Чтение онлайн

Эма подозревала, что Сенмей, скорее всего, верил, что Илия любила его.

Когда она прочла все письма, она вернула мешочек Саитама, и тот отбросил его в сторону.

— Это все моя вина.

— Нет. Ты не можешь винить себя в его решениях.

— Я мог это увидеть. Остановить. Я видел это. Что-то. Но не думал…

— Как бы ты смог? И если идти по этому пути, я должна тоже принять часть вины. Узнать, что ши-но-кагэ существуют, уже было безумием. То, что он может превращать их сущность в нечто, что можно поглотить, кажется невозможным. Откуда ты мог знать, что он затеял на самом деле?

— Он — мой брат.

— Вы семья, но не одинаковые. Вы не разделяете одну и ту же ответственность.

— Эма, — он повернулся к ней. — Я большую часть этого года провел, поглощенный горем и жаждой мести. Я пошел бы за Ноэ и Варуама, если бы не Арина, Хаганэ и Сенмей. И они были правы. Тогда. Но я не мог забыть, не мог отпустить. Ноэ нужно было истребить не только за его участие в гибели моих родителей, но и за все жизни, которые он задел или уничтожил. Для меня важно было только отомстить за них.

— И ты имеешь право такое чувствовать, — духи знали, что многие люди хотели отомстить ей за жизни людей, которых она убила.

— Спасибо, Эма, — он взял ее за руку, погладил ладонь большим пальцем. — Сенмей никогда не понимал это. И я не мог понять, почему он не разделяет это чувство со мной. Порой мне казалось, что он был рад, что они умерли, — он покачал головой. — Может, ему всегда было на них плевать. И на всех нас. Но та ночь для меня изменила все, — он взглянул на их соединённые ладони. — А ты? Ты оставила жизнь, которую построила с Тайшо. Что-то изменилось, что заставило тебя сделать это?

Она сжала губы и кивнула.

— Я чуть не потеряла кое-кого важного для меня в миссии. Я выбрала спасти его жизнь, а не убить цель, и за это меня наказали. Хоть я сожалею о другом в той миссии, я бы не изменила свое решение, — она накрыла его ладонь своей, погладила пальцами его шрам и посмотрела ему в глаза. — Все изменилось для меня в ту ночь.

— Один миг может изменить все.

Она поежилась, склонилась ближе к его теплу. Он подвинул хватку, обвил пальцами ее запястье. Он поднес ее ладонь к своим губам и поцеловал, его теплое дыхание щекотало ее кожу. Она приблизилась, очарованная, жаркое предвкушение трепетало в теле. Темные глаза смотрели в ее глаза, он поцеловал снова, в этот раз внутреннюю сторону ее запястья. Она вздохнула. Он притянул ее к себе, прижал другую ладонь к ее щеке.

— Не фантазируй, Мацукара.

— Я? — она отодвинулась, фыркнув. — Это ты начал.

— Что же? — он прижал ладонь к ее щеке снова, погладил нежную кожу большим пальцем. Темные глаза глядели на нее, передавали то, на что намекало его тело. Ее тело гудело в ответ, желание было таким сильным, что ее сердце могло взорваться.

— Ты говорил о таком мгновении?

— Возможно. Но было и другое, — он склонил голову, губы замерли над ее губами. — Я хотел тебя, едва увидел в онсене. И я хочу тебя сейчас еще сильнее.

Он поймал ее губы в обжигающем поцелуе, разбивая оставшиеся стены между ними.

35

Грубый, с надрывом, таким он был.

Эма целовала его в ответ, хотела удержать в этом мгновении с собой. Прогнать сожаления и неуверенность. Ему нужно было это. Им нужно было это.

Его язык танцевал с ее, гул одобрения зазвучал в его груди.

— Скажи, чего ты хочешь, Эма, — Саитама поцеловал ее еще раз, не дав ответить сразу, прижал ее к себе, пока его губы работали с ее.

— Ах, но где же веселье? — сказала она между поцелуями.

— Тебе не весело?

Он с рычанием опустил ее на спину. Ей захотелось биться и бежать, но она подавила старую реакцию. Вместо этого она обвила руками его шею, привлекая его ближе. Она запустила пальцы в его темные волосы, потом скользнула ладонями по его широким плечам, мускулистой спине — все еще в одежде. Она хотела ощущать его твердое тело под своими ладонями. Она закрыла глаза, вспомнила его в горячей воде онсена. Ее ладони проникли под воротник его юкаты, его жар согревал ее.

Он сжал ее ладонь, придавил рядом с ее головой. Глубокие властные поцелуи обрушились на ее рот, стали спускаться по ее шее. Она повернула голову, просила его этим продолжить. Он работал с ее телом почти так же, как Рё, но все было другим. Его запах, форма губ, вес его тела… Да, поразительно и приятно другое. Она уткнулась лицом в его плечо, целовала его шею, вдыхая глубоко успокаивающий запах мускуса и гвоздики.

Все сомнения быстро растаяли. Они могли насладиться этим мигом, друг другом. Даже во тьме предательства был свет надежды. Это был не конец. Они еще были друг у друга. У них были Хаганэ и Назэ…

— Эма… — он шумно выдохнул, ослабил хватку на ее запястье. Она подвинулась, обвила его ногу своей, а потом направила свое тело, чтобы перевернуть его на спину.

Ха, она все еще так могла.

Саитама смотрел на нее большими глазами.

— Я должен был ожидать что-то такое.

— Опускать убийцу на спину — опасная затея.

— Ты предпочитаешь быть сверху?

Эма рассмеялась и сжала его юкату.

— Иногда, — она развязала узел. — Снимешь это?

Он приподнялся, ее ноги обвили его ноги, он снял юкату и отбросил в сторону. Эма провела ладонями по мускулистой груди, которую заметила в онсене, и прилив жара согрел ее внутри. Она подвинулась, прижавшись к нему, ощущая его твердость. Осмелев, она скользнула ладонью по его животу, добралась до приза, погладила его сквозь ткань. Его бедра стали двигаться от ее прикосновения.

— Жадная, — он поймал ее щеки и притянул ее для еще одного глубокого поцелуя. Ее бедра двигались поверх его, наслаждение росло между ее ногами от того, как он терся об нее. Его ладонь опустилась, напала на ее оби, потянула за упрямый узел. Она стала ему помогать, встретила его взгляд. Он раздвинул нежную ткань. Прохладный воздух ударил по ее ногам и животу.

Она стала снимать свою юкату, когда он остановил ее ладонь, темные глаза скользили взглядом по ее телу. Он поцеловал ее снова, медленно раздевая, его пальцы скользили по ее рукам, пока он освобождал их из рукавов.

Он склонился и поцеловал ее в ключицу, дыхание обжигало ее кожу. Ладонь легла на ее талию, другая прижалась к ее небольшой груди, нежно исследуя. Он застонал у ее тела, его поцелуи обрушились на ее грудь. Она выгнула спину, бедра двигались. Он удерживал ее за талию, притягивая ближе.

Духи, это чувство… Его твердость терлась об нее, посылая по телу искры удовольствия.

Тепло комнаты задевало ее открытую кожу. Пробуждало ее. Было слишком много печалей в жизни, чтобы не давать себе наслаждаться хоть изредка.