Чтение онлайн

Когда Тигиль в очередной раз набрал очки, Эрик, в свои пятнадцать не отличающийся особой скромностью, поспешил предложить ставку, которая затянулась на много лет.

– - Эй, - сказал Эрик громко, потому что толпа разрывала глотки, приветствуя Тигиля, - предлагаю свои ставки, правило ольхового листа на поцелуй Итты, если конечно Талески победит.

– - Ты нахал, братишка, а если Талески проиграет?

– - Если Талески проиграет, я отдам Итте право ольхового листа.

– - Я согласна!
– поспешила закончить я этот бессмысленный спор.
– Если Талески выиграет бой, я поцелую Эрика, но если победит Учитель, Эрик сделает все, что захочу я!

– - Делайте, что хотите!
– Эмиль демонстративно отвернулся и больше уже не поворачивался.

Правило ольхового листа предполагало нерушимое право того, кто отдает свой лист, в любой момент потребовать от того, кто этот лист получил, все, что только пожелает...

Когда Тигиль выстоял до полудня, я уже начала подумывать о том, как Эмиль отнесется к тому обстоятельству, что я поцелую Эрика. Но именно после полудня Талески совершил свою первую ошибку, которая и решила исход этого незабываемого боя. Тигиль бросил меч и пошел в рукопашную. Как не демонстрировал чудеса ловкости друг Эмиля, но Учитель был тяжелее, сильнее и куда опытнее его. Несколько минут возни, и Улен, крякнув, прижал Тигиля к траве и Тигиль больше уже не поднялся.

Два дня Учитель и его любимый ученик отлеживались в постелях, а Эрик вместо поцелуя Итты Элиман, получил шикарный ольховый лист и «утопил» его в нагрудном кармане клетчатой рубашки. Никто и словом не обмолвился о том, что Улен участвовал в «Битве титанов» на настоящих мечах, и взрослые так ничего и не узнали.

Гордый Эмиль пропал тогда на несколько дней, а потом Эрик волоком притащил его на ночную вылазку по окрестностям Туона. Эмиль держал надменный независимый вид, ревность не мучила его, она заставляла его сердиться, с этим Эмиль так и не научился ладить. Нетрудно догадаться, как мне льстили эти переживания, и все-таки я постаралась загладить свою вину. Вместо того, чтобы сидя на дереве, болтать ногами в воде и говорить о звездах, я два с половиной часа проговорила с Эмилем о тематической музыке, а это испытание не из легких....

_______

Эмиль... Слеза скатилась по щеке, следом другая. Маленьким клубочком лежала я на ладони мира и слушала, как медленнее и медленнее тикают незримые часы. Страх остановил время.

– - Мне больно...
– медленно проговорило небо.

– - Мне тоже...
– ответила я.

Так мы поговорили по душам.

Стоило открыть глаза, как от внезапности перемещения в них зарябило тысячами черных точек.

Вдоль берега Светлого Озера, где земляничные поляны и березняк, где растут юные липы и вековые дубы, повсюду, сколько хватало глаз, сидели галки. Галок было столько, что лес был усыпан ими точно черным горохом. Они сидели на земле, на деревьях, у воды, на той стороне озера, у меня под ногами и все как одна не сводили глаз с юга. Стояла тишина. «Смерч!» - поняла я. Ни одна галка не двинулась с места. Холодом взяло за сердце, я сама застыла - темная птица, галка Унтара.

– - Итта! Ты здесь?
– раздался в тишине далекий голос Ив, она бежала ко мне с берега, волосы развевались.
– Что это с ними? С галками?

– - Знак!
– прошептала я, и, словно соглашаясь со мной, небо испустило тяжелый вздох.
– Смерч, Ив, это смерч!

– - Смерч? Ты уверена?
– Ив бросилась ко мне и схватила за плечи.
– Итта! Ты слышишь меня?

– - Слышу!
– я увидела свое отражение в ее прекрасных испуганных глазах.
– Беги, Ив! Скажи Эмилю...

Ив взмахнула руками, бросилась в березняк. Ее крошечные мелькающие каблучки вернули меня в реальность, я поднялась и побежала за ней. "Сколько?
– судорожно думала я, - сколько у нас времени?" Мало, очень мало... " ...так что стоит вам быть наготове, чтобы вы, а не он узнали его первыми..." - вспомнила я слова Хранителя Гор.

Много дней смерч шел нам навстречу, и вот теперь он был совсем близко. Я чуяла его уже очень давно, о нем твердил Синий Лес, но я не хотела слушать, я надеялась... Надежда извела меня, как Эмиля извело ожидание...

