Чтение онлайн

Но он сосредоточился на своих чувствах к Эме, которые расцвели с тех пор, как она присоединилась к ним. Хаганэ хотел счастья для Тамы, не стал бы рушить его счастье ради своего. Но та клятва создала что-то еще в их растущей связи, что-то серьезнее чести.

Ах, странная работа судьбы.

Ей нужно было лучше выстраивать события.

37

Могло ли это быть так просто?

Эма смотрела, как Хаганэ уходил, уверенный, как всегда. Но она не видела весь его оптимизм. Отчаяние из-за прошлой миссии в Аонаре наполнило ее грудь. Смерти ее старого отряда, почти потеря Рё — хоть боль притупилась, она не забыла ту ночь, и как ее жизнь полностью изменилась в результате.

А потом что-то спокойное и уверенное погладило ее, как прохладный осенний ветер, успокоил ее страхи без звука или прикосновения. Его присутствие было глубоким и крепким, набегало на нее волнами. Она выдохнула, и отчаяние пропало, сменилось семенами решимости.

Эма взглянула на Назэ. Он пристально смотрел на нее. А потом слабо кивнул и повернулся к Саитаме, который явно заметил их разговор без слов.

— Последние слова, командир? Остались вопросы, которые нужно обсудить?

Тама молчал пару мгновений, сжав кулаки на коленях. Темно-карие глаза посмотрели в ее глаза, жаркое воспоминание об их ночи смешалось с уверенностью, которую передал Назэ. Желание и долг. Она снова почувствовала счастье, и его нужно было защищать и питать, если они хотели, чтобы счастье росло.

Эта миссия была первым важным шагом в ту сторону.

— Нет. Мы дадим Ноэ то, чего он хочет, даже больше. Если мы не попробуем, то мы уже провалились. Я верю, что вы трое преуспеете. А потом, — он тяжко вздохнул, — мы напьемся и забудем обо всем до утра. И ты, Акито. Ты не отвертишься.

Назэ поджал губы.

— Возможно, придется отойти от плана…

— Разберешься с ними. Наши силы тут и в городе будут готовы поддержать вас. Но я верю, что все вы сделаете, что необходимо. Хотя стоит избегать лишних разрушений. Мы все еще не оправились от того налета.

Он пробормотал что-то, потирая шею, укол холода заставил волоски на ее руках встать дыбом. Она напряглась одновременно с Назэ. Они переглянулись, а ощущение растаяло.

— Что такое? — спросил Саитама, глядя на них, прищурившись. Назэ рассказал ему о своей связи с ши-но-кагэ. Но Саитама знал о другой связи Назэ с ней?

Если не знал, пора было это объяснить. Ее тело все еще гудело от воспоминаний о его прикосновении, его взгляды напоминали о том, что они разделили. И он показывал власть в том, как брал ее, эти чувства могли стать чем-то жутким, если он позволит.

«Мой брат хочет только владеть тобой, как хотел с Илией».

Нет. Эма не даст отчаянным словам Сенмея задеть ее.

Назэ встал и прошел к двери, отодвинул ее.

— Акито?

— Что-то ощущается неправильно, — он повернулся, голубые глаза посмотрели на нее, а потом на Саитаму. — Миссия близко, и я должен оценить возможные сложности.

— Конечно. Если что-нибудь раскроешь, доложи немедленно. Я не буду подвергать тебя риску. Мы разберемся со всем, что ударит по нам.

Назэ кивнул и вышел в коридор.

— Тебе нужно отдохнуть, — он приподнял брови, когда она повернулась к нему, — или что там известные убийцы делают перед миссией?

Она склонила голову и прищурилась.

— Это приказ, командир?

— Как ты думаешь, лейтенант?

Эма фыркнула.

— Мы оба знаем, что тот ранг уже не имеет значения, — она предпочитала свободу выбора пути, следовать своим идеям чести, долга и справедливости, а не слушаться того, что ей навязывали.

— Точно, — он усмехнулся, его тон звучал с намеком, и в ее груди стало теплее от желания. — Тебе это и не нужно, — он придвинулся ближе, сжал ее ладонь, вдруг посерьезнел. А потом склонился и поцеловал ее в щеку. Медленно, нежно, выжигая это легкое прикосновение в ее разуме. Это было обещание лучшего будущего, рожденное из их цветущего доверия. Не нужно было ничего говорить в последние часы перед бурей.

Они отправились на свои задания, Эма быстро помолилась духам, чего не делала раньше. Может, они не воспримут это хорошо, но она все равно это сделала. Устранение Ноэ, угрозы клану Рен, было только началом. Но это даст им время и пространство, чтобы сосредоточиться на ши-но-кагэ и убрать ущерб, нанесенный исследованием Сенмея.

То бремя уже лежало не только на Назэ, но и на ней. Она была связана, нравилось это ей или нет.

Поражение. Смерть. Это всегда было возможно, но она не хотела пускать его в эту миссию одного.

* * *

Все было на месте.

Саитама расхаживал по двору за час до заката. Сколько бы он ни думал о миссии, его ответственности и нынешнем состоянии города, он приходил к одному выводу.

Это нужно сделать.

Капитан Тоджиро управлял воинами в поместье, был готов к прямому удару, который мог произойти. Капитан Харияма и многие первые лейтенанты были в городе на случай, если они понадобятся.

Хаганэ и Эма вскоре прибудут в «Золотой Цветок», попадут туда заранее. Акито следом займет позицию.

Оставалось только ждать.

А Саитама ненавидел ждать. Его вели только мысли, а мысли не всегда были хорошими.

Он замер, скрестил руки и принял важный вид. Он знал, что не стоило показывать своим людям, как он переживет. Даже если они понимали, даже если тоже опасались, он не мог подавать виду.

Он заставил себя думать о счастье, этого у него было мало в эти дни. Но они означали больше в угасающем свете, чем раньше. Улыбки Хаганэ, надежда и вечная дружба. Решимость Акито, верность и «непоколебимая уверенность», как сказала Эма. И честь и справедливость Эмы, ее сила и стойкость в этом странном новом мире духов и теней. Он думал о ней в его руках, знал, что, что бы ни случилось сегодня, они нашли нечто настоящее между собой.

Она была последним кусочком, который ему требовался, чтобы он начал восстанавливаться.

Небо в облаках раскинулось над головой, теплый ветерок трепал распущенные волосы у его плеч. Он собрал их, закрепил пучок черным шнурком. Было слишком тихо. Его сердце гремело в ушах.

Саитама подавил желание проверить Сенмея после его допроса. Акито подтвердил, что Сенмей был жив, но он с ним не был добр. Его брат почти ничего не знал, кроме того, что уже раскрыл, однако сообщил, что кто-то еще начал исследовать эликсир до него. Тот человек был мертв, или ему так сказали. Он получил записи того неизвестного и примитивную формулу, оттуда и стал работать.