Чтение онлайн

Этот конунг объявлял своей собственностью все земли и добро неугодных ему людей (см. ниже). Мстил их друзьям, родичам, своякам, многих наказал, многие же бежали из страны. При нем немало людей, в том числе знатных и богатых, уехали в Исландию или бежали подальше, на границу со Швецией, в область Емтланд (которая лишь позднее стала шведской). В «Саге о Хёрде и островитянах» прямо говорится, что при Харальде Прекрасноволосом «была заселена почти вся Исландия, ибо люди, особенно знатного рода и гордого нрава и с достоинством, не хотели терпеть его гнета и насилия» [1388] .

Но и после конунга Харальда правителям Норвегии еще не раз приходилось добиваться единовластия, и всегда с большой жестокостью. Сын Харальда Эйрик был викингом и погиб в бою, преданный своим ярлом (954). Конунг Олав сын Трюггви погиб примерно в 1000 г. Его троюродный племянник Олав Харальдсон, прозванный Толстым и впоследствии канонизированный (1014–1028/30), который добился объединения и христианизации страны, согласно «Кругу Земному», захватил Норвегию силой, опираясь на родичей. Став королем, он (см. сагу о нем, гл. LXXIII–LXXV) ездил по пирам всю зиму, одновременно насилиями и жестокостью принуждал местных жителей креститься, отбирал земли и имущество у «колдунов», а у лендрманов и бондов брал «лучших людей» в заложники. С малыми конунгами он расправлялся жестоко, так что «теперь только его называли конунгом». Бонды боялись его и были не против, если бы власть в стране перешла к Кнуту Датскому. Последний предложил Олаву сдать ему, Кнуту, Норвегию в лен, но, естественно, получил отказ, к великому разочарованию бондов (гл. CXXX–CXXXI). Значительная часть знати, также недовольная крутой политикой Олава, примкнула к сторонникам датского короля. Олав бежал из Норвегии, а когда вернулся, то при попытке снова занять престол погиб в битве с датчанами и собственными бондами при Стикластадире (1030). При этом смертельный удар нанес ему знатный норвежец – трёндхеймский хёвдинг. И когда Кнут Датский направил на тинг в Норвегию своего юного сына Свейна, который участвовал в битве при Стикластадире, бонды реализовали свое желание иметь конунгом датчанина, проголосовав за него на тинге.

Однако Свейн стал вводить в Норвегии многие новые законы «по датскому образцу», и «некоторые из них были много более жесткими [чем норвежские]» (см. выше). В результате сторонники погибшего Олава имели все основания говорить его бывшим противникам – преимущественно это были трёнды: «Вот вы, трёнды, и стали друзьями Кнютлингов (т. е. датской королевской династии. – А.С.) и получили от них награду… кабалу и рабство, к тому же над вами издеваются и унижают вас». А про погибшего Олава стали говорить, что он был святой, и приводили этому доказательства. В конце концов через несколько лет Свейна выжили из Норвегии и выбрали там своим королем сына Олава Святого – Магнуса [1389] .

Конунг Норвегии Харальд Сигурдарсон (Суровый) погиб как викинг в Англии при попытке вернуть там власть скандинавов (знаменитая битва при Стамфордбридже, 1066). В 1103 г. знать подняла мятеж против конунга Магнуса Голоногого, завершившийся его убийством. Позднее, как говорит Снорри, был убит конунг Эйстейн, сын Харальда Гилли.

В последней четверти XII в. в Норвегии начался семилетний мятеж так называемых берестеников (биркебейнеров), или лапотников, завершившийся приходом к власти их вождя Сверрира. Законный король Магнус Эрлингсон был убит в битве при Норафьорде (1184). Сверрир, священник и выходец с Фарерских островов, утверждал, что он незаконный сын покойного конунга Сигурда и, таким образом, принадлежит к роду Инглингов. В «Саге о Сверрире», завершенной в 10-х гг. XIII в., сразу же после смерти конунга Сверрира, и, скорее всего, написанной его приближенными (и, вероятно, им задуманная), дается следующая мотивация его действий. Узнав от матери, кто его отец, Сверрир долго колебался, прежде чем решился на трудную борьбу за престол. «Но ему казалось недостойным ничего не предпринимать, как будто он был сыном простого бонда» (гл. 4). Эта краткая реплика хорошо передает представления того времени о чести и рангах, как и о дистанции между знатью и «простым» народом. Борясь за власть под руководством Сверрира, берестеники попутно «добывали добро» (гл. 71), и смута, сопровождавшаяся насилиями, убийствами и грабежами, утихла лишь после того, как Сверрир, захватив трон мечом, воцарился и основал новую династию. Но после его смерти начались новые междоусобицы.

