Чтение онлайн

Большая часть сборников озаглавлена традиционно по ведущему рассказу. Размещен этот рассказ в самом начале сборника, задавая общую эмоциональную тональность («Теплый дождь», «Зорькина песня», «Стародуб», «Синие сумерки»), или в конце – как заключительный аккорд («До будущей весны», «Огоньки», «Солдат и мать»). В некоторых сборниках такое произведение стоит в середине композиции («Звездопад», «Весенний остров», «Поросли окопы травой»). Но два не имеют точного соответствия: пронзительный заголовок «Я помню тебя, любовь» и «След человека». Но в первом сборнике есть рассказ с соответствующим подтекстом – «Останутся воспоминания» (в дальнейшем получивший название «Бери и помни»). «След человека» ассоциируется с очерком «След человека на земле». Конечно, приходит опыт, мастерство писателя как прозаика растет (см. сравнение двух редакций в статьях «Тают снега», «Гражданский человек», «Стародуб» и т. д., статью «Выразительные средства языка» и др.). В этот период формируются основные типы героев. Любимые герои – бакенщики: «Огоньки», Изот Трофимович в первой редакции «Стародуба» и др.; затем в «Царь-рыбе» Павел Егорович; охотники (ср. легендарные охотники, пионеры Дикого Запада и национальные герои Дэйви Крокет, Дэниел Бун, Кит Карсон и др.), таежник-отшельник (Культя, затем Аким); отрицательные герои: приезжие горожане, для которых нет «закона тайги», – часто как совокупные герои без имени; выделяются особо ценимые личностные черты (в газете «Чусовской рабочий» В. П. Астафьев ведет рубрику «О людях хороших»): осознание себя как части природы, полное бескорыстие, готовность прийти на помощь; определяется основное место действия (тайга, берег реки – почти всегда это «пленер», вне жилого помещения), любимое время года – лето, время суток – раннее утро, восход солнца («Утро, какого в городе не бывает», «Земля просыпается», «Зорькина песня», «Утренняя песня», «Утром», в дальнейшем «Капля» и т. д.); большая часть действующих лиц – возрастные герои: дедушка, бабушка – внук, внучка («Огоньки», «Бабушка с малиной» «Бабушкин праздник», «Конь с розовой гривой», «Дед и внучка», «Дураки», «Двенадцать патронов и ни одной гагары» и т. д.). Складывается стремление писателя к разрушению советских стереотипов: картина войны как тяжелой работы, одним из первых он относит к трагичным ее последствиям не только погибших и увечных, но и тех, кто вернулся с душевной травмой («Горсть спелых вишен», «Ясным ли днем» и др.), в первый период – это преимущественно «война без войны». Место действия многих военных рассказов – госпиталь. Новый мотив, получивший резонанс, – «милость к падшим»: знаковым становится рассказ «Солдат и мать», который призывает отнестись по-человечески к матери предателя; в ряде рассказов герой видит в немце не только врага, а человека («Ария Каварадосси», «Последний кусок хлеба» и др.). Другой мотив, не менее острый – разрушение представления о «хорошем» народе, противопоставление положительного героя не отдельным «отщепенцам» – отрицательным героям, а одного человека всему селу. Но в «Стародубе» (1959) он несколько стирается тем, что действие обращено к прошлому, при этом село староверческое. Этот мотив прозвучит позже у В. Г. Распутина в «Деньгах для Марии» (1967). Формируется мысль единства жизни на земле: цветок стародуб на могиле Фаефана, кедренок на могиле Култыша («Стародуб»), затесь «И прахом своим» и др.

Формируется система поэтических антропонимов: широко используются просторечные и диалектные имена. Значительное количество действующих лиц в рассказах без имени (рыбак, дети, бабушка, пионеры и т. д.), в отдельных рассказах без личного имени все герои («Бабушка с малиной», «Дед и внучка» и др.). Явно пристрастие автора к старинным именам: Гаврила, Азарий («Перевал»), Арсений, Фиса в «Бери да помни», Мокрида, Никон – Амос, Фаефан в «Стародубе» создают образы старообрядцев и т. д.

Язык произведений первого периода творчества В. П. Астафьева выразителен и эмоционален, автор широко использует тропы и фигуры (см. статью: «Выразительные средства языка произведений первого периода творчества В. П. Астафьева»), пользуется разговорной лексикой, в речи персонажей есть профессионализмы, просторечия, диалектизмы, арготические слова. Диалектизмы представлены ограниченно, со специальными средствами введения их в текст. Представлены широко экспрессивный синтаксис, слова-интенсивы. Прозаические тексты организованы ритмически, используются аккомодация и аллитерация.

По подготовленному изданию мы можем заключить, что первый период творчества В. П. Астафьева нельзя рассматривать только как период ученичества. В нем определены все основные художественно-тематические, смысловые векторы творчества писателя, вырабатываются авторский стиль, оригинальная манера письма, самобытный взгляд и основные авторские принципы.

Л. Г. Самотик, Т. Н. Садырина

Рассказ впервые опубликован в газете «Литературная Россия». 1967.12 мая, 7 июля. Автор включает его в сборник «Синие сумерки» (М., 1968), а также сборники «Бабушкин праздник» (М., 1982, 1983) и «Далекая и близкая сказка» (Иркутск: Издатель Сапронов, 2008). В Амстердаме на голландском языке вышел сборник рассказов «Ангел-хранитель» (1984). В Государственном архиве Пермского края в личном фонде В. П. Астафьева хранятся рукописи двух редакций рассказа «Ангел-хранитель» под названием «Шарик – породистая собака».

