Чтение онлайн

– А-а, вот оно что, - Кэп уважительно покрутил бритой головой, - Умеют же иногда китаёзы что-то ваять. Чудеса! Ну, а режиссёрша куда запропастилась? Эти дурни доложили, что она типа в город поехала.

– Вот тут соврали, чтобы не париться, - пожал плечами Хан.
– В бане она с Лордом сидела.

– Вот же долбоёбы, прости Господи, - вздохнул Кэп и потёр ладонью затылок.
– Это называется - тогда возьмите лучших из худших. Но знаешь, Слав, я отчасти даже рад, что они тебя не ухайдокали. Невзирая на то, что я сейчас из-за этого надолго сяду.

– Ну да, ну да, - раздумчиво согласился Хан, - верю, что ты рад. А остальные наши пацаны ведь и не знали ничего? Это ты мне специально наплёл, что они, мол, отказались от таких випов, западло им стало?

Он не спрашивал об этом ребят - не до того было.

– Угу, - лениво подтвердил Кэп.
– Я-то знал, что ты, толерантный ты наш, согласишься, а остальные могли не только отказаться, но и раззвонить лишнего про этих голубков заморских. А те начали бы трындеть, что охраны мало, и дом на отшибе. А тут всё шито-крыто оказалось, полное инкогнито, и ты их устроил на все сто, Ха-ани, - он издевательски хохотнул.
– В порнухе небось поедешь сниматься, а?

– Вопросик можно?
– бесстрастно проронил Хан, пропустив его слова мимо ушей.
– А Васильну свою ты тоже велел бы ликвидировать, если б она между тобой и тремя лимонами баксов встала?

– Ну ты сравнил, - Кэп укоризненно нахмурился.
– Она супруга мне, сколько лет вместе, из Чечни меня ждала, сам знаешь.

– А, то есть за три лимона бы не укокошил, - Хан поднял бровь.
– А за сколько? За пять? За десять? Кстати, она знала о твоих сучьих задумках насчёт Рика и Реджи?

– Нет, - отрезал Кэп. Массивное лицо его внезапно побагровело - всё-таки Хан попал в больное место.
– Ни к чему ей было знать. Жалостливая она.

– Ну что ж, значит, сейчас из тюрьмы будет тебя ждать, - безразлично констатировал Хан и вдруг, не меняя позы, снова вскинул "беретту". Кэп и бровью не повёл, а он тщательно прицелился и выстрелил - в большую фотографию в позолоченной рамке, висящую над директорским креслом. Ту, на которой тогдашний премьер-министр вручал Кэпу, то есть капитану Михаилу Полуэктову, Звезду Героя. Осколки стекла брызнули во все стороны, посыпались вниз, на ковёр. Кэп так и не шелохнулся.

Распахнулась дверь - в кабинет ворвались Цыган с Прохором и менты.

– Слава!
– тревожно выкрикнул Цыган, бросил взгляд на невредимого Кэпа и облегчённо перевёл дух.

– Слава КПСС!
– отрапортовал Хан с вымученной улыбкой и протянул ему "беретту" рукоятью вперёд.
– На, забирай. А вы, ребята, - он повернулся к ментам, - вы этого паука забирайте.

На продолжавшего сидеть за столом Кэпа он больше не смотрел. Его как-то сразу попустило после выстрела.

Цыган обнял его за плечо, и они вместе вышли в слабо освещённый коридор бывшей "швейки". Хан автоматически огляделся в поисках Рика и Реджи, и Цыган успокаивающе объяснил:

– Тошка с Лордом их в больницу повезли, американцев твоих.

– Понял, - бесцветным голосом откликнулся Хан.
– Мобилу дай, я им позвоню, надо же узнать, где они теперь захотят жить. Навряд ли в Заречье.

Но Реджи и Рик наотрез отказались съехать из зареченского особняка в гостиницу, твердя, что за оставшиеся дни их пребывания в России с ними ничего страшного уже не случится. И что этот дом стал для них прямо родным. Реджи так вообще заявила, что в бане она видела "бан-ник" и хочет с ним ещё пообщаться. Хан даже развеселился, всё это услышав.

Так что к полудню того же дня, после больницы и ментовки, где Хан, Рик и Реджи давали показания, все они, вместе с Цыганом, Прохором и Тошкой, вернулись в зареченский особняк и стали доводить его до ума во всех отношениях. В первую очередь в отношении безопасности. Вместо того, чтобы упасть и спать, они принялись вешать дополнительные камеры, менять высаженное Ханом окно и разнесённую вдрызг дверь, а также вытаскивать из скалы под домом вбитые туда крючья. Понятное дело, всё это уже после того, как в особняке похозяйничали менты и зафиксировали все детали места преступления.

– Вам улететь-то разрешат?
– на ломаном английском поинтересовался Цыган у Реджи, когда они все собрались внизу, в столовой, перекусить, чем Бог послал - а Бог послал внучку Федотыча Верочку, прикатившую из посёлка на велосипеде с мешком картошки и двухлитровой банкой солёных огурцов. Картошка оказалась свежего урожая, разваристой, с постным маслом - за уши не оттащить.

– Главный терпила здесь я, - важно похвастался Хан, хрустя огурцом.

– А Интерпол на что?
– удивился Рик.
– И Интернет.

– Мы задерживаться не можем, - сказала Реджи с сожалением.
– у нас виза, билеты... и скоро съёмки, Надо готовиться, - она расстроенно покосилась на разбитое лицо Рика, которому в больнице зашили рассечённую щёку и бровь, а тот весело ей подмигнул. Здоровым глазом.

Цыган понимающе кивнул и заявил:

– А у нас теперь будет новое начальство.

Тактичностью он никогда не отличался, и за это Хан был ему даже благодарен. Но посмотрел на него с таким же удивлением, как Тошка и Прохор, не понимая, про что этот трепач толкует.

– Вот сидит, - объяснил Цыган, нагло ткнув пальцем в сторону Хана, и тот чуть не подавился картофелиной.
– Темирханов Вячеслав Олегович, можно не только жаловать, но и любить.

И заржал, оглоед. А Тошка и Прохор переглянулись с Риком и Реджи... и радостным хором взвыли:

– Йез-з-з!

Рик даже вскинул над головой большие пальцы обеих рук.

– Издеваетесь?!
– свирепо осведомился Хан, глотнув рассола прямо из банки. У него даже в ушах зазвенело.

– Ну, а кому ещё рулить?
– Цыган театрально развёл руками.
– Слав, реально смотри на вещи. Больше некому. Ты у нас тут самый умный. Культур-мультур опять же. И по-английски шпрехаешь, как Шекспир Уильям. И юрфак закончил. И герой, - он опять перешёл с русского на английский, - всех спас, как Чёрный плащ. И вообще красивый.

– Издеваетесь, точно, - безнадёжно и беспомощно повторил Хан. Он как-то сразу понял, что соскочить не удастся, придётся принимать командование тонущим кораблём. Репутацию предприятия Кэп, конечно, своей подлянкой попортил, но - тут Цыган был прав - история чудесного спасения звёздных американцев уже получила в Интернете широкую огласку, и можно было надеяться, что корабль всё-таки выплывет.