Чтение онлайн

– Дело вовсе не в игре! Я ее слегка переделал и запустил в Сеть, а этот тип сомневается, что сетевой вариант будет работать. Подкалывает. Я ему сейчас докажу.

– Что за тип? Откуда?

– Откуда знаю? Похоже, француз.

– Он тебе сам сообщил?

– Естественно нет. Я его вычислил по трафикам, – обиделся Миша. – Воображает, что закрылся. Но со мной такие номера не пройдут!

– Ладно, доводи свою миссию, только по-быстрому.

Что-то все же Виктора напрягло во всей этой ситуации, но поначалу он не мог понять, что. Мальчишка модернизирует программу, так это ж здорово! Многие ли из его сверстников – да что сверстников? – его коллег в институте способны разобраться даже в простой компьютерной игре?

Может, уже выросла новая генерация, которая, если вдуматься, более органично вписывается в современный мир? А что наш хваленый реальный мир? Это на самом деле обман, условность, всего лишь субъективная картина, отраженная в нашем сознании. Любые события и поступки каждый из нас видит, воспринимает и оценивает по-своему, и лишь единая среда позволяет выработать общие критерии мирного сосуществования. Правда, увы, далеко не всегда… Так-так. Похоже, чего-то в этом роде и ждет от него анонимный заказчик. Надо только создать эти критерии для мирного сосуществования компьютерной программы и человека. Молодец, Мишка, невольно навел на важную мысль!

– Да вернись же ты на землю! – услышал он возмущенный голос жены. – Просто невозможно жить с двумя чокнутыми в одной семье!

Женя стояла рядом и, судя по всему, уже пару минут ему что-то говорила.

– Прости, я отключился. Очень вымотался сегодня, – стал оправдываться он. – Стараюсь сделать вам сюрприз…

– Лучше без сюрпризов, – взмолилась жена, – а то и так голова идет кругом!

– Ты не права, сюрприз должен содержать элемент неожиданности. Чего о нем заранее говорить?

Вернувшись в гостиную, где Виктор так и не присел к ноутбуку, он остановил взгляд на нарезанном пироге. Стоп! Виктор чуть не подпрыгнул от радости. Широков отчетливо представил, как можно разложить этот самый пирог на программные значки, чтобы тот выглядел на мониторе убедительно вкусным. Но как при этом передать пользователю его непревзойденный аромат?! Как его-то воспроизвести?

Первое, что он сделал, это проник в компьютер сына. Тот потрошил программу какой-то игры. Виктор обратил внимание, что в этой игре совсем не было женщин, а следовательно, в ней не было и никакой любви. Почему в компьютерных играх никогда не бывает любви? Раньше он об этом как-то не задумывался. А бывает ли любовь в жизни? Может, это тоже самообман? Такое огромное виртуальное игрище? Когда-то Виктор тоже думал, что любит, и тем был счастлив. Даже на ворчание и придирки Маргариты Павловны не обращал внимания ради своей любви. Как же давно все было. Прошло столько лет, а тут один мимолетный взгляд дал ему понять…

Что понять? Широков вновь вспомнил Ирину Солье. Случайно ли он встретил женщину, о которой мечтал всю жизнь? Откуда пришло это новое чувство? Почему ему было так хорошо с ней рядом в том стеклобетонном офисе? Будто он давно с ней знаком, с ее улыбкой, ароматом духов, движениями. Неужели это тоже какая-то заложенная в него внутренняя программа, которая запустилась сама собой, очутившись в благодатной среде?

Но совместима ли она с компьютерной реальностью? Вот в чем вопрос! Он должен попробовать совместить. Это и есть ключ к его новой работе. На какое-то мгновение Широкову почудилось, что новая реальность сумеет многое изменить и в его личной судьбе…

Неожиданно Виктор вспомнил, о чем хотел спросить сына, и вернулся к нему.

– Как ты выследил француза, о котором рассказывал? Можешь показать?

– Это не так уж сложно, если не только читать сигнал, но и ощутить, прочувствовать его, чтобы потом сразу выделить среди других по индивидуальным импульсам.

– Но мы ведь получаем сотни, тысячи сигналов, – искренне удивился отец.

– Это происходит само по себе, даже не знаю как. Я вижу, как сигнал бежит по сети, и двигаюсь вслед за ним.

– Бред, это ты все придумал. Это твой виртуальный мир, сынок.

– Совсем и не бред, папа. Почему ты так говоришь, если не знаешь?

где расследование приводит Интеграла в Швейцарию и где он впервые вступает в контакт с объектами своего наблюдения

Если на свете и есть нелюбимые мною места, так это прежде всего Швейцария с ее абсолютно стерильной жизнью. А если еще конкретнее – ее якобы выдающийся зимний курорт Давос.

Не пойму, почему именно Давос является чем-то выдающимся. Поехать туда на очередной форум считается чуть ли не знаковым событием. Для меня же он как был провинциальной дырой, так, скорее всего, уже навсегда дырой и останется.

Но хватит о грустном. Не стоит эта Швейцария вместе со своим Давосом того, чтобы на них зацикливаться. Ну не нравятся они мне. И ничего тут не поделаешь. Кстати, это даже неплохо. Когда глазу не за что зацепиться, лучше думается. А специальному агенту моего ранга в основном только и надо думать. Хотя бы о том нудном задании, которое, собственно, и привело меня в Давос.

Вот, например, сейчас, объекты моих интересов скрываются за единственной колонной, поддерживающей свод турецкой бани. Оба «красавца» беззаботно сучат ножками в бассейне, напоминающем большую лохань.

Эта парочка «пассажиров», за которыми мне предстоит плотно понаблюдать, фигурирует в первом десятке списка, полученного месяц назад от подполковника ФСБ Соколовского, с которым свел меня Мацкевич. Как же ловко они «подписали» меня на участие в сочиненном, похоже ими самими, детективчике. Прямо как в сказке: пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Веселенькая перспектива. Хотя за пару месяцев, как я в этом детективе участвую, хоть что-то прояснилось.

Прежде всего сам Мацкевич. Сначала у меня глаза на лоб полезли, когда я узнал, что он уже пару лет тянет воз в скромном детективном агентстве, принадлежащем какому-то олигарху. То ли бывшему, то ли настоящему. Хотя, стоп, у нас ведь сейчас такая партийная линия, что олигархов больше нет, а вместо них серьезные вдумчивые бизнесмены.

Другой агент с моим опытом ни за что не отчалил бы в открытое море, пока на берегу не разобрался. Хотя бы в общих чертах. Как любят говорить эти давосские мальчики, на макроэкономическом уровне. А я, такой вот умный, уже грею кости в турецкой бане и, судя по всему, вот-вот вынужден буду полезть в эту самую лохань, где милая парочка полощет ноги и нежно шепчется о чем-то явно важном. Иначе, с чего бы мне поручили за ними наблюдать.

Когда Соколовский попытался в порядке шефства кое в чем меня натаскать, я почти сразу понял, что он и сам действует впотьмах. Скорее по наитию, чем на основе сколь-нибудь серьезных сведений. Словом, тоже аналитика, но наоборот. Конечно, ему легче всего было вовлечь меня в коллизию с министром и бизнесменом, из-за которых в итоге я и притащился в Давос.

– Да как вы не понимаете?! – убеждал Соколовский, загибая один палец за другим. – Получить подряд на заводной компьютер для них крайне важно.