Чтение онлайн

«А танки идут и идут, и, кажется нет им конца. Сначала легкие машины — по три в ряд, за ними более мощные по две в ряд, а затем и по одной. Лишь опытный взгляд замечал обилие устаревших танков. Мало кто среди зрителей понимал, что внушительные на вид многобашенные машины — это старушки, фактически уже снятые с производства. Новейших, прославившихся в последствии тридцатьчетверок и КВ на параде участвовало совсем немного. И не потому, что их было мало в округе. Для участия в параде вполне хватило бы, но, к сожалению, эти машины только что поступили в войска, и танкисты еще не приобрели достаточных навыков в их вождении» [Баграмян, 3, с.60–61].

Оснований не верить Баграмяну, нет. Но есть и другая точка зрения, что танки новых типов в первомайском параде не участвовали. Например, М. Свирин как–то заявил, что видел соответствующие документы о первомайском параде в Москве и Киеве. В них танки новых типов отсутствуют. Оснований не верить Свирину, тоже вроде нет. Тогда остается предположить, что генерал Баграмян страдал в мае 1941 г. галлюцинациями и видел то, чего, как утверждает Свирин, по документам нет. Зато Блюментрит и прочие, страдали в июне куриной слепотой, и не видели то, что по документам есть. Или мы имеем дело с массовым генеральским психическим расстройством по обе линии фронта, или документы мало соответствуют действительности. Что на это сказать я не знаю. Тут уж каждый должен решать, чему верить, архивным бумажкам или показаниям свидетелей. Притом, у нас было не принято, комментируя парад, сообщать названия техники, которое оставалось секретом. Поэтому, вполне возможно, что новые танки в документах шли под наименованиями старых. И наоборот, в войска под новым обозначением старые.

Ну а чем же занималась немецкая разведка, знаменитый Абвер. Неужели не добывала сведений о Красной Армии? Ведь Красная Армия находилась на только что присоединенных территориях Прибалтики, Западной Белоруссии, Западной Украины и Молдавии, кишащих «враждебным элементом». Может, не засылают никого. Вот строки из того же сообщения Берии за 12 июня.

«С 1 января по 10 июня 1941 г., то есть за 5 месяцев и 10 дней, всего было задержано 2080 нарушителей границы со стороны Германии. Из этого числа уже разоблачено 183 агента германской разведки. Количество задержаний нарушителей границы за 1941 год по месяцам составило: в январе — 503, в феврале — 175, в марте — 381, в апреле — 260. В мае и за 10 дней июня количество задержанных нарушителей из Германии увеличилось: в мае задержано 353 нарушителя и за 10 дней июня — 108. За пять с половиной месяцев при задержании нарушителей на границе с Германией в связи с оказанием вооруженного сопротивления убито 36 и ранено 25 нарушителей границы. За последнее время был ряд случаев задержания заброшенных в СССР агентов германских разведывательных органов, снабженных портативными приемопередающими радиостанциями, оружием и гранатами» [1, Док.544].

Лазутчики лезут как тараканы. Но ни один не смог увидеть новый танк. Или у немцев царил такой бардак, что разведданные не доводились до сведения войск? Нет, разведданные до войск в Вермахте доводились. Например, захватили как–то наши бойцы штабной автомобиль из 11-й танковой дивизии. Заметим что не армии, и не корпуса, а всего лишь дивизии. И попалась им одна книжка.

«Любопытная книжица. Попалась в портфеле. Не силен в немецком, но кое–что разобрал. Характеристики всех наших командиров, начиная от командира полка, и всех приграничных частей. Про Дмитрия Ивановича указали, что он в тридцать девятом году разгромил кавалерийскую группу Андерса. Васильева называют выдающимся русским полковником. Есть и о том, кто насчет выпить, а кто насчет женщин. Поразительная осведомленность. Я передал эти слова вместе с книгой в сером переплете «выдающемуся полковнику». Он полистал ее и вернул Оксену. Вынюхивать умеют…» [Попель, 12, с.145].

Итак, вынюхивать Абвер умеет и разведданные в войска посылает. Даже в штабах немецких дивизий знают, кто из офицеров «насчет выпить, а кто насчет женщин». А вот о новых танках не знают ничего. Какая–то нездоровая, я бы сказал даже маниакальная направленность разведывательной работы Абвера. Еще понятно, когда разведка собирает подобные сведения для себя, выискивая потенциальные объекты для вербовки. Но зачем эти данные в штабы дивизий передавать? Как командир немецкой танковой дивизии в бою сможет использовать сведения о пристрастиях советских офицеров? Бутылку шнапса будет из люка башни показывать?

Конечно это шутка. Разведка советскими танками интересуется и верховное командование информирует. Вот, например, доклад генерала Тома о русских танках:

«Скудные сведения о русских танках: Уступают нашим танкам в толщине брони и скорости. Максимальное бронирование — 30 мм. 45-мм пушка (Эрхарда) пробивает наши танки с дистанции 300 м. Предельная дальность прямого выстрела — 500 м. На дистанции 800 м — безопасна. Оптические приборы очень плохие; мутные стекла, малый угол зрения. Механизм управления — неважный» [Гальдер, 5, 23.12.40].

Данные скудные, но совершенно точные. Самая толстая броня у Т-28 и Т-35 — аккурат 30 мм, у остальных тоньше. Калибр самого распространенного орудия указан правильно. Но эти данные можно в формулярах или книжках секретных подсмотреть. Но чтобы определить, мутные ли стекла надо в эти стекла посмотреть, чтобы определить угол зрения — посмотреть изнутри, чтобы оценить механизм управления надо порулить, ибо этого в формулярах и ТТХ нет. Так что Абвер отнюдь не только пристрастиями офицеров занимался. Можно конечно предположить что данные получены от финнов о трофейных танках, но тогда почему сведения скудные? От финнов можно было бы получить исчерпывающую информацию и намного раньше, ведь с окончания прошло 10 месяцев, и интересуют немцев не финские трофеи, а то, чем РККА на данный момент располагает. Редактор дневника полковник Проэктор замечает:

«Гитлеровское командование перед войной располагало сведениями об устаревших советских танках, уже снимавшихся с вооружения. Но оно совершенно не имело данных о новых танках Т-34 и КВ, превосходящих немецкие и уже начавших поступать в войска. В западных приграничных округах к началу войны имелось 1475 танков новых типов» [5, 23.12.40].

Прямо стелс–танки! Частям немецких войск, начавших наступление в июне 1941 г. были розданы разговорники содержащие слова типа: яйцо, молоко, кура, сало и т. д. В них были приведены силуэты военной техники противника, но силуэтов Т-34 и КВ не было. В танках были таблицы с силуэтами наших танков, и там новых танков не было. Еще можно как–то понять, что 22 июня не было. Но после первых же столкновений должны были отпечатать и разослать. Тогда на четвертом месяце войны, появление Т-34 не было бы неожиданным. Поведение немецкого командования странно, если не сказать больше.

Первым встретил Т-34 Гудериан в составе 1-й Московской Пролетарской дивизии. Что это за дивизия? По штату танки Т-34 положено иметь только танковой дивизии. Но 1-я Московская дивизия не танковая. Она даже не моторизованная. Она мотострелковая! В Красной Армии кроме моторизованных дивизий было две мотострелковых. Одна 1-я Московская, другая 82-я, дислоцировалась в Монголии. Штат у них различался, и если в моторизованной дивизии был танковый полк, то в мотострелковой всего лишь танковый батальон. Правда, в справочнике Ленского в отношении этих дивизий в скобках значится «штата мд» [8, с.182–183], а к мотострелковым отнесены 36-я и 57-я дивизии [8, с.167], которые числились стрелковыми. Вообще это конечно странно, почему это дивизии одного типа содержатся по штату другого типа. Но как мы далее увидим, для Красной Армии это не исключение, а скорее правило. Но сейчас нам важно, что и в мотострелковой, и в моторизованной дивизии по штату числились только легкие танки. Откуда же в 1-й мотострелковой дивизии взялись Т-34? Что они делают в мотострелковой дивизии, когда их и для танковых дивизий не хватает? Оказывается, 1-я Московская пролетарская мотострелковая дивизия это как раз та самая дивизия, которая проводила парады на Красной площади. Это придворная, или, как ее еще называют в армии, балетная дивизия. Тогда сразу находится объяснение. Хоть мотострелковой дивизии и не положено иметь тяжелые и средние танки по штату, она их получила, хоть и не много. Для парадов. Чтоб товарищу Сталину очки втирать. А когда грянула война она с этими танками и отбыла на фронт. «К началу боевых действий 1-мсд на Западном фронте дивизия имела в танковом парке 40 КВ и Т-34» [2, с.400]. По другим данным КВ в этой дивизии не было и в параде участвовали КВ из танковых дивизий 7-го мехкорпуса. Так может, эти–то парадные Т-34 и встретил Гудериан 2 июля 1941 г. у города Борисова? И сразу их обнаружил, да еще и Готу о такой сенсации сообщил.

А что по поводу боя у Борисова в нашей официальной истории?

«В это время к Борисову выдвигалась полностью укомплектованная 1-я Московская мотострелковая дивизия, имевшая в своем составе танки Т-34» [ИВОВ, 16, т.2, с.39].

В упоминании других частей наличие Т-34 не подчеркивается. А что по этому поводу скажет товарищ Жуков? А товарищ Жуков по этому поводу скажет:

«К этому времени туда подошла 1-я Московская мотострелковая дивизия под командованием генерал–майора Я. Г. Крейзера. Дивизия была укомплектована по штатам военного времени, хорошо подготовлена и имела на вооружении танки Т-34» [Жуков, 6, т.2, с.40].

До этого Жуков описывает посещение 8-го мехкорпуса, пишет о действиях 6-го и 11-го мехкорпусов, но о Т-34 не вспоминает. Но как только доходит до 1-й мотострелковой дивизии, он выделяет ее из всех частей Красной Армии, подчеркивая, что в ней были Т-34. Если Т-34 имеются во многих дивизиях, то зачем подчеркивать, что они есть в 1-й Московской, тем более что их в ней не так уж и много? И ведь далее в своем труде Жуков более нигде не подчеркивает наличие в той или иной части Т-34. Когда они стали иметься везде, то что об этом писать. Во всех трудах, посвященных Курской битве, как только разговор доходит до 10-й немецкой танковой бригады, все историки обязательно говорят, что она была вооружена «Пантерами». Потому что это единственная в то время часть Вермахта с этими танками. Но когда «Пантеры» стали поступать в другие части, то их перестали упоминать. А у нас Т-34 по официальным данным имелись, по крайней мере, в 14 дивизиях. Зачем же Жукову выделять одну из них? И не только Жукову.