Чтение онлайн

Рабинович. Покорно благодарю. Я уже так как-то присел… на 10 лет.

Гражданин. Дело, видите ли, в том…

Вайзман. Так все-таки дело. Предчувствие меня не обмануло.

Гражданин (кричит, бьёт кулаком по столу). Прекратите меня перебивать, когда я говорю! Совсем распустились! (Приходит в себя, говорит елейно). Так вот, дорогие мои товарищи. Дело в том, что ваш двор очень скоро посетит зарубежная делегация.

Вайзман. А скоро это когда?

Гражданин. Скоро – это… завтра.

Рот (перстом указывает на закат). Оттуда?

Гражданин (утвердительно машет головой). Да из чуждого нам западного мира.

Рот. Так может, разгромим врага на ближних подступах к городу! Нам бы гранат.

Гражданин (Рот). Ценю вашу самоотверженность, товарищ. Но давайте не будем давать повода нашим заклятым врагам. Наоборот, покажем себя с лучшей стороны.

Дина. Покажем. Так покажем, что и не унесут.

Вайзман. Само собой никаких государственных секретов мы не выдадим.

Рабинович. Потому что не знаем.

Яков. Зато порядки знаем. Сначала деньги, а уж затем… секреты.

Гражданин (Рот) Кто это?

Рот. Яков Ойстрах.

Гражданин записывает в записную книжку фамилию Якова.

Яков. Все. Мне конец. (Гражданину.) Я куплю, … то есть я хотел сказать, что искуплю свою вину.

Гражданин. Я вас понял, гражданин.

Яков. Я смою кровью!

Рот (Якову). Высшая мера с конфискацией!

Яков. О, Боже! Ещё и конфискация.

Вайзман (всем). Скажу вам, как хорошо известный тут и там деятель культуры. Мне понятны ваши чувства. Даже маститые актёры перед премьерой нервничают и позволяют себе лишнего. Но я почему-то уверен, что все будет хорошо. (Гражданину) Или?

Гражданин (Вайзману). Или. (Всем.) Товарищи! Партия, государство и наш ЖЭК в частности уже сделали все дозволенное для вашего двора. Теперь ваш черед постоять за честь страны.

Дина. Я готова отдать всю себя без остатка!

Гражданин. Вот гражданский порыв достойный восхищения. Советский человек – это человек новой формации. В нем нет ничего национального. Он если хотите над национален. Он с оптимизмом смотрит в будущее.

Дина (в сторону). Не думала, что когда-то скажу это мужчине прямо в глаза. (Гражданину.) Быстрее можешь.

Гражданин (Дине). Могу. (Всем.) Товарищи, в Советском Союзе в мире и согласии одной большой семьёй проживают больше 150 национальностей…

Вайзман (тихо, Рабиновичу) К чему он клонит?

Рабинович (тихо, Вайзману). К погрому.

Гражданин. …А вот в доме №38 по улице Измаильской, на Молдаванке, в Одессе живут одни евреи.

Вайзман (тихо, Рабиновичу). Вы были правы.

Рабинович (тихо, Вайзману). Лучше бы я ошибся.

Дина (Гражданину). Ну и что?

Гражданин. Как бы у иностранной делегации не сложилось ошибочного мнения, что советские люди проживают в еврейском гетто.

Пауза. Тишина.

Гражданин. Товарищи, оно нам надо?!

Яков (кричит). Не надо! (Гражданину.) Как вы думаете, я уже искупил свою вину?

Гражданин (Якову). Вы на правильном пути. (Всем.) На заседании нашего ЖЭКа было единогласно принято временное решение о добровольном изменении национальности жильцов вашего дома.

Дина. А это как? Очень больно?

Гражданин (всем). Сейчас узнаете. (Вайзману). Вот вы, товарищ не хотели бы стать, русским, например?

Вайзман (Рабиновичу). Я что, сплю? Ущипните меня, Соломон. Наконец-то бог услышал мои молитвы. (Гражданину.) Ну, конечно же, я русский. Я самый… самый русский (жмёт руку Гражданину).

Яков. Что, и таки можно будет поменять национальность в паспорте?

Гражданин. Ну, конечно. Нельзя! Только на время.

Рабинович. На какое ещё время?

Гражданин. Все-таки как с вами евреи тяжело!

Рабинович. Можно подумать, что нам легко.

Гражданин. Ваша национальность будут изменена на время посещения вашего дома иностранной делегацией. Понятно?!

Вайзман. Что же тут не понять. Но я все равно согласен стать русским даже на один день.

Гражданин (потирает руки). Так-с, с главной национальностью мы определились. Теперь надо бы и нацменьшинства охватить. (Якову). А вы случайно не молдаванин?

Яков. Кто? Я? Случайно, нет. Тем более на одни сутки.

Вайзман (тихо). Соглашайтесь, Яша.

Яков (тихо). Не мешайте мне, Лев Абрамович. Вы что не видите, я торгуюсь. Может мне белоруса дадут.

Вайзман (тихо). Как бы вам якута не дали.

Гражданин (Якову). Значит, на Молдаванке живете, а молдаванином быть не хотите? Это знаете ли, махровым национализмом попахивает.