Чтение онлайн

– Тогда надо запретить выдавать акваланги, – громко пошутил кто-то из зала. – А то дайвинг в последнее время тоже вошел в моду.

Я оглянулся на шутника, и мой взгляд случайно наткнулся на Каплунского. Он сочувственно и, как показалось, искренне покачал головой. Стало быть, происшествие здесь уже обсудили. Вот и хорошо, появился прекрасный повод познакомиться. Казахстан – почти Россия, не в обиду казахам будет сказано. Найдем общий язык. Кстати, а где Невман? Я обнаружил его в президиуме и успокоился. Наверняка и эта «шишка» найдет время выразить сочувствие. Представляю, как бы все они тут развеселились, если б с их коллегой случился летальный исход. Наверное, почтили бы память вставанием. Какое ни есть, а все же событие на однообразном местном фоне.

В перерыве между заседаниями я пошел в туалет и там спиной ощутил, что на меня что-то медленно надвигается…

Продолжать тупо стоять у писсуара бессмысленно. Обернуться? Значит, открыто показать, что чего-то опасаешься, а это совершенно не вписывалось в мою тщательно отработанную легенду. Чего, скажите на милость, может бояться представитель посткоммунистического Казахстана, приехавший на международный форум в такую безопасную и тщательно вылизанную страну, как Швейцария? Ни-че-го!

С другой стороны, все эти мои здравые построения в мгновение ока могут оказаться совершенно бесполезными, если некто сейчас огреет тяжелым предметом по голове. Вот тебе и вся безопасность страны навязчивого комфорта. Пора на что-то решаться. И, придав лицу смущенное выражение, слегка повернул голову. Ко мне, на ходу расстегивая ширинку, вальяжно приближался Каплунский собственной персоной. Неужели ему тоже просто захотелось пи-пи?

– Для этих нескончаемых заседаний надо иметь не мочевой пузырь, а метеорологический зонд, – удачно пошутил он.

– Хорошо хоть, что туалет под боком, – попытался я поддержать ненавязчивый гигиенический треп.

– Они мастаки во всем, особенно когда речь идет о комфорте. Но как быть с душой? На дворе морозно, и душа русского человека просит… – Каплунский не довел до конца мысль. – Вы, правда, кажется, нерусский? Впрочем, как и я, хотя говорим на одном языке.

– Если исходить из страны, которую здесь представляю, получается, что я казахский.

– Ха-ха-ха!

Каплунский пришел в полнейший восторг от моего намека на его изначальную национальную принадлежность и громко расхохотался. Да, времена быстро меняются, лет двадцать тому назад ему было бы совсем не до смеха.

– Вижу, мы прекрасно понимаем друг друга. Не к туалету будет сказано, однако милости прошу вечером в нашу небольшую компанию! Кстати, как вы себя чувствуете после этой дикой утренней истории? Извините, надо было сразу поинтересоваться.

– Спасибо. Могло быть хуже.

Будто старые знакомые, мы вместе вернулись на заседание.

Отец заводного компьютера Даконто в этот день ни на трибуне, ни в зале так и не появился. Возможно, он еще не прилетел, но я не дергался, поскольку сам по себе, без Невмана и Каплунского, он меня мало интересовал. Мне важно было понять, какая интрига разворачивается за кулисами нашумевшего ноутбука. А сближение с «коллегами» из России являлось безупречной отмычкой к этому.

Когда я наконец добрался до гостиницы и направился было к лифту, портье крикнул вдогонку:

– Мистер Рунце, вам тут письмо.

Что бы это могло значить? Я с любопытством вскрыл конверт, в котором оказался всего лишь счет из больницы. Поняв по моему разочарованному лицу, что чаевых не будет, портье тут же потерял ко мне всякий интерес.

