Чтение онлайн

— Андрей Георгиевич! За время вашего отсутствия в вверенном мне подразделении, как и в родовой усадьбе, никаких происшествий не произошло. Вся материальная и хозяйственная база в порядке. Личный состав здоров и несёт службу согласно боевому уставу. С прибытием!

— Здравствуй, Петрович! — не выдержав, расплылся я в улыбке и крепко пожал руку коменданта. — Ты меня как будто какого-то генерала встречаешь!

— Глава будущего Рода и есть генерал! — не стушевался Петрович. — Если сам хозяин не гнушается участвовать в боевых действиях, гвардия обязана соответствовать его имиджу!

— Сказать нечего, — я развёл руками. — Ну что, тогда командуй! Нужно помочь Гене и механикам «Бастион» в фургон погрузить.

— Сделаем, княжич, — кивнул Петрович и вернулся к бойцам.

Тут же полетели его команды, фургон зафыркал и покатился к броневагону, возле которого в ожидании погрузки топтались мои механики. Я увидел Лутошина и решил с ним попрощаться. Комендант и сам решил перекинуться со мной парой слов.

— Ты уж не серчай, княжич, что на помощь не пришли, — чуточку смущённо проговорил Марат Сергеевич. — Нас грамотно боем сковали. Хорошо подготовились мятежники, даже несколько английских портативных ЗРК откуда-то взяли. Намучились с ними мои пилоты. Вместо того, чтобы атаковать позиции нападавших, больше противоракетными манёврами занимались. Хирдманы да подоспевшая антидиверсионная группа значительно помогли. Но ты тоже здоров! Два вагона в утиль!

— Чего их жалеть? Железо — оно и есть железо, — изрёк я, пожимая плечами. — Там вопрос жизни и смерти стоял. И не только моей. Наёмники шли меня убивать, пассажиров бы не пощадили, поэтому пришлось применить все свои умения.

— Силён, — уважительно кивнул Лутошин. — Не зря Булгаковы тобой тогда заинтересовались. Ведь разглядели что-то необычное в твоём Даре.

— Жалеют, что ушёл? — меня не обуяла гордыня после таких слов. Обычный вопрос, не нёсший в себе никакого подтекста. Благодарность Булгаковым осталась, но не более.

— Они за тебя неплохой приз получили, — усмехнулся Марат Сергеевич, но не стал раскрывать какой. — Но вспоминают добрым словом.

— Передавайте ему от меня горячий привет, — я протянул руку для прощания. — Особенно старейшине. Как он там?

— Хандрит последнее время, но держится. Крепкий старик, — Лутошин сжал пятернёй мои пальцы. — Меня вызовут к Главе Рода для доклада по нападению на поезд. Возможно, Семён Игоревич там тоже будет присутствовать. Так что, обрадую его.

— Спасибо, Марат Сергеевич. И не грызите себя, что не смогли помочь. Всё понимаю, обстоятельства иногда сильнее желаний. Да и я уже способен за себя постоять.

Мы тепло попрощались и разошлись в разные стороны. Я заметил, что ящики уже погрузили в фургон, и направился к «Фаэтону». Пока Петрович распределял охрану по всему конвою, я залез в пахнущий кожей и одеколоном салон.

— С приездом, Андрей Георгиевич, — заулыбался Дима Лель, сидевший за рулём.

— Здорово, Дима! — приветливо откликнулся я. — Что, Никанор не пытался занять своё место?

— Да вы бы видели, как он пытался меня вытащить из-за руля! — хохотнул водитель. — Самым натуральным образом за руку тянул, слюнями брызгал. Орал, что это его обязанность княжича возить.

— Тяжёлый случай, — ухмыльнулся я. — Расстроится ведь, если ему не отдать машину, как думаешь, Дима?

— Обязательно расстроится, — уверенно ответил Лель, крепко держась за руль. — Но у меня железное правило: если увёз хозяина, то и вернуть его домой должен сам. Пусть сегодня отдохнёт.

Открылась передняя дверца, и в «Фаэтон» ввалился Эд.

— Никанор как наскипидаренный носится, — заявил он, поворачиваясь ко мне. — Какая муха его укусила?

— Есть тут одна, — подмигнул я, кивая на водителя. — Вон, за рулём сидит.

И мы с Димой жизнерадостно расхохотались.

Я дома!

Примечание:

[1] Разница между Москвой и Лахти, где сейчас находится «Экспресс» — 1 час.

1

— И что это такое? — с интересом спросил я, глядя на висящий на «плечиках» светло-серый комбинезон, какой обычно надевается под бронекостюм. Даже пощупал ткань. Да, гораздо тоньше, надо признать. Но понять, что именно хотела мне показать Арабелла, никак не мог.

Сама же госпожа Стингрей стояла возле окна просторной конторы, из которого просматривались новенькие производственные корпуса нашего завода, и скрестив руки на груди, с усмешкой ждала, когда меня осенит. Гена Берг, кажется, уже понял, в чём фокус.

— Неужели получилось? — с надеждой спросил он Арабеллу.

— Пока прототип, — кивнула молодая женщина. — Единственный экзоскелет, с которым можно провести сопряжение, находится в руках Андрея Георгиевича.

По-русски американка говорила уже весьма неплохо, пусть и с акцентом, придававшим её голосу шарма.

— Так это тот самый нательный комбинезон с сенсорной плёнкой? — дошло до меня.

— Нет, он не с сенсорной плёнкой, а действует по принципу сенсорной плёнки, — поправила меня Арабелла, усмехнувшись с нотками превосходства. — Я самолично изготавливала состав, в котором держала обычную ткань. На изготовление одного комбинезона уходит два дня в условиях соблюдения полного цикла.

— Подождите, Арабелла, — я поднял руку, останавливая ненужный сейчас поток информации. — Поясните, что именно революционного в этом комбинезоне. Господин Берг однажды прочитал мне лекцию по этому поводу, но я бы хотел услышать и ваше мнение, как разработчика.

— Ну, хорошо, — Стингрей стала расхаживать по конторе, постукивая каблуками сапожек. — Этот комбинезон обеспечивает считывание нервных импульсов с тела пилота и их передачу в виде цифровой информации в систему управления бронекостюмом. Электрические сигналы, проходящие через мышцы и нервы пилота, непосредственно преобразуют каждое движение его тела в цифровые данные, как я уже сказала.

Она подошла к висящему на стене прототипу с самым настоящим капюшоном, и показала рукой на странные треугольные зажимы, которые соединяли секции головы и тела.

— Зажимы служат в качестве разъёмов для передачи данных в бронекостюм, позволяя ему функционировать как превосходная боевая платформа, — пояснила Арабелла. — Кстати, есть одна важная мелочь: комбинезон надевают на голое тело. Да, не совсем удобно, но я работаю над комфортностью.

— Если я надену под комбинезон трусы, будут проблемы со считыванием нервных импульсов на некоторых участках? — сразу догадался я.

— Именно, Андрей Георгиевич, — не сдержав улыбки, кивнула Стингрей. — У неё забавно получалось произносить моё отчество. Слышалось: «Георговыч». — По сути, это мои разработки, которые я хотела использовать в третьем поколении «Арморекса». Счастье, что до них не дотянулись ручонки этих… жадных конкурентов из корпораций!