Чтение онлайн

Сергей молча дегустировал коньяк и поглядывал вокруг. Из той троицы, которая совещалась в терминале, тут никого не было. Валентина то и дело обращалась к нему на русском, но он лишь кивал головой. Вдруг бокал замер у него в руке — в проеме двери, ведущей на палубу, вроде бы мелькнуло лицо человека с кейсом. Сергей поставил бокал и, извинившись, заторопился к выходу. Теперь он точно видел, что тот вышел на палубу. Сергей шагнул в промозглую темноту. Лампочки тускло освещали металлический пол, а волны забрасывали сюда хлопья пены. Он огляделся, но никого не заметил. Из просвета туч потянулся лунный свет. В конце палубы промелькнула и растворилась в темноте знакомая куртка. Сергей мягко заскользил в ту сторону, прячась за стальные выступы и спасательные лодки, затянутые брезентом. Со стороны носа корабля поплыла щуплая, почти невесомая фигура человека. Прижимаясь спиной к металлу, Сергей двинулся за незнакомцем. Страх овладел им, вызывая нервную дрожь. Шутка ли сказать, мелькнуло в голове, под грохот волн и рев дизелей выбросить за борт подозрительное лицо проще простого. Интуиция подсказывала, что человек с кейсом не случайно вышел на палубу в этакую круговерть. Ясно, тут кто-то его ожидал. Надо любой ценой подслушать их разговор. В случае чего, успокоил он себя, сыграю роль пьяного, тем более что разогретых спиртным на судне предостаточно. Скандинавские рейсы славились грандиозными пьянками.

Прячась за выступы, местами двигаясь на четвереньках, он подкрался к шлюпке и растянулся почти у самых ног, изображая уснувшего выпивоху. Порывы ветра заглушали разговор, но кое-что он слышал. Обрывки фраз насторожили его.

— Нам удалось заложить подарочки в укромных местах.

— Где?

— На автомобильной палубе. В дизельном отсеке.

— А если кто-нибудь наткнется?

— Всякое может быть, — усомнился голос, но тут же с уверенностью добавил: — Думаю, что надежно.

— Кто-то из команды мог засечь вас?

— Вряд ли. Впрочем…

— Пойдем, я тебе покажу катер. В случае чего — спускаем его на воду и уходим.

— А если помешает кто-то из обслуживающего персонала корабля?

— Убрать любого, кто станет на нашем пути.

— Ясно, — прошелестел голос.

Сквозь плотные облака вновь прорвался лунный свет. Сергей увидел, как две тени заскользили вдоль борта и остановились у висящей над палубой лодки.

Когда тени исчезли, он оторвал продрогшее тело от холодного металла и с трудом поднялся на ноги. В эту секунду волна со злобным шипением шлепнулась о борт, окатив его с ног до головы ледяной пеной. Он выругался, дрожащими пальцами достал телефон и стал набирать знакомый номер.

— Шеф, — прохрипел он, — тут готовится какая-то операция под руководством того самого человека, который обитает в каюте номер шестьдесят два.

— В этой каюте, — сообщил Кристапович, — зарегистрирован Александр Ворон Я знаю человека, проживающего в Таллине под такой фамилией, он занимается торговлей оружием. Судя по твоему описанию, это и есть тот самый Ворон.

Сергей изложил суть услышанного разговора.

— Взрывчатка на пароме? — переспросил удивленным голосом шеф. — Это уже интересно. Не спускай глаз с Ворона. Будь осторожен — это очень опасный человек.

— Я хочу заметить, — с дрожью в голосе проговорил Сергей, — что паром заминирован. А это уже не шутки. Тут смертью пахнет.

— Не паникуй, приятель, — попытался успокоить своего агента хозяин. — До взрыва дело не дойдет. Глупо отправлять на дно дорогостоящий груз… Да и пассажиров около тысячи. На это никто не пойдет. Поверь мне, взрывчатку установили для отвода глаз…

— Дай бог, чтобы ваши слова оправдались, — выдохнул Сергей.

— Успокойся и выполняй задание. До связи. Сергей то неотрывно смотрел в сторону загадочной лодки, то на дверь, где скрылся человек с кейсом. Лунный свет зашторили грифельные облака. Он смотрел на этот гнетущий пейзаж в каком-то оцепенении. Телефон пикал в его руке, а он, будто стянутый невидимой нитью, ни на что не реагировал, лишь краем глаз зацепившись за лодку. Интуитивно он понимал, что лодка предназначена для чего-то важного. Возможно, там что-то спрятано.