Против неугодного короля не раз выступали и бонды Швеции, поддерживая его врагов. Сведения такого рода также можно найти у Снорри [1390] .

История (точнее, ее истоки) Датского государства, как уже известно, впервые фиксируется в Ютландии, о чем свидетельствует возведенный в VIII вв. мощный оборонительный вал на перешейке между Южной Ютландией (будущим Шлезвигом) и Франкской империей. В X в. Харальд Синезубый владел уже всеми островами и пользовался влиянием также и в Гёталанде, где вводил христианство. С конца X в. датчане снова начали активно грабить Англию. Этим занимался сын Харальда, отцеубийца Свейн I Вилобородый (ок. 986 – ок. 1014). Затем к власти пришел его сын Кнут (Канут), вошедший в историю как Великий (Датский, Могучий, 1016–1035), который не только объединил Данию, но и создал Англо-Датскую империю (распавшуюся, однако, при его сыновьях Харальде и Хардакнуте), в которую входили также Сконе и отчасти (временно) Норвегия.

Из описания (в очень сложной «Саге о Кнютлингах») истории датских королей после Кнута Великого следует, что затем в течение почти 200 лет в результате внутренних междоусобиц насильственной смертью завершила земной путь по меньшей мере половина государей страны. В ходе междоусобиц истреблялись также и родичи королей. Так, второй сын Свейна II Эстридсена (1047–1074) Кнут II, проведший 12 лет на военной службе в Швеции и занявший датский престол вслед за старшим братом Харальдом Точило (или Точильный Камень), после нескольких лет правления был убит в церкви (1086) мятежной толпой бондов, протестовавших против введения постоянной церковной подати [1391] . Затем датскую корону носили поочередно братья Кнута II. Один из них, король Нильс, поссорился со своим племянником и соперником Кнутом Лавардом, герцогом Шлезвига, тяготевшим к германскому императору. Пригласив племянника-герцога на Рождество в Зеландию, он с помощью своего сына и наследника Магнуса убил безоружного гостя. Это вызвало в народе возмущение, а брат Кнута Лаварда Эрик Памятливый (Эмуне) объявил себя мстителем за брата и с помощью немецких наемников в кровавой битве (1134) разбил армию короля. Принц Магнус пал в битве вместе с большинством родичей, пятью епископами и многими священниками. Король Нильс бежал, но вскоре был убит в Шлезвиге (братом Кнута Лаварда по духовной гильдии). И то, что Нильс в 70 лет оказался без наследника, и самая смерть короля расценивались молвой как кара за убийство герцога Кнута Лаварда, отца Вальдемара I Великого.

Но и Эрик Памятливый, став королем, сразу же перебил своих братьев и племянников. Это возмутило знать. Эрика вызвали на тинг, где один из господ убил его, за что приобрел славу «справедливого мстителя». После смерти последнего сына Свейна Эстридсена борьба за престол в Дании приняла совершенно разнузданный характер и одно за другим уносила целые поколения королевской семьи. В 1154 г. Дания вообще разделилась на три королевства, во главе которых стояли принцы-кузены. Один из них, Свен Грате, правивший в Сконе, пригласил братьев как бы для примирения, но коварно убил одного из них, а второй спасся лишь чудом. Это был будущий король объединенной Дании Вальдемар I Великий Кнутссон (1157–1181), который в детстве спасался на Руси, как и многие другие скандинавские короли и принцы. Да и его мать Ингебьёрг, жена Кнута Лаварда, была, как уже говорилось, дочерью Мстислава Великого [1392] . Вальдемар I сумел разбить Свена Грате в битве, тот бежал, но был зарублен бондами. В числе прочего Вальдемар I добился канонизации своего отца Кнута Лаварда.

