Чтение онлайн

— Огонь! — закричал Вагнер. — Быстрее, пока они не очухались!

Мы принялись лупить по мутантам, которые теперь представляли отличные мишени.

Птицы падали, некоторых разрывало на куски, в воздухе то и дело повисали облака кровавых брызг. Останки с чавканьем засасывало болото. Один из охотников остался, чтобы собрать их, а другие бросили нас в погоню за горобыками. Мы шагали по трясине, неуклюже переставляя ходули и обстреливая вожака. Наконец, он начал спотыкаться. Теперь даже издалека было видно, что его спина и бока изранены, по тёмной шкуре обильно текла кровь. Стадо почти добралось до оставленных на пятачке тверди вертолётов, но вот животные замедлили ход. Когда вожак с протяжным стоном упал, взметнув потоки жижи и пустив волну, словно брошенный в пруд булыжник, мутанты задрали рогатые головы и жалобно завопили, словно жалуясь неприветливому небу на злую судьбу, а затем кинулись врассыпную. Нам удалось выдержать натиск поднятых волн без потерь, наклонившись вперёд под углом в сорок пять градусов и выставив щиты.

Егеря кинулись к поверженному животному и, включив резаки, начали пилить его, разделывая тушу. Воздух окрасился в розовый цвет из-за кровавых брызг и бивших из артерий струй. Насекомые слетелись плотными тучами и облепили мёртвого горобыка. Один из егерей обдал их плотным жёлтым облаком какого-то газа, и гнус исчез в болоте.

Я стоял в стороне, не понимая, какой мне прок от этой охоты. Явно подсознание направило меня сюда не ради трофеев. Должно было быть что-то ещё. Поважнее.

Открыв карту Гелиосских топей, я пару минут разглядывал её. В ландшафте не было ничего необычного, если не считать ряда островов, раскиданных на расстоянии примерно полукилометра друг от друга. Один казался совсем маленьким — на нём мы оставили коптеры. Другой, побольше, обозначался как «Могильник». Третий назывался «Стимфала». Я перевёл взгляд на четвёртый остров, самый большой. Он имел форму кривобокого квадрата и был подписан «Гелиос». Видимо, из-за него болота и получили название. При виде этого острова что-то внутри меня йокнуло. Взгляд так и приковался к карте. Решив, что это неслучайно, я открыл инфосправку и прочитал про остров следующее:

До взрыва Бетельгейзе недалеко от мегаполиса существовал завод, где разводили генетически усовершенствованных быков. Процесс был автоматизирован и управлялся компьютером «Гелиосом», названным так в честь древнегреческого бога солнца, владевшего семью стадами великолепных быков. После апокалипсиса река (ныне — Ахерон) вышла из берегов и затопила земли вокруг мегаполиса, снова превратив их в болота, некогда осушённые ради строительства города. Радиация привела к неконтролируемым изменениям в ДНК животных, превратив их в огромных мутантов. Последняя произведённая заводом партия рассеялась по топям, дала потомство, и вот знаменитые горобыки с тех пор пасутся на болоте, получившем название «Гелиосское».

Так, и что? Мясокомбинат меня мало интересовал. Но интуиция настаивала, чтобы я обратил на него особое внимание. Я решил, что пойти ей навстречу — единственный шанс понять, не напрасно ли я вписался в охоту. Оставив свой отряд, я направился вглубь топей.

— Номер 45–12, куда ты? — окликнул меня по шлемофону Вагнер. — Немедленно вернись! Прогулка по болоту смертельно опасна.

Мог бы и не говорить. Но меня влекла в трясину не охота, а нужда, так что, проигнорировав приказ, я продолжил путь. Охотник ещё некоторое время настаивал, чтобы я изменил направление, но мне надо было попасть на остров — я это чувствовал.

Через несколько минут впереди показалось каменистое возвышение. В углу монитора экзоскелета появился таймер: «До вылета осталось: 19 минут и 10 секунд». Включился обратный отсчёт. Я прикинул, что, если не успею вернуться, будет очень хреново: коптеры улетят, и я не смогу бы попасть в мегаполис. Не пешкарусом же до Илиона топать! До него только местные боги знают, сколько километров.

И всё же я продолжил путь к острову. Ступив на твердь, отключил ходули и поспешил к потемневшей от времени и погоды постройке — старому племенному заводу. Туман стелился по земле, призрачным пламенем закручиваясь на ногах экзоскелета.

Я обошёл стену в поисках входа и обнаружил ворота. Они были открыты, створки давно проржавели и вросли в землю. По их нижней части полз ядовито-зелёный мох. Я направился через двор к самой высокой части завода, предположив, что именно там находился компьютер Гелиос. Локация напоминала мне заброшенную промзону, в которой мы с пацанами играли в детстве, рискуя свернуть шею или рухнуть на торчавшую из обломков арматуру.

Двери не было, и я поднялся по железной лестнице, которая стонала и выла, когда я вставал на ступени. Однако она выдержала меня, и вот я оказался на площадке, окружённой то ли стойлами, то ли клетками. Прямо передо мной, за стеклянной стеной, находился агрегат, который наверняка и являлся хозяином этого заброшенного и забытого места. Он походил на огромный куб из полированного чёрного металла, в основании которого располагались панели управления и контроля.

Подойдя к стеклу, я остановился. Что мне было теперь делать?

Раздавшийся из хрипящих динамиков голос заставил меня вздрогнуть от неожиданности:

— Кто ты?!

— Э-э… Просто турист. Осматриваю достопримечательности.

— Ты охотник! Это видно по твоему экзоскелету. Такие, как ты, убивают моих быков! Я ненавижу охотников! Ты умрёшь!

— Погоди! Чего ты так сразу-то?!

Раздался сигнал-гудок, справа из какой-то трубы вырвалась струя пара, а затем стойла с грохотом распахнулись, и из них вышли здоровенные твари, явные мутанты.

Вот чёрт!

— Да что ж ты такой резкий-то, а?! — пробормотал я. — Ни поговорить толком, ни познакомиться, ни на брудершафт хряпнуть! Сразу уродов натравливать!

— Этих породила не Бетельгейзе, — сообщил Гелиос. — Их сконструировал я, воспользовавшись генетическими захоронениями, принесёнными водами Ахерона с Могильника. Река размыла почву, её сила разбила саркофаги, и неудачные результаты экспериментов поплыли сюда, прямо ко мне. Я нашёл, как ими воспользоваться.

— Птички тоже твоих рук дело? — спросил я, прикидывая, не лучше ли выбраться из экзоскелета и сражаться без него.

У подходивших ко мне тварей были головы, похожие на львиные. Только челюсти не покрывала шерсть, и они выглядели просто как часть черепа. Из-за острых ушей торчала рыжая свалявшаяся грива. Светлую шкуру от холки до середины туловища покрывали мелкие чёрные пятна, а дальше окрас становился однородным и к хвосту окончательно темнел. Когтистые лапы тоже походили на львиные, только когти были гораздо мощнее. На концах хвостов имелись раздвоения с кривыми шипами, напоминавшие змеиные головы. Вдоль хребтов торчали плоские, немного изогнутые шипы.

Кроме того, твари были явно кибернетизированы: виднелись грубо вделанные импланты. Скорее всего, они позволяли Гелиосу управлять монстрами.

У меня появилась идея. Рискованная, но я решил, что, если монстры завалят меня в экзоскелете, подняться уже не удастся. А вернуться без него к вертушкам я не смогу.

— Ты пожалеешь, что явился сюда, охотник! — пообещал Гелиос.

Всё возможно. Но лучше, чтобы нет.

Открыв кабину экзоскелета, я спрыгнул на влажный, липкий пол.

Чудища припали на передние лапы, готовясь к атаке. Хвосты с шипением мотались из стороны в сторону, разевая змеиные пасти. С кривых зубов капал яд. Господи, ну, и уроды!

Я достал плазменный резак и дрона-разведчика, связанного с глазом Вея. Извлёк из него ту часть, которая связывала его с имплантом, и зажал в свободной от оружия руке. Теперь я был готов к схватке. Главное, чтобы всё получилось. Если не выйдет, твари растерзают меня — это уж как пить дать!

Монстры кинулись в атаку. Взмах резака, и первый из них упал, лишившись головы. Его тело пронеслось надо мной, врезалось в стекло и сползло, оставив на прозрачной поверхности вертикальную полосу крови. Мне повезло.