Чтение онлайн

Сейчас тот неподвижно сидел в тени тента, массивный и молчаливый, напоминая гранитную глыбу. Томасу казалось, что этого крупного человека природа очертила неким однообразием — все в нем было какое-то угловатое и квадратное — лоб, широкий подбородок, плечи. Под черной копной кучерявых волос блестели узкие глаза, которые частенько грустно созерцали горную цепь, разделяющую США и Мексику.

— Чего это наш командир, как мне кажется, с грустью смотрит на горные вершины? — спросил как-то Томас сержанта Пака.

— Наверное, потому, — поведал тот, — что где-то там, за горным перевалом, прошло его счастливое детство. Отец окончил университет в Чикаго и приехал в небольшой мексиканский городок преподавать английский язык. Влюбился в местную учительницу истории и не вернулся в Штаты. Когда Мигелю исполнилось девять лет, родители погибли в автокатастрофе, и воспитывал его дядя, кадровый военный, который определил юного племянника в армейскую школу. Вот почему он с грустью и подолгу смотрит на пограничный хребет…

Капитан встрепенулся, взглянул на часы и проговорил:

— Сержант, готовь машину. Выезжаем через двадцать минут.

— Куда? — поинтересовался Томас.

Нортон хотел что-то сказать, но лишь махнул рукой и удалился. У Томаса сложилось впечатление, что его командир считает великим грехом лишний раз открыть рот. Тяжелый, неподвижный взгляд, плотно сжатые челюсти и паутинки морщин в уголках губ отнюдь не свидетельствуют о словоохотливости. У дощатого домика, где размещался оперативный дежурный, капитан обернулся и пояснил:

— Лейтенант, я вам покажу изумительную подводную пещеру. Готовьте свое снаряжение.

— Далеко эта пещера? Вместо ответа командир тронул ручку двери и скрылся внутри домика.

— Твой шеф словоохотливостью не отличается, — Томас взглянул на сержанта.

— Он был легионером.

— Чем же солдаты легиона отличаются от нас?

— Многим. Они заключают кабальный договор и отправляются в самые горячие точки мира, сознавая, что в любую минуту могут погибнуть. Нортон воевал в Африке, на арабском континенте, словом, прошел сквозь огонь, воду и медные трубы. Контрактники — люди особые, отважные и жесткие, которые нормы закона не всегда признают. В такой компании подчас лишнее слово приводит к гибели. Он — настоящий профессионал.

— А ты?

— Я, — невысокий, улыбчивый сержант с раскосыми глазами задумался и, вздохнув, медленно продолжил, — случайно оказался в армии. Закончил филологический факультет и устроился учителем гимназии. Но мой китайский акцент вызывал у ребят улыбки, и они не принимали меня всерьез. Однажды во время урока один ученик стал громко передразнивать меня. Я велел ему подняться и врезал по физиономии. Тот оказался в больнице со сломанной челюстью, и мне грозила судебная скамья. Я потерял голову и не нашел ничего лучшего, как сбежать. Один мой знакомый предложил завербоваться в ряды вооруженных сил США. Так армия спасла меня от тюрьмы, и я стал профессиональным солдатом.

— Не жалеешь?

— Такова моя планида, — смиренно заключил он. — От судьбы не уйдешь. Она возьмет и прикажет. А приказы небесной канцелярии надо выполнят любой ценой. Теперь я вольный стрелок без жены и семейных забот.

— А мать с отцом?

— Они вышли на пенсию и уехали в Китай. Там живут счастливо, хоть и являются иностранцами в родном отечестве. У них — американские паспорта.

Пак прервал свой рассказ и уставился на кепи иностранного коллеги.

— Лейтенант, на вашем кепи буквы «KSI», — добродушно улыбаясь, поинтересовался он. — Что это за контора?

— Похожая на твою, — бросил Томас, — только располагается в Швеции.

— А-а-а-а, — закивал Пак и добавил: — Пошли грузить вещи в машину.

— И куда же мы направляемся? — поинтересовался Томас. — Ведь ты все знаешь, сержант!

— Я все знаю, — без тени сомнения проговорил китаец. — Мы едем в места, где много затопленных пещер. Вы должны показать свое умение ориентироваться в условиях затопленной местности. Правда, чтобы добраться туда, надо пройти сквозь джунгли. А это, поверьте мне, нелегко.

Томас повел бровью.

— Тогда начнем загружаться, — сержант кивнул в сторону склада, где стоял армейский «джип». — Берем с собой сумки со снаряжением, бутыль с минералкой, фонарики, словом, наше стандартное оборудование. Я сбегаю в пищеблок и возьму еду…

— Еду не бери, — послышался голос Нортона. — Перекусим по пути в местном ресторане.

— Обед с дополнительным гарниром? — В голосе сержанта прозвучали загадочные нотки.

— Мы можем это себе позволить, — заверил командир, достал мобильный телефон и с кем-то пообщался на мексиканском языке.

Когда двигатель джипа ожил, капитан вдруг пружинисто выпрыгнул из кабины, бросив водителю:

— Подожди, сержант. Мы кое-что забыли взять. Вскоре он появился с чехлом, из которого торчала рукоятка меча.

— Что это за оружие? — удивился Томас.

— Мечете, — пояснил Нортон. — В джунглях без этого предмета делать нечего.

Сержант лихо вел машину по неровной каменистой трассе, которая то взлетала, то опускалась. Колеса попрыгивали на многочисленных выемках, отчего жалобно скрипели металлические суставы кузова. На крутых виражах бампер задевал каменные выступы, Пак резко выворачивал руль, отчего баллоны летали по салону и грозились разнести машину изнутри. Томас грудью кинулся на баллоны и пытался удержать их своим телом. Но увесистые цилиндры вырывались и с грохотом перекатывались в салоне.

— Пак, — недовольно проговорил капитан, — остынь! Ты ведь не на гонках! Глушитель сорвешь в лучшем случае, а в худшем…

— Скорость не более ста километров в час, — оправдывался сержант. — Так мы к утру доедем до ресторана. Там нашего гостя ожидает сюрприз…

— Какой еще сюрприз? — поинтересовался лейтенант.

— А какой может быть сюрприз, — философски заметил Пак, — для солдата, огороженного казарменной стеной от всего, что человечеству не чуждо.

Томас не придал значения его словам, а продолжал смотреть на ветровое стекло. За горной стеной началась грунтовка с колдобинами, и машину продолжало лихорадить. Час такой езды, показался лейтенанту вечностью. Наконец на обочине замелькали приземистые сельские домики с цветущими садами и пристройками для скотины.

Пак элегантно припарковал машину и почтительно кивнул в сторону пожилых мужчин в широкополых шляпах, которые сидели в тени навеса и пили пиво. Ватага ребят подлетела к машине, и сержант, широко улыбаясь, каждому дал по конфете. Судя по всему, его тут хорошо знали.

Томас жил на военной базе, как в заточении, и довольно редко оказывался среди гражданского населения, поэтому обед в деревенском ресторане казался настоящим праздником.

— Обстановка этой корчмы датируется далеко не периодом новейшей истории, — добродушно комментировал Пак, — но кухня, уверяю вас, приличная. Потому что шеф-поваром тут работает мой земляк. А китайская кухня…