– Эмиль!
– кричала Ив.

– - Э-э-эм!
– звала я.

Из кустов кто-то вылетел и перегородил нам тропинку. Сердце екнуло - Эмиль, но нет, это оказался Эрик.

– - Что вы орете возле рощи Героев? Белены объелись? Надо было получше смотреть, белена от земляники сильно отличается...

– - Эр!
– я прыгнула на него как кошка.
– Где он?!

– - Там же, где и был - на ветряной ловушке, а что?

– - Эр, бегом! Надо найти Эмиля! Это смерч! Понимаешь? Смерч!

– - Уже?! Ведьмы проклятые!!!
– воскликнул Эрик, он вырвался из моих рук и понесся в противоположную сторону.

– - Ты куда?

– - Чем ты думаешь!?- крикнул в ответ Эрик.
– Арбалеты! Они же остались на базе!

– - О, Солнце!
– мы бросились обратно к озеру.

Ветряная ловушка черным великаном выросла на берегу. Эмиля там не было, и не было рабочих. Одинокая фигура Тигиля ловко двигалась между решетчатых сот. Тигиль дождался, пока мы подбежим поближе, помахал рукой:

– Ушел!
– крикнул он сверху.
– Полчаса как!

– - Куда?

– - На базу. Галки прилетели, и он ушел...

Мы бежали и звали Эмиля, но он как сквозь землю провалился. Повсюду сидели галки, и, пока мы бежали, ни одна из них не расправила крылья. Небо исчезло, его дотла выжгли волшебные облака. Смерч высосал синие дали и Солнце высосал смерч. Что воды Ааги? Само небо пало жертвой жадности последнего ветра Унтара. То, что алело над головами и надвигалось на нас кровавою тушей, имело вкус крови и праха. Горизонт разгорался пожаром. Длинные тугие облака плыли с юга. Они суетились, грудились и сталкивались друг с другом. Светлое озеро почернело, зажмурилось. Лес ожил, заворочался, закряхтел. Трава прижалась к земле, все цветы враз поникли, низколесье затрепетало, дубы и каштаны грозно заскрипели, закачали могучими ветвями. Мы неслись на базу лесного конвоя и видели как смешно, как необдуманно выглядит наше намерение защитить мир. Муравьями, спасающимися во время дождя, казались мы себе. Не от страха, но от могущества стихии, надвигающейся на нас, гасла надежда...

Миновав живую изгородь и оказавшись на просторном дворе базы, мы увидали, что Эрик уже успел оседлать свою кобылицу.

– - Эмиль забрал коня и арбалет...
– встретив нас, сказал Улен.
– Тигиль попробует запустить ловушку. Поторопись, Эрик!

– - А вы?
– спросил Эрик, судорожно вдевая ножны в ремень и застегивая походную куртку, его глаза горели отсутствующим огнем предвкушения; честное слово, я и не догадывалась, что этот огонь может быть настолько опасным.

– - Нужно выпустить перепелок, - сказал Учитель.
– Я догоню тебя.
– Он поднял рыжую голову от крепежей стремени, пришел день, когда его улыбающиеся ореховые глаза больше не испытывали нас.
– Держи, - он протянул Эрику широкий пояс из волколачьей кожи, - на всякий случай... И передай Эмилю, - Улен помедлил, - пусть не забывает - в нем достаточно силы и огня, чтобы сделать то, что предопределено...

– - Хорошо!
– нога Эрика скользнула в стремя.

– - Будь осторожен, малыш!
– молвил Улен.
– Береги брата!

– - Подождите! А я? Эрик, мы уговаривались! Ты забыл?
– я вцепилась в узду его кобылицы.
– Эрик! Ты же даже не знаешь где его искать!

– - Он мой брат, Итта!
– ответил Эрик.
– Я всегда найду его, особенно если он в опасности! Не прощу себе, если с тобой что-нибудь случится, извини!
– Эрик наклонился, крепко поцеловал Ив.
– Не бойся, малышка, я не пропаду!
– пришпорил коня и исчез, только его и видели.

– - Нет, вы только посмотрите!
– крикнула я вслед облаку взвившейся пыли.
– А уговор?

Во мне разгоралась паника: мой Эмиль, что же с ним будет? У него не было волшебных ботинок (о, Солнце, как же они не догадались обменяться ботинками!) у него не было дара беспечных фей, позволяющих даже в такую минуту сохранять невозмутимость, у него не было ничего, что могло бы его спасти...

– - Перестань, Итта, возьми себя в руки!
– Улен закинул на плечо свой арбалет.
– Время женщин еще не пришло, надо ждать.