— Пропади все пропадом, — прошептал он. — Такова моя планида. Надо осмотреть ее.

Оглядываясь по сторонам, он медленно двинулся в сторону лодки. Запустил руку за брезент и… мощный удар отправил его в темноту.

До отправления парома «Эстония» оставалось четверть часа. Он вошел в пассажирский зал терминала и поднялся наверх. В обрамлении темной воды, пасмурного неба и портовой вязи металла, стекла и бетона, распростерлось перед ним гигантское судно. Оно вздыхало и чавкало, изрыгая из цистерн воздух, выплевывало из бортовых отверстий струйки воды, взрывалось ревом двигателей тяжелых фур у носовых ворот, жалобно скрипело трапом, по которому из зоны контроля терминала на палубу устремился многочисленный людской поток.

Игорь завороженно смотрел на исполинский ковчег, облитый ярким свечением прожекторов и ламп, с колдовским переплетением кают, лифтов, лестниц, магазинов, казино, ресторанов, караоке-баров, конференц-залов, бассейнов и саун — все это обещало пассажирам уют, покой и веселье.

— Добрый вечер, — услышал он голос и обернулся. Перед ним топтался Калев Ватрас.

— Почему не на судне? — удивился Игорь.

— Рейс задерживается, — пояснил тот.

— А в чем дело?

— Какие-то проблемы! — нервно отрезал моряк.

— Отчего такой хмурый?

Тот некоторое время таращился на него тусклыми глазами, грузно переминаясь с ноги на ногу и, наконец, выдавил из себя с заметным усилием.

— Хрен его знает. Весь экипаж сегодня какой-то раздраженный. Может, из-за тех таинственных мешков? — Он пытливо посмотрел на собеседника, хотел еще что-то сказать, но лишь махнул рукой и двинулся к пограничной зоне. В медленно удаляющихся шагах его чувствовалась грузная тяжесть. Игорь смотрел парню вслед, и в душе его пока еще едва ощутимо вызревало зябкое предчувствие неотвратимости беды. Вдруг вспомнился кошмарный сон — утопленники, всплывающие из морской пучины, душераздирающий крик чаек, окровавленные глазницы… Прерывистыми кадрами вспыхивали в его памяти фантомы и видения, сливаясь, в одно целое, в котором полностью замыкался магический шлейф вокруг парома. Чертов сон, прошептал он, все чаще и чаще преследует меня. Неспроста это, неспроста!

Мрачные мысли внезапно улетучились, когда в желтом свете палубы мелькнул в стремительной спешке знакомый женский силуэт. Всматриваясь в текучие очертания стройной фигуры, он мог бы поклясться, что это была Валентина.

Игорь беспокойно посматривал на часы — выход парома задерживался. Он опять подумал о Валентине. Будто к нему пробился отдаленный звук ее скрипки. Он никак не мог отделаться от вязкого недоумения: откуда он — этот звук в кишащем людьми судне?!. Тонкий, протяжный звук заполнял его нутро, вызывая в памяти зыбкое чередование картин и видений минувшего. Словно огромную мозаику — из фактов и догадок, снов и химер — складывал он мысленный образ, тут, перед судном, которое вот-вот уйдет и растворится в мрачном горизонте.

И как бы в подтверждении этой мысли, снаружи раздался резкий гудок — многоярусная громадина, пульсирующая теплым биением животворящей плоти, встрепенулась и двинулась навстречу белесой пене моря.

Игорь посмотрел на часы — стрелки показывали 19.27. Перевел взгляд на горизонт — что-то грозное и трагическое ощущалось в этих озлобленных волнах, грифельных тучах и порывах холодного северного ветра.

Паром «Эстония» устремился в ночь навстречу неизбежности.

У центрального входа вокзала он столкнулся с таможенником Хуго Кохвом. Увидев бывшего шефа, тот, с растянутой улыбкой, пробасил:

— Какие люди! — и торопливо добавил. — Я все помню. Долг верну на следующей неделе.

— Надеюсь, — бросил Игорь. — Ты с дежурства?

— Меня сегодня срочно подменили, поэтому могу позволить себе расслабиться. Подобные подмены происходят тогда, когда начальство претворяет в жизнь свои задумки. А за каждую задумку кто-то платит. Вот сегодня опять же странные вещи произошли…

Игорь напрягся, видимо, тем самым выдал свое любопытство. Этот таможенник, хотя и любил залить за воротник, но был проницательным человеком. Кристапович знал, что тот, учуяв любопытство собеседника, без вознаграждения никакой информации не выдаст.