригласил Тима последовать его примеру.

Мальчик понял, что в корзине, еще до того, как Рулевой ее открыл. Он учуял запах свежеприготовленного мяса, и ему пришлось вытереть рукавом потекшие слюнки. Двое мужчин (а может, их жены) собрали для него фагонарский вариант обеда лесоруба. Ломти свинины были переложены кружочками какого-то овоща оранжевого цвета, похожего на кабачок. И все это было завернуто в зеленые листья, так что вышло что-то вроде бутеров без хлеба. Была там и земляника, и черника - ягоды, которые в Листве давно уже отошли.

–  Спасибо, сай!
– Тим трижды постучал пальцами по горлу. Это рассмешило болотников, и они тоже принялись хлопать себя по горлу.

Вернулся высокий болотник. На одном плече у него висел бурдюк. В руках он нес маленькую торбочку из тончайшей гладкой кожи. Торбочку он отдал Рулевому, бурдюк протянул мальчику.

Тим не осознавал, как ему хочется пить, пока не ощутил тяжесть бурдюка и не сдавил ладонями его раздутые, легко поддающиеся бока. Он вытащил пробку зубами, приподнял сосуд на локте, как делали мужчины в его деревне, и начал пить. Он думал, что вода будет противной на вкус (а может, еще и с жуками), но она оказалась холодной и вкусной, такой же. как в источнике между его собственным домом и сараем.

Болотники засмеялись и захлопали в ладоши. Тим увидел, что нарыв на плече Верзилы готовится исторгнуть своего обитателя, и с облегчением обернулся, когда Рулевой похлопал его самого по плечу.

Он протягивал ему торбочку. Посередине ее проходило что-то вроде металлического шва. Когда Рулевой потянул за язычок, прикрепленный к шву, торбочка, как по волшебству, раскрылась.

Внутри был матовый металлический диск величиной с небольшую тарелку. На нем была надпись, которой Тим не мог прочитать. Под надпись находились три кнопки. Рулевой нажал одну из них, и из диска с жужжанием вылезла короткая палочка. Болотники, собравшиеся полукругом перед ними, снова засмеялись и захлопали. Они явно были в полном восторге. Тим, утоливший жажду и оказавшийся на твердой (ну, или почти твердой) почве, решил, что ему, в общем, тоже сейчас неплохо.

–  Это от Древних людей, сай?

Рулевой кивнул.

–  В наших местах считается, что такие штуки опасны.

Сначала рулевой его, видимо, не понял - как и его соплеменники, судя по их озадаченным лицам. Потом он засмеялся и широким жестом указал на все окружающее - небо, воду, сочащуюся водой землю, на которой они стояли. Словно хотел сказать: все опасно.

"Пожалуй что здесь и вправду все опасно", подумал Тим.

Рулевой ткнул Тима в грудь, потом пожал плечами, словно извиняясь: "Извини, но будь внимательней".

–  Ладно, -сказал Тим.
– Смотрю.

И указал на свои глаза двумя растопыренными пальцами, отчего болотники снова захихикали и начали подталкивать друг друга локтями, будто это было невесть как остроумно.

Рулевой нажал вторую кнопку. Диск запищал, и зрители одобрительно забормотали. Под кнопками загорелся красный свет. Рулевой начал медленно поворачиваться вокруг своей оси, держа диск в вытянутых руках, как приношение. Когда он развернулся на три четверти, прибор снова запищал, и красный огонек сменился зеленым. Рулевой вытянул поросший зеленью палец в ту сторону, в которую теперь указывал прибор. Насколько Тим мог судить по почти невидимому солнцу, это был север. Рулевой взглянул на Тима, чтобы убедиться, что он все понял. Тим полагал, что понял, но оставалась одна проблема.