Чтение онлайн

Князь хрюкнул от едва сдерживаемого смеха — Алехан Орлов чисто по-военному рубанул, как оно все есть. Затем граф с умилением посмотрел на водку — князь подумал, что здоров пить средний из братьев. И водка «Царская», в отличие от «царской», коей потчевали государственных преступников, ему явно понравилась. И тут Алексей Григорьевич икнул, подтверждая княжеские мысли.

— Знает толк, государь, в сем напитке — чиста аки слеза, на анисе настояна с цитроном, судя по запаху, и медок в нее добавлен. Забориста, разум то туманит, то проясняет. Благородный напиток, как раз для нас — не то, что местная ракия, вонючая и мутная, что надоела мне до жути, как и потасканные гречанки в борделе!

Кружки снова были налиты — по чарке, не больше. Водка дружно выпита, а на закуску пошли оливки. Есть больше аристократы не хотели, а потому задымили папиросами.

— Венеция нам отдает то, что сама защитить не в силах — дож хорошо понимает, что цезарцы и османы его как кашу ложками есть будут. Вот государю и отдает Далмацию с Эпиром, а взамен Морею с Критом получит — обмен не просто так, а со скрытым подтекстом. А там написано — как только сокрушите османов и утвердитесь на Балканах, то лежать старая шлюха будет покорно, раздвинув ноги. И даже «зачать» постарается, хотя ее «родилка» давно мхом заросла.

Орлов засмеялся, его искренне поддержал и князь, оценив острую шутку своего давнего приятеля.

Сравнение вышло очень удачным, хотя речь шла о могущественном прежде государстве, которого два века назад