В номере было тепло и уютно. Я уже собирался растянуться на диване, когда вдруг понял: что-то вокруг не так. Недаром все же агенту моего уровня положено развивать, кроме всего прочего, и нюх. А ведь утром в ароматической гамме номера преобладал запах моей туалетной воды «Boss», к которому примешивались запахи гостиничных шампуней. Теперь в эту благоухающую смесь вторгнулся посторонний, скорее всего, мужской запах. Признаюсь, если бы это была женщина, я бы так не встрепенулся, хотя обычно у мужчин случается как раз наоборот.

Я подошел к столу, где новый запах давал о себе знать особенно сильно. Вроде бы все находилось на своих местах. Тем не менее один лист из папки лежал не на своем месте. Такие вещи я запоминаю, как сканнер, и могу воспроизвести даже через несколько лет. Значит, в документах кто-то успел покопаться.

А я-то хорош! Гадаю, кому встал поперек дороги. Даже стыдно. Все же элементарно: столкновение на трассе подстроили лишь для того, чтобы получить возможность проникнуть в номер. И, конечно, это не Невман и не Каплунский. Им уж точно незачем шарить в моем номере. Тогда кто же проявил живой интерес к моей персоне? Бдительная швейцарская полиция?

Пожалуйста, смотрите, изучайте! Вот я как на ладони. Я Ильяс Рунце, полунемец-полурусский, не первый раз представляю славную молодую республику Казахстан на международных мероприятиях и, как правило, всегда неплохо отстаиваю ее интересы. За это меня ценят и уважают в Алма-Ате. И это вовсе не легенда. Это чистейшей воды правда.

Когда перед нынешней поездкой я объявил своим казахским работодателям, что ее можно будет профинансировать из независимого источника, они несказанно обрадовались. В Казахстане у меня репутация прекрасного специалиста в области высоких технологий. Правда, там и не подозревают, что точно так же я владею еще целым рядом профессиональных навыков, не говоря уже о различных видах холодного и огнестрельного оружия, а также приемах рукопашного боя. Пожалуй, один только Мацкевич в курсе того, что Интеграл – универсальная личность. Вчера он светский лев, сегодня программист, а завтра скромный коммивояжер по продаже женского белья.

Стоило об этом только подумать, как память рефлекторно сама напомнила о якобы разрозненных фактах, касающихся компьютера для бедных, про теракты в Аммане, дубненском гении Широкове, работающем не за понюшку табака, а за возможность сплавать в круиз, и, конечно, о странных интернетовских перехватах спецслужб. Почему они оказались в одной папке? Как их подвести под общий знаменатель?! Если разгадать скрытую связь между ними, остальное станет делом техники.

А пока придется и дальше вживаться в ситуацию. Штука, конечно, рутинная. Зато какое великое чувство, когда в один прекрасный момент перед тобой вдруг в мельчайших подробностях откроется вся картина!

Итак, папка. С компьютером вроде что-то стало проясняться. Эта сладкая парочка – Невман с Каплунским – элементарно хотят заработать. Но как далеко они пойдут в этом? Не мог же Мацкевич позволить, чтобы меня опустили до уровня стукача для службы экономической безопасности или как там сегодня она называется? Нет, зная Мацкевича, такое даже смешно предположить. Тут явно что-то лежит глубже. Взять того же Даконто. Может, разгадка в нем? Тем более, что он отнюдь не жалкий зашибала денег, которого можно купить с потрохами. Не исключено, что Невман с Каплунским в данном случае лишь «наживка», ничего не ведающая в разворачивающейся интриге. Тогда тем более следует держаться за них и ждать, когда стремительно на поверхность вынырнет серебристая хищная рыбина. Однако пора идти поближе к наживке. Интересно, что понадобилось Каплунскому?

Леонид Теофилович и Анатолий Казимирович напряженно дожидались меня в баре. Вернее, всеми силами старались сделать вид, будто я им совершенно безразличен, и они просто оказывают мне великую честь как бывшему соотечественнику бывшей великой.

– Как там у вас в Казахстане? – после дежурных приветствий и рукопожатий задал министр столь же традиционный, сколь и глупый вопрос. Собственно, на него обычно не ждут ответа. Поэтому я просто пожал плечами и нейтрально ответил: