Видение луны
Шрифт:
— Может, командир Рен пустит тебя.
Эма отвлеклась от воспоминаний и пожала плечами.
— Возможно, — она не была готова давить, когда все между ними было неясным. — Я ценю предложение, но не буду мешать вам.
Они болтали еще немного, и Эма помахала им и пошла в свою комнату. Тренировка группы Хацуки вызвала старую тоску. Она скучала по своим мечам. В этом странном времени восстановления она почти смирилась с их отсутствием. Но если Саитама хотел принять ее поддержку, ему придется поверить ей немного сильнее.
Холод ударил ее по груди так резко, что она согнулась. Рана болела в ответ, вспыхивала, пуская мороз по ее телу.
Ши-но-кагэ. В этот раз она была уверена. Ощущения до этого меркли, по сравнению с этой силой, схватившей ее, зовущей ее…
Крики зазвучали снаружи, а за ними знакомый шум хаоса. Эма вышла, увидела десятки людей, бегущих во все стороны, солдаты хватались за оружие.
Она поспешила к вооружившимся солдатам, идущим к главным вратам. Капитан Окуро был там, отдавал приказы и управлял потоком людей в поместье. Раненого уже уносили внутрь.
— Вы тут не должны быть, лейтенант, — заявил он. — Или решили помочь друзьям из Фракции?
— Простите, что разочарую, но мы с вами на одной стороне.
Он цокнул языком.
— Разве? — он отвернулся, чтобы отдать приказы приближающемуся отряду. — Если хочешь помочь, не мешайся. Командиру Рену не хватало, чтобы ты бегала по городу.
— Да, капитан? — Саитама подошел, мрачно глядя на Окуро. — Думайте о своем долге. Там умирают люди.
Окуро фыркнул, но послушался.
Саитама повернулся к ней и протянул меч в ножнах, смотрел на нее темными глазами с высоты своего роста.
— Ну? Бери, — он сунул меч в ее руки. — Им нужна вся помощь, так что если ты туда идешь, вперед, — он пошел прочь, отдавая приказы солдатам.
Эма сжала меч, гладкая поверхность ножен была прохладной. Не ее, но намек был ясен.
— Ты его слышал. Отойди, капитан.
Окуро пожал плечами, словно ему было все равно.
— Я заранее извиняюсь, если ты думаешь, что я погибну. Это не случится.
— Наоборот, лейтенант. Мне твоя смерть не нужна, — он вскинул голову, отвернулся и отдал приказы еще одной группе людей.
Фракция была угрозой, но ши-но-кагэ пугали сильнее. Они были в городе, тянули ее к себе, зацепившись притяжением за ее грудь.
И она встретится с ними. Она, как воин, не станет прятаться, как черепаха в панцире, даже если это означало смерть.
Она пошла на зов среди хаоса.
* * *
Крики боли сотрясали воздух, признаки жестоких смертей.
Черная вуаль закрыла солнце, сделала день тусклым, как перед грозой. Улицы города были незнакомыми, но холод в ее теле она знала. Она шла по переулкам без названий, ее вело притяжение тени, пока она не наткнулась на первые признаки боя.
Разбитые прилавки и обломки усеивали улицу, кровь запятнала землю. Солдаты уносили раненых в безопасность, пока другие жители убегали в панике.
Стиснув зубы, Эма шла дальше, ноги стучали по узкой дороге, ведущей глубже в город. Ей уже было тяжело дышать. Хоть она быстро восстанавливалась, ее состояние все еще было нестабильным.
Поднялось больше криков, они были громче и отчаяннее. Где они были?
Эма завернула за угол и застыла.
— О, нет…
Неподвижные тела лежали на улице. Та же жуткая смесь красной и черной крови, как в Канаэ-мачи, залила тела. Запах горелого гнилого мяса и медной крови ударил по ней, вызывал тошноту, оттолкнул на шаг.
Эма оторвала взгляд, ее сердце сжалось от жуткой сцены. У них не было шансов.
— Цуки, осторожно!
Крик раздался близко. Эма устремилась к ближайшим воплям и звону оружия. Еще узкий переулок, и она попала на залитую кровью улицу среди звона стали.
Несколько мужчин в лохмотьях атаковали женщин с нагинатами. Дерганые движения отличались от плавных ответов противниц. Даже грязные и в дырах, синие хаори отмечали их как сторонников Фракции. Она заметила Хацуки в группе, она билась с налетчиками.
Эма приблизилась за ними и бросилась на ближайшего врага, ударила мечом по его спине. Он упал на колени с криком, Хацуки пронзила его клинком нагинаты. Вырвав оружие, Хацуки толкнула его на землю ногой, Эма отскочила. Он упал на землю, извиваясь, красная и черная кровь брызнула на землю.
Черное… так много черного…
Ее бок болел, рана пульсировала. Она точно откроет рану до конца боя. Но холод рос, звал ее…
— Эма! — крик Хацуки привел ее в чувство.
— Есть! — она подняла меч и остановила удар шатающегося нарушителя, отогнала его от отряда Хацуки. Тусклые глаза посмотрели на нее, н видя ее. Она поежилась, ударила мечом по его груди. Красно-черные брызги попали на ее лицо и руки.
Ноги шаркали по земле за ней. Эма повернулась, еще три врага выбежали на улицу и попытались поймать их. Она взглянула на отряд Хацуки, кривясь от боли в мышцах и животе. Они добивали последних нескольких врагов, которые отказывались падать.
Эма встретила атаки налетчиков. Затуманенные черные глаза. Раскрытые рты. Что было с этими людьми? Им дали какое-то вещество? Их удары были сильными, но без скорости и навыков. С ними будет просто…
Стойте. Эти хаори…
Серые. Как у Тайшо.
Нет!
Эма уклонилась от удара. Рукав врага был порван, но символ цветка сливы отмечал ее бывший клан.
Духи, что…?
Она отскочила, уклоняясь от сильного взмаха, бросилась влево от двух других врагов. Эма опустила вакидзаси, ударила по его открытому правому плечу. Он с рычанием отпрянул.
Она охнула. Проклятье, она уже потратила слишком много сил.
Марико бросилась от тех, которые они одолели, ее нагината пронзила бок налетчика, высвободила оружие и напала на следующего. Хацуки и Наруэ вскоре присоединились, и они вместе быстро разобрались с оставшимися людьми. Они падали по одному.
Тайшо.
Она даже не подумала… Конечно, это было логично, но видеть их участие в атаке…
— Эма! Ты в порядке?
— Да, — она стряхнула кровь с меча. — Ты?
— Да. Напали на нас из засады…
Жуткий вопль разорвал воздух, пронзая ее разум. Что-то полетело по воздуху к ней из-за зданий вокруг.
Что это было?
Эма бросилась в сторону, повернулась, что-то упало на землю со стуком, проехало и врезалось в разбитую телегу.
Рука. Целая рука, отрубленная у плеча, ладонь еще сжимала меч.