Чтение онлайн

– Пятачок!
– крикнул Винни Пух.

– Здравствуй Винни, - послышался тоненькой голосок изнутри дома.

– Ты знаешь, что я больше всего люблю на свете?

– Наверно это мед, - отвечал Пятачок, не показываясь из дома.

– Тебе бы только жрать, - отвечал Винни Пух.
– Свинья и есть.

– А что же тогда?
– спросил робкий голос из домика.

– Самое приятное на свете, - отвечал Винни Пух, - то, что я больше всего люблю, это не мед. Это - пороть свиней!

– А-а, - сказал Пятачок.

– А ты знаешь, какой сегодня день?

– Я думаю, четверг, - отвечал Пятачок.

– Индюк тоже так думал. А четверг был вчера.

– Винни, - тоненько спросил Пятачок.
– Не хочешь ли ты сказать...

– Именно это я и хочу сказать. Сегодня пятница, а по пятницам у нас порка.

Тут из дверного проема показалась маленькая испуганная свинячья мордочка.

– Винни, - говорил Пятачок, - я только прошу тебя...

– Слушай, не томи меня, а? Будь мужчиной.

И Винни Пух с силой стеганул плеткой о стол, так что сидевший за ним Кролик подскочил и выронил авторучку.

Пятачок вышел, следуя как на казнь. Его розовенькие окорока соблазнительно сверкали в лучах, пробивавшихся сквозь ветки деревьев.

– Становись в позу.

Пятачок, пискнув, встал у калитки. Винни Пух военной походкой приблизился к нему сзади, стал по стойке смирно и поднял плетку высоко вверх. Пятачок хрюкнул, а Винни начал считать.

– Раз, два, три...

– Раз, два, три...
– записывал Кролик. При каждом Раз Два Три плетка крепко опускалась на свинячий зад. Пятачок так и подпрыгивал задними ногами, но убежать не пытался, а терпел молча.

– Одиннадцать... Двенадцать...

Пух хотел на этом закончить, ибо дальше он считать не умел. Но вдруг вспомнил еще:

– Тринадцать.

После чего отложил плетку и вытер со лба пот.

– Это все?
– спросил Пятачок.
– Больше меня сегодня пороть не будут?

– Мазохист, - произнес ослик Ыа как бы про себя.

Пух сказал:

– Ну ты и свинтус! Если только Кристофер Робин захочет. Или Кролик. А я всего лишь глупый медведь, на твое счастье дальше считать не умею.

– Нет, нет, не надо!
– закричал Пятачок.
– Это я просто так спросил, на всякий случай.

Зато Кролик умел считать. Он прикинул на бумажке, сложил в столбик и сказал:

– Пух отвесил тринадцать ударов. Если еще Кристофер Робин сделает столько же, то всего получится двадцать шесть.

Все посмотрели на Кролика с уважением. Кроме Ыа, разумеется, тот всегда имел особое мнение. Даже Кристофер Робин путался в таких больших числах как двадцать шесть.

– А что...
– Пух набрался смелости, - а что будет, если после Кристофера Робина еще и Кролик столько же добавит?

Кролик еще посчитал.

– Тогда, - сказал он, - получится тридцать девять. Ровно столько, сколько дали Иисусу Христу.

– Но ведь это же богохульство, - сказал Ыа.

И все согласились, что Пятачку столько нельзя.

Положение разрядил Винни Пух, заметив, что время идет к обеду, и не пора ли им всем подкрепиться. Солнце и правда уже садилось, и если они не поторопятся, скоро стемнеет. Поскольку случилось так, что все пришли в гости к Пятачку, то он и должен был угощать.

– Давай неси, ну водки там, - командовал Винни Пух, усевшись за стол, - грибки, холодец... и ветчину не забудь.

– Мне салат из морковки, - заказал Кролик.
– А для Ыа овса.

Гости расселись за столом. Когда все было подано, пригласили и Пятачка.

– Садись, свинюшка, - ласково говорил Пух.
– Теперь до следующей пятницы тебя никто не тронет, обещаю.
– Он уже выпил и готов был любому за друга пасть порвать.
– А где же Кристофер Робин?

Кристофер Робин как-то незаметно испарился. Ыа объяснял это тем, что когда Кристофер Робин чуть выпьет, он отключается, и у него пропадает эффект присутствия.

– Ыа, блин, - говорил Пух.
– Какой ты умный. Я раньше не замечал.

Ыа важно кивнул подбородком, вывернутым вверх. Он не мог выразить своих чувств. Он тоже выпил стакан водки с овсом, и понял, что вот, наконец, и к нему приходит заслуженная слава.

– Ыа герой, - подтвердил пьяный Кролик.
– Он в Лесу главный мыслитель. Все время думает про себя. Пятачок, у тебя есть вчерашняя газета?

Пятачок пискнул и побежал за газетой.

– А все потому, - продолжал Кролик, - что ему голову свернули, и теперь мозги у него повернуты не так, как у всех, а наоборот. Это отличительный признак гения.

– Наконец-то, - сказал Ыа, - это заметили.

– Умные люди, - сказал Кролик, - это заметили уже давно. И кролики тоже. А вот и Пятачок, сейчас посмотрим...

Кролик взял газету, которую принес Пятачок, раскрыл ее на первой странице и зачел:

– Статья называется: "Мужественный Ослик преодолевает ужасный недуг". Надеюсь, все ее читали.

Все кивнули. Кролик разносил газету по всему лесу, предлагая подписку, но кончалось тем, что он оставлял ее бесплатно.

– Слушай, Кролик, - спросил Винни.
– Ну скажи честно, ты еврей?

– Ни в коем случае! Только по бабушке.

– Тогда давай еще выпьем.

– И я, и я!
– закричал Пятачок.
– Мне тоже!

– Друг ты мой!
– Винни двумя руками мечтательно обнял Кролика и Пятачка одновременно.
– Хорошо сидим.

Но тут Ыа тоже подал голос.

– Ы я! Ы я! Про меня забыли!

– Что ты, Ыа, - отвечал Пух.
– Тебе показалось. Мы всегда про тебя помним.

– Ах, не надо меня утешать, - отвечал Ыа.
– Это судьба всех гениев, захиревать в одиночестве.

– Ыа, - сказал Пух, - я тебе обещаю. Завтра я приду к тебе и мы будем захеревать вместе. Хочешь?

Но водка, видно, крепко ударила ослу в голову, и он не мог остановиться.

– А хотите, - сказал Ыа, - я вам потанцую?

И стоя возле стола, он начал в полной тишине выделывать ослиными ногами такие па, которых в Лесу еще никто не видывал. Голова его при этом так моталась из стороны в сторону, что казалось, вот-вот и она отвалится.

Минут через пять Ыа выдохся. Зрители, которые с тревогой смотрели весь танец, облегченно вздохнули и захлопали.