Параллельно с внутренними междоусобицами короли трех соседних Скандинавских стран не раз вступали в сражения между собой, время от времени прерываемые мирными договорами. Например, в X в. «селение Гёталанда» (Гауталанда саг), расположенного на границах Швеции, Норвегии и Дании, испытывало большие тяготы из-за постоянного немирия и грабежей со всех сторон. Поэтому на рубеже X–XI вв. три конунга – датский, шведский и норвежский – заключили перемирие в Конунгахелле, закрепив союз династическим браком норвежского короля и шведской принцессы. В середине XI в. норвежский конунг Харальд Суровый Правитель, конунг Свейн Датский и Хакон ярл гёталандский, которому гауты помогали в его борьбе против Харальда, также заключили что-то вроде перемирия. Это были не первые и не последние перемирия между соседями. Битвы за власть и территории в Скандинавии продолжались.

На раннем этапе государственного строительства, в период «малых королей», процедура наследования трона выглядела достаточно простой. В отрывке из «Саги об Инглингах», где речь идет о наследовании власти сыном Энунда Ингъяльдом (Дорога), говорится: «В то время был обычай, что, когда справляли тризну по конунгу или ярлу, тот, кто ее устраивал и был наследником, должен был сидеть на скамеечке перед престолом до тех пор, пока нe вносили кубок, который назывался Кубком Браги. Затем он должен был встать, принять кубок, дать обет совершить что-то и осушить кубок. После этого его вели на престол, который раньше занимал его отец. Тем самым он вступал в наследство после отца» [1393] . Т. е. король получал престол от сравнительно узкого круга пирующей с ним знати, достаточно келейно.

Однако саги, в том числе сочинения Снорри, свидетельствуют о большой роли народа в процессе возведения на престол очередного короля и о публичности самого этого процесса, ведь в эпоху викингов выборы королей происходили на общем тинге, согласно древнегерманскому принципу «согласия народа» (лат. consensus populi).

Шведские короли (как уже говорилось) проходили избрание на главном тинге «страны свеев», который проводился на лугу Мора, неподалеку от Упсалы [1394] . Этот обычай уходит во времена племенного строя свеев, но продолжал соблюдаться и тогда, когда начали выбирать уже не вождей, а королей формально объединенного Шведского государства. Затем король проходил через определенную процедуру, которая, судя по ее подробному описанию в областных законах страны, начиная с XIII в., уходит своими корнями в более древние времена. Будучи выбранным на главном тинге (обычно 2 февраля, в день «очищения Богоматери»), король поднимался на камень Мора (совр. Мура, Morasten); согласно принятому клише, его «берут» или «возводят» на этот камень. Оттуда он произносил тронную клятву, а затем объезжал все ланды, давая эту клятву на тингах ландов (ландтингах) и, в свою очередь, принимая клятву верности от собравшихся местных бондов. В «Саге об Инглингах» указано, что путь, по которому вновь выбранный король объезжал свои владения, назывался «эриксгата» («дорога Эрика»). Предположительно, этот маршрут, природные ориентиры которого также расписаны в законах XIII в., изначально назывался «королевская дорога» (riksgata) и более позднее название получил в связи с Эриком Святым, покровителем Швеции. Маршрут был проложен через леса Упланда еще конунгом Упсалы Энундом Дорога (IX в.), который на этом пути заодно строил и свои усадьбы-хусабю (гл. XXXIII. См. ниже).

Если же речь шла о смещении конунга на тинге, лишении его власти, то, как тогда говорили (и согласно тому же клише), его «сбрасывали с камня» Мура. Именно так поступили бонды с королем Энундом, когда он, крестившись, отказался принести кровавые жертвы старым богам [1395] .

Еще в XII – середине XIII в., когда на избирательный тинг являлись несколько претендентов, им предлагали решить дело путем поединка (!).

Крестителя Норвегии Олава сына Трюггви избрали королем на всеобщем тинге в пункте Эйрир (устье реки Нид, в Трёндалеге), «подобно Харальду Прекрасноволосому» [1396] ; таким образом мы узнаем, что Харальд тоже проходил процедуру избрания: «был взят в конунги» (var tekinn til konungs, гл. 1) [1397] на общем тинге страны. Соответственно обозначена и процедура избрания на тинге: «конунгстэкья» (konungstekja). Именно туда, согласно Снорри, отправился и Магнус сын Олава (Святого), будущий Магнус Добрый, где он «был провозглашен конунгом над всею страной, которой владел прежде Олав конунг, его отец» («Сага о Магнусе Добром», гл. III). Неясно, проходил ли норвежский король процедуру выборов на фюлькетингах, а датский – на ландах страны, но избирательная система действовала повсюду.