Рассказ композиционно делится на две части, контрастные по тональности. Пафос первой части – трагический, второй – юмористический. Место действия – дом Потылицыных в селе Овсянка, образы-персонажи – члены небольшой семьи, оставшейся к моменту описания событий: дедушка, бабушка, Кольча-младший, Витя. Эпизодические герои: Кеша (двоюродный брат Вити, сын дяди Вани), Нюра – жена Кольчи-младшего («песельница и хохотунья»), упоминаются тетка Августа и тетка Апроня – родные сестры, дочери Потылицыных, сын тетки Августы – Алешка. Главные герои рассказа: бабушка, внук Витя и пес Шарик, которого бабушка звала насмешливо ангелом-хранителем.

В основе сюжета рассказ о тяжкой поре жизни Потылицыных – голодном времени, когда едва выживающая семья радуется принесенному в дом щенку Шарику.

Спасенный от гибели щенок возвращает в дом надежду на лучшее. Со временем все образуется, благодаря любимцу семьи жизнь снова бурно закипит.

Историческое время, к которому отнесены события первой части рассказа, это 1933 г., когда в Сибири свирепствовал голод. Это трагическое время художественно воплощено с помощью олицетворения (сразу захмурели и вроде бы состарились дома) и сравнения (Углы у них были, как челюсти у голодных людей, сухи и костлявы). Угасание жизни на селе отражают социально-бытовые перемены: перестали существовать заимки, пахотные поля превращаются в места для складирования вырубленного леса. Символичен эпизод воспоминания о гибели матери Вити – подробное описание покойной женщины с характерными натуралистическими деталями. Особое звучание приобретают в этом контексте слова: покойница, мертвая, черный день.

В этой части рассказа упоминаются так называемые верховские села, где жизнь сытнее. В Овсянке их так называют потому, что они находятся в верховьях Енисея. Это села в Ужурском, Новоселовском, Краснотуранском, Минусинском районах (топонимы).

Кульминационный эпизод первой части рассказа – возвращение бабушки из города, который не назван, но по описанию точно определяется город Красноярск. В Красноярск сельчане возили на продажу, в «Торгсин», все, за что можно было выручить деньги для покупки продуктов. Бабушка принесла из города большой каравай, чтобы подкормить ослабшего от голода дедушку и теряющего последние силы внука-сироту, но каравай оказался туфтой, начиненным мякиной. Портретные детали подчеркивают потрясение изголодавшихся дедушки (спина его, плечи, руки обвисали… будто сделался он тряпичный), бабушки (рот бабушки вдруг начал беззвучно шевелиться, сделался черным), Вити (я закричал).

Наивысшее напряжение уравновешивается явлением спасенного бабушкой щенка, брошенного хозяевами в снегу, лохматого комочка. Он пищит, барахтается и своей беспомощностью примиряет онемевших от горя голодающих дедушку, бабушку и внука. Спасенный щенок (чуда такая) стал хранителем измученной семьи: Знамение это мне вышло, в образе его ангел-спаситель явился.

Вторая часть рассказа наполнена движением жизни, пробуждением утраченной было энергии. Старшие дети Потылицыных, Августа и Ваня, делятся с родителями заработным пайком – ухой, кашей, горбушкой хлеба. Доставляет его Кеша, который, как уважающий себя чалдон, сплавляется к деревне на салике (вверх везет беда, вниз несет вода). Этот способ движения вниз по реке – характерная черта жизни сибиряков, предмет их особой гордости. Подросток Кеша лихо правит саликом (два скрепленных бревна) и приплавляет к берегу Овсянки с продуктовым пайком, где его ожидают бабушка и Витя.

Сцены, где главным героем является выросший Шарик, наполнены авторским юмором. Смешны картины «собачьей» жизни, рассказанные от лица Шарика. Монологи огромного пса контрастируют с серьезностью обстановки, что создает комический эффект. Центр бурлящей жизни – перипетии взаимоотношений бабушки и Шарика. Смешение высокого и низкого (молитвы бабушки и проказы пса) создает эффект неостановимости жизни в ее вечном движении.

См.: «Литературная Россия», газета. «Синие сумерки», сборник. В. П. Астафьев как детский писатель.

Астафьев и музыка – явление неразделимое. От природы наделенный большим лирическим даром, чутким музыкальным слухом, Астафьев чрезвычайно редко не говорил о музыке. Его герои поют и русские народные песни, и военные, и частушки, и романсы, и блатные песни, и лирические, и цыганские, и украинские… И слушают музыку.

Не отрицая языкового богатства, живости и образности слова, самобытности, автобиографичности астафьевских произведений, мы все больше убеждаемся, что его проза – это особый стиль, блестящее владение словом в его смысловом и звуковом облике. Сам он говорил о своей прозе следующее: «Лучше всего удаются вещи, написанные в один дух. Единым порывом, в которых мелодия рвет сердце, вздымает тебя на такие высоты, что ты задыхаешься от счастья. Разумеется, от этой музыки лишь частица малая, может, всего капля, упадет на бумагу и отзовется звуком в сердце читателя».

Рассказ написан в 1955 г. Этот рассказ стал первым произведением Астафьева, переведенным на другой язык – французский.

Впервые опубликован в газете «Красный Курган». 1959. 5 апреля. Также печатался в журнале «Прикамье». 1959. № 26. С. 51–54. Входит в сборник «Стародуб», 1960, сборник «Солдат и мать», 1961, и др. Включен в 15-томное собрание сочинений (Собрание сочинений: в 15 т. Красноярск: Офсет, 1997. Т. 1. С. 200–211). В Государственном архиве Пермского края в личном фонде В. П. Астафьева хранятся две рукописи рассказа «Ария Каварадосси», а также рукописный литературно-художественный сборник «Рассказы о войне», в состав которого входит рассказ «Ария Каварадосси». Составитель сборника В. П. Астафьев.