Витязь в камуфляже
Шрифт:
Лорд, усевшись на домотканый половик, внимательно и с укоризной взирал на это безобразие.
Хан первым опрокинул в себя содержимое своего стакана, коротко выдохнул, крякнул, покрутил головой и смачно хрупнул огурцом. Рик смело последовал его примеру, но всё-таки закашлялся, и Хан заботливо постучал его по спине.
Реджи с опаской понюхала свой стакан и простонала:
– Какой ужас!
Посмотрела на Рика, на Хана... и осушила стакан одним глотком. Хан быстро подсунул ей огурец.
– Молодчина, девка!
– басом одобрила баба Маша и тоже выпила. Отломила кусочек хлеба, сунула в рот и строго добавила: - Ну вот, остальное пусть мужики пьют. А нам хватит. Мы пока споём.
Она размотала свой платок - на плечи ей упали седые жидкие косы - оперлась на стол локтями и завела сильным грудным голосом:
– Ой, то не вечер, то не вечер, мне малым-мало спалось...
И Хан подхватил, глядя, как у Реджи, которая тоже облокотилась на стол, по бледным щекам покатились слёзы. По щекам, по рукам, капая на столешницу.
– Ха-ани...
– прорыдала она, отчаянно взирая на него.
"Ох, пропадёт, он говорил, твоя буйна голова..."
– Всё хорошо, Реджи, - прошептал Хан. Протянул руку и утёр ей слёзы тыльной стороной ладони, как маленькой. И встретил внимательный взгляд Рика.
Обратно они возвращались той же протоптанной тропинкой, покачиваясь и спотыкаясь. Тропинка плясала под ногами. Рик тащил на руках Реджи, и Хан всё боялся, что тот её уронит, но Рик упрямо мотал башкой и свою сладко уснувшую режиссёршу Хану не отдавал. Трезвый Лорд бежал впереди, беспокойно косился на них и изредка осуждающе взлаивал.
Но они всё-таки дошли до дома благополучно. И даже разобрались с сигналкой, которая Хана к тому времени изрядно задолбала. "Что это, в самом деле, то разуюсь, то обуюсь, на себя в воде любуюсь", - с досадой думал он, кое-как объясняясь с дежурной на пульте. Он не помнил, кто там сегодня, Марьяна или Аня.
Попав наконец в дом, Хан из последних сил загнал Рика и Реджи в собственную спальню - на второй этаж те вряд ли сумели бы подняться, - а сам завалился на узкий диванчик у кухонного стола и заснул беспробудным сном.
Самогонка бабы Маши и песня помогли.
Гештальт закрылся.
Всё закончилось.
* * *
Ещё через два дня Хан, Реджи, Рик и Лорд стояли в международном аэропорту столицы Сибири и смотрели друг на друга.
Рик был в тёмных очках, закрывавших синяк под глазом, в бейсболке и потёртых джинсах. Студент студентом, только подгулявший и вляпавшийся в историю. Реджи со своими камерами на плече казалась растерянной и нахохлившейся, как маленькая грустная птица.
Они молчали. Что уж тут было говорить?
Но Рик нашёл, что сказать.
– Мы тебе пришлём приглашение, - решительно заявил он, в упор глядя на обалдевшего Хана.
– Тебе и Лорду.
Лорд, услышав своё имя, бойко завилял хвостом.
– Э-э...
– только и протянул Хан.
– Нью-Йорк посмотришь, - с жаром продолжал Рик, не слушая этого невнятного мычания.
– Теперь наша очередь тебя поить. И вообще... Я уже скучаю.
Реджи расцвела, засмеялась и торжественно обняла Хана, а потом Лорда. Рик же сперва обнял Лорда, а потом Хана. Крепко. Очень крепко. Потёрся о его щёку здоровой щекой, разомкнул объятия и шагнул прочь. Хан смущённо чмокнул Реджи в макушку, и та поспешила за своей звездой.
Они ещё помахали руками из зоны досмотра и исчезли из виду.
"Вот и всё", - подумал Хан растерянно.
"Ничего не всё", - прочёл он в весёлых глазах Лорда.
– Так что, поедем, что ли?
– нерешительно осведомился Хан, и Лорд радостно подмёл лохматым хвостом аэропортовский бетон.
– Вот же пижон, - укорил его Хан, сам начиная улыбаться.
– Того и гляди, пристрастишься по Америкам раскатывать. Ну, я ещё подумаю. Пошли, чего стоять? Работы полно, за нас никто не сделает.
И они пошли.
КОНЕЦ