Чтение онлайн

— Едва ли это демократично, — решил он вступиться за девушку, перехватив ее умоляющий взгляд. — Я совсем не против помочь Венди помыть тарелки. Или, если ты предпочтешь такой вариант, — добавил он с откровенной насмешкой, — могу разобраться с постелями, пока вы обе будете возиться с грязной посудой.

Теперь уже в светло-карих глазах Пеппер мелькнуло изумление. Она никак не ожидала, что он примет сторону Венди. Очевидно, он неправильно понял повод, из-за которого она хотела сплавить девушку подальше от кухни.

— Ты сказал вчера, что хочешь поговорить со мной, — напомнила она совершенно спокойным бесстрастным голосом. — Вот мы и могли бы поговорить на кухне.

— Мы поговорим позже, — холодно отозвался Кристофер.

Ответом послужило только легкое движение изящного плечика. Не произнося ни слова, Пеппер положила себе на тарелку еду, добавила булочку, прихватила серебряную вилку, чашку с кофе и покинула кухню.

Она вышла на веранду, остановилась, прислонившись к углу дома, вплотную к перилам ограждения, и начала есть, глядя куда-то вдаль. Пища показалась ей совершенно безвкусной.

Когда Пеппер вернулась на кухню, Кристофер с Венди все еще сидели за столом, потягивали кофе и о чем-то тихо беседовали. Она двинулась к ним, покачивая изящными бедрами в той самой провокационной манере, что так раздражала Кристофера раньше, и у него снова перехватило дыхание. Но она проплыла мимо, Сполоснула в раковине тарелку и аккуратно поставила ее на столик рядом.

Выходя, Пеппер обернулась и взглянула на Венди. На губах девушки застыла самодовольная улыбка. Пеппер внутренне усмехнулась. Ничего другого она и не ожидала увидеть.

В последующие три дня Пеппер часто ловила себя на том, что в часы дежурства Кристофера ее как магнитом тянет к стеклянным дверям веранды взглянуть на пляж. И каждый раз обнаруживала Кристофера с Венди играющими то надувным мячом, то летающей тарелочкой, то просто прыгающими через волны. Она прекрасно понимала — смешно ревновать к девчонке, но ничего не могла с собой поделать.

С тех пор, как Кристофер встал на ее сторону во время завтрака во вторник, Венди стала практически невыносимой. Она непрерывно жаловалась, правда, только тогда, когда оказывалась на попечении Пеппер. Ее любимым словом стало «ужасно». Все, что готовила Пеппер, было ужасно. Кровать попеременно становилась или слишком жесткой, или слишком мягкой, или слишком узкой, или слишком короткой. Постельное белье внезапно начало вонять, и для описания запаха опять же использовалось пресловутое наречие «ужасно». Даже океан, доставлявший ей огромное удовольствие днем во время прогулок с Кристофером, теперь раздражал по ночам. Венди заявила, что он слишком сильно шумит, не давая ей спать.

И если первая бессонная ночь в коттедже вызвала у Пеппер сочувствие к девушке, то теперь она была готова придушить строптивицу. В последние две ночи Венди своими бесконечными жалобами не позволила сомкнуть глаз им обоим.

Телефонный звонок отвлек Пеппер от неприятных размышлений, и она стремительно рванулась к аппарату в надежде, что это звонит Эскобар сказать, что он нашел для Венди безопасное убежите, а сама Пеппер незамедлительно нужна ему в городе.

— Алло?

— А, Пеппер. — Это на самом деле оказался Эскобар.

«Боже, как я счастлива слышать этот голос», — мысленно возликовала Пеппер и улыбнулась от хорошего предчувствия. Сейчас она услышит, что ее работа сиделки подошла к концу.

— Кристофера нет поблизости?

— Он на пляже, играет с… волнами, — выдохнула она в трубку и быстро спросила: — Есть новости?

— И очень хорошие. — С мягким смешком триумфа Эскобар поведал, что нашел семью, готовую взять на себя заботу о семнадцатилетней девушке. Однако в его тоне ясно прозвучало одно «но», и Пеппер сразу встревожилась.

— И когда можно ожидать, что моя… э… мои каникулы закончатся, сэр?

Он довольно хохотнул и успокоил:

— Очень скоро. — Затем спросил, что еще может для нее сделать.

Страстно желая попросить о замене. Пеппер внезапно обнаружила себя, говорящей в трубку:

— Благодарю вас, сэр, но, думаю, у меня есть здесь все, что мне необходимо.

Эскобар пообещал позвонить еще раз попозже и закончил разговор. Пеппер посидела, раздраженно глядя на телефон, затем тоже повесила трубку.

Не стоило поддаваться плохому настроению, решила она и пошла подобрать себе книжку. Все привезенные с собой она уже успела прочитать, но как-то, прибираясь в доме, обнаружила целую полку книг в комнате Кристофера.

Идя на кухню несколькими минутами позже за стаканом холодного чая со льдом, она услышала, как в дом стремительно влетела Венди. На обратном пути Пеппер проверила спальни, ванную комнату, но девушки нигде не оказалось. Тогда Пеппер поспешила выйти на веранду, поспев как раз вовремя, чтобы увидеть Венди сбегающей по тропинке на пляж.

И сразу почувствовала укол зависти к Кристоферу. Под ее опекой девушка никогда не была такой счастливой и раскованной. Впрочем, зависть мгновенно испарилась, когда вспомнилась причина, по которой Венди так свободно вела себя с Кристофером.

Еще через несколько минут, когда Пеппер успела удобно расположиться на софе с книжкой в одной руке и стаканом в другой и погрузиться в чтение восхитительного романа о рыцарских временах, раздались тяжелые шаги, и в гостиную через веранду ворвался разъяренный Кристофер.

Пеппер подняла на него глаза.

— Что-то случилось? Венди удрала от тебя или, может быть, утонула? — спросила она полным надежды голосом.

— Я бы не пережил такого счастья!

С очень большим трудом Пеппер удалось удержаться от смеха. Она видела, что Венди выскочила из дома, переодевшись в розовое бикини в крупный горошек, купальник был ей явно мал и, как подозревала Пеппер, с чужого плеча.

И если у нее оставались какие-то сомнения, что девушка надела эти узенькие полосочки материи, чтобы поразить воображение Кристофера, то убийственное выражение его лица полностью их развеяло.

— Ее не следует оставлять там одну, — назидательно заметила Пеппер и поднялась с софы, чтобы пойти выглянуть на пляж.

— Тогда иди туда сама, — огрызнулся Кристофер.

— Ах-ах, какие мы нежные, — сказала Пеппер и плюхнулась обратно. — Меня зовут Джейн, если помнишь. Так что, Тарзан, она вся твоя, — короткий взгляд на наручные часы, — как минимум до шести часов. Я к тому времени приготовлю ужин. А ты сможешь делать все, что тебе только заблагорассудится, пока мы с Венди будем мыть посуду.