Чтение онлайн

Собеседник фыркнул. Горячий от чужого дыхания воздух мимолётно поцеловал ей затылок.

— Чтобы дождаться от смертных мольбы о спасении, особого терпения не требуется. Эпидемия ещё и не разгорелась, а каждый второй уже готов был взывать к бездонной тьме.

— И что же?

— Каков прок от балласта, что ждёт, будто мы разрешим все их беды? У Ланки и своих хватает. Нам нужны те, кто поможет с ними разобраться. Блазий ни о чём не просил. Он действовал, как считал нужным. Мы посмотрели на коменданта Тира в ситуации безвыходного отчаяния. И, когда увидели достаточно, ему было сделано предложение.

Вита кожей ощутила: тот, кто был рядом, поднял руку. На спину ей легла тёплая ладонь. Медленным, ласкающим движением поднялась к основанию шеи. От прикосновения по телу растеклись горячие волны.

У неё перехватило дыхание: смесью блаженства, слез и злости. До чего же ты довела себя, благородная Валерия. Как изголодалась по обычному человеческому теплу, что готова от всего отказаться ради одного только поддерживающего прикосновения. И, во имя бездонной, беспамятной тьмы, керы действительно мастера искушения. Уязвимая точка была учуяна безошибочно.

— Блазий — человек действия, он долго не раздумывал. — Напоминающие о дальнем прибое слова текли по её коже. — Однако в некоторых случаях ожидание уместно. Четыре десятка лет — не великий срок, Вита. Ты можешь назвать свою цену в любой момент. Не обязательно всё здесь должно закончиться бойней.

— Нет? — Медик заставила голос свой звучать легко, чуть насмешливо. — Если судить по «спасённому» гарнизону Тира, я, пожалуй, предпочту стрелу в горло. Так будет быстрее. И чище.

Ладонь поверх её шеи без предупреждения сжалась, пальцы окаменели. Впервые за долгое время Вита физически, прямо сквозь кожу ощущала чужую ярость. Шутки закончились.

«Да помогут нам боги. Ланка и правда оплошала, причём публично. Как же он зол!»

— Вербовкой коменданта Тира занимались боевые части из ожерелья защитных крепостей. Накейтах увидела годного новобранца и не стала особо вдаваться в детали. Больше подобного не повторится.

Упомянутое вскользь имя владычицы морских легионов и героини жутчайших из мифов заставило мысли споткнуться. Будто взгляд из-под воды: перспектива исказилась. Мир стал на мгновение странным местом, где княгиня тьмы могла сесть в лужу. Где сама Неистовая Накейтах вынуждена была оправдываться перед равными, точно медик перед жреческой коллегией. Вита представила сюрреалистическую картину: «Разбор полётов на Совете отчаяния». И поспешно сосредоточилась на собственных бедах.

Хватка на её шее вновь стала нежной-нежной.

— Не бойся, моя Вита. Твоим случаем я занимаюсь лично.

Медик вцепилась в ритм своего пульса, удерживая его от заполошного бега. С нарочитым раздражением дёрнула плечом, показывая, что хочет свободы. Большой палец в последний раз скользнул поверх её артерии, но ладонь с загривка исчезла.

Выдох. Шаг вперёд. Поворот. Будь спокойна, будь ровна, будь уверена. Главное — не показывать страха. Кер всё равно учует, но они ценят умение властвовать над страстями.

Вита подняла взгляд на то, что ждало за ее спиной.

Загорелая кожа, светлые, выгоревшие на солнце волосы. Глаза цвета тёмной морской синевы. Чтобы смотреть в них, не нужно слишком далеко запрокидывать голову: для мужчины он был не так уж высок. Почти по-ришийски лёгкий, со стремительным обтекаемым сложением пловца.

Стоя на расстоянии вытянутой руки, легко было поверить, что перед тобой — почти человек. Моряк, рыбак, житель побережья. Один из бесчисленных пленников, утащенный в подводную Ланку. Вита знала, сколь обманчиво это впечатление. Князь лана Амин родился чистокровным кером, и не было в нём ничего человеческого. Да и быть не могло.

От горла и до кончиков пальцев пришелец был закован в доспехи облегающей чешуи. В рассветных лучах бронзовые пластины горели, почти обжигая глаза. Но ещё сильнее жгла ирония: то, что Баяру и его людям грозило смертным приговором, для настоящего кера было чем-то вроде сменной туники. Клятый оборотень способен был избавиться от чешуи одной лишь мыслью. Он просто не считал нужным выглядеть, как сухопутные аборигены.

Дессамин, правитель подводного лана и, как она подозревала, величайший из медиков их мира, с вызовом поднял бровь.

— Вы совсем не изменились, всетёмный князь, — вынуждена была признать Вита. Ирония обращения «всетёмный» к существу, на которое смотреть больно из-за отражённых лучей, от неё не укрылась.

— А ты всё взрослеешь, — признал он, судя по всему, вполне этим фактом довольный. — Исполним ещё раз привычный танец?

Вита молчала.

— Я могу предложить тебе жизни всех в этой крепости. И всех, кто стоит перед ней на равнине, — небрежное движение левой рукой обозначило оцепившие стены войска. Кисть кера была обнажена — должно быть, именно её прикосновение Вита и ощутила на собственной шее. Без чешуи кожа подводного владыки казалась слишком бледной, но ногти на солнце блеснули бронзой.

— Князь, вы щедры.

— Но мы ведь это проходили, не так ли? Ты отказалась выкупить жениха, вылечила его своими силами. Сын жабы показал, насколько он того недостоин. Ты отказалась принять средство от бесплодия, сумела выносить двух сыновей. Один не выжил, другой не простил. Ты входила в зачумлённые города, на себе испытывала лекарства, выступала перед сенатом. Но даже от побед тебе оставался лишь пепел. Не пора ли попробовать что-то новое?

— Продать душу просто разнообразия ради. Действительно, ново.

— Вита, проблема ведь не в тебе. Проблема в том мире, что тебя окружает.

— Вы предлагаете новый мир?

— Я предлагаю тебе Ланку.

На это она не могла не рассмеяться. И если в смехе звенели истерические нотки, кто посмел бы судить?

— Ланку? Всетёмный князь, помилуйте. Если совесть вам по должности не положена, остаётся ещё и честь. — Вита прищурилась: она годами собирала сведения, пыталась из путаных сказок выжать твёрдые цифры. — Сколько из новобранцев, бросаемых на защитное ожерелье, переживают первый год службы? Первое десятилетие? Я не воин. Моя Ланка, со всеми её чудесами, закончится в первом же бою.

— В каком бою? — Удивление морского гада казалось вполне настоящим. — Кто тебя туда пустит? Во имя ваших лицемерных богов, Вита, что ты несёшь?.. — Он тряхнул головой. — Даже Накейтах не отправила бы медика в ранге прима на передовую. Но позволь напомнить: с тобой сейчас говорит не стража защитного ожерелья. Тебе, Вита, прямая дорога во внутренние владения. В лан Амин, с его лабораториями, тестовыми полигонами, архивами. Я ищу целителя-практика в свою команду. Ты впишешься к нам, точно давно потерянная сестра. Возможно, впервые в жизни.