Чтение онлайн

— Супер. Добавки нальешь?

Глаза уже нормальные, почти человеческие. «Почти» — потому что все еще красные, как у вампира. Меня снова разбирает смех, но я сдерживаюсь, и ставлю перед ним еще одну пиалку, предупреждая:

— Эффект закрепляется в койке.

И только наблюдая, за меняющимся выражением его лица, соображаю, что сказала. Мысленно чертыхаясь, поправляю себя:

— Спать надо после этого лечь! Пара часов — и ты как огурчик!

Чтобы скрыть смущение, отворачиваюсь к раковине и начинаю увлеченно мыть посуду. Это ж надо так оговориться — да еще с кем!

Хлюпанье прекращается, Сторм встает за моей спиной и опускает обе пиалы в раковину, не торопясь убирать руки.

Близко стоит.

Опасно.

Ах, ты, как быстро приходят в себя северные олени…

Делаю движение, чтобы закрыть кран — наши руки сталкиваются и, вместо того, чтобы исчезнуть, струя из крана бьет с такой силой, что заливает мне лицо и грудь.

— …ть! — шиплю я, отскакивая, и со всей дури врезаясь спиной в Алекса.

Тот инстинктивно хватает меня за плечи и делает шаг назад, в то время, как я — тянусь вперед, чтобы все-таки закрыть кран. После нескольких минут молчаливой «борьбы нанайских мальчиков», парень разжимает пальцы и, наконец, я выключаю воду. Ладонями утирая лицо и отряхиваясь, поворачиваюсь к нему — ржет, сволочь! И нехорошооо так при этом поглядывает на мою сильно подмокшую тушку, скудно прикрытую летней рабочей одеждой.

— Ну, нормально, нет, — укоризненно ворчу я — Иди уже отсюда… куда-нибудь!

О господи, а вдруг он опять попрется в мою мансарду?

— Давай, покажу тебе отличную спальню с видом на океан, — хватаю его за огромную ладонь и тащу за собой к лестнице.

— Вот, — распахнула я дверь. — Отдыхай! — развернулась обратно, но не тут-то было.

— Ты забавная! У тебя такой акцент интересный… Ты кто?

Ну, все. Это сработало, как спусковой крючок.

«Кто ты, Соки Стэкхаус»** — пронеслось в моей голове…

Я хрюкнула и сложилась пополам от смеха.

Ржала я так, что потекли слезы. Поднимала на него глаза, раскрывала рот в попытке извиниться и… снова смеялась.

Надо было видеть его лицо! Сначала — удивленное и недовольно-растерянное, потом медленно расплывающееся в улыбке… И вот — нос сморщился, глаза брызнули искрами, и он захохотал вместе со мной!

Не знаю, чему радовался актер, но я просто представила себя рядом с ним — мокрая, чумазая, лохматая, ростом чуть ли не по пупок этому чуду природы… Этта что-то!

Босс меня прибьет. Или уволит. Ой-йой.

Я приложила палец к губам и позволила втянуть себя в комнату:

— Тсссс. Я здесь работаю и не должна видеться с гостями. Так что — отдыхай, — я сделала широкий жест, обводя руками комнату, типа «милости прошу».

Господи, кому я это говорю?

Алекс никак не реагирует, продолжая улыбаться и разглядывать меня, как зверушку в зоопарке.

— Ты из России?

Я насупилась — не люблю этого вопроса.

— Хоть имя назови…

Не успеваю уйти. Алекс делает шаг, склоняясь ко мне, и этим своим киношным жестом поднимает за подбородок мое лицо.

Близко, слишком близко…

Я вижу его румяную от солнца кожу с волосками щетины на подбородке и верхней губе, слишком яркие губы (давление? боже, о чем я думаю!), улыбку со смешным прикусом, крупный самоуверенный нос… И над всем этим — глаза, в которые боюсь взглянуть.

От него пахнет пивом, бульоном, мужским потом и совсем чуть-чуть каким-то парфюмом. На груди и руках до сих пор не просохли следы от недавнего кухонного «фонтана».

— Так как? Как тебя зовут?

Я подняла глаза и уперлась в его зрачки — лучше бы я этого не делала.

— Марина, — почти без голоса, на выдохе произнесла я в его приоткрытые улыбающиеся губы.

— Ты — чудо. Я просто ожил!

Его дыхание щекотало мою кожу, а руки уверено прижимали к длинному телу так, что я в полной мере ощутила его «реанимацию».

Сердце прыгнуло к горлу — я ахнула, нырнула парню под руку, отталкивая его и теряя японские палочки из волос… Пулей слетела вниз по лестнице, и равнула из дома — в гараж, на байк и — к черту от них подальше!

«Лишь на расстоянье звезды хороши — ты им лучше ручкой издали маши».

_______________________________

*вкусно, деликатес (шведск)

**главная героиня популярного вампирского сериала HBO

Камера лжет 24 раза в секунду.

Я никогда не общаюсь с гостями, и уж тем более, не знакомлюсь с ними. Случившееся прошлый уикенд — мой прокол. У босса нередко бывают в гостях известные персоны. Каждый из них — со своими закидонами, и, если работодатель не настаивает на твоем личном присутствии, гораздо спокойнее держаться от всего этого подальше. Особенно учитывая бесчисленных папарацци, в поиске «жареных» фото готовых заглянуть вам чуть ли не в глотку (и это в лучшем случае).

В самом начале работы на Ала, по доброте душевной (по версии брата — «по дурости»), я неосмотрительно подвезла с пляжа учесавшего туда с бодуна Натана Бруни-младшего.

И, конечно, нас засекли папарацци.

В принципе, мне было плевать — кто я такая? Как всегда, в своем любимом образе унисекс — футболка-бейсболка-шорты-солнечные очки — ничего примечательного.

Но, сволочь Бруни, внезапно решил, что будет «продолжение банкета», а на десерт — я… И начал приставать. Я не леди — двинула бы в зубы или по «самому дорогому» — и все. Но, блин, «дважды оскароносца» лупить на виду у всех было нельзя. Поэтому, я как последняя… институтка, просто отпихивалась от знаменитого дурака, сующего руки куда не надо. Но на байке — это вам не в саду на скамейке! Чоппер стал валиться вбок, пришкваривая выхлопной трубой мою лодыжку. Подпрыгнув от боли валдайской козой и матерясь на всех известных мне языках, я приземлилась на неудачливого ловеласа, живописно распластавшегося на песке.

Он смеялся и… позировал, блин!! Позировал этим самым парпарацци, вцепляясь в мои микрошорты и не давая мне подняться, пока эти мутные дядьки с камерами суетились вокруг, чуть ли не тыча здоровыми объективами в лицо! Пришлось поднапрячься и применить-таки скромный, но оччень болевой приемчик… Вот этот-то момент и был запечатлен на фото, проданное JJ*, и обошедшее таблоиды и желтые издания не только в ЛА. Но мне повезло: слетевшая бейсболка освободила мою растрепавшуюся гриву, удачно скрывшую лицо — идентифицировать на фото меня было невозможно. Но кое-кто из стрингеров** оказался дотошнее остальных и запечатлел номер моего байка — пришлось сменить.

И байк — тоже.

*

С тех пор я стала осторожней и держу дистанцию. Правда, заметила, что и Алан Натана не приглашает. Но, наверно, и среди звезд «нахальство — второе счастье», поэтому теперь Бруни-джуниор начал заглядывать к мэтру "по-соседски". И, примерно, раз в месяц, повторяется одно и то же:

— Алан, а где твоя маленькая эксклюзивная помощница?

— Не надо, Нат. Ты же знаешь — не люблю.

— Ал, не знаю… что ты подумал, но я всего лишь хочу убедиться, что она не остригла свои чудесные волосы. Она мне тогда пообещала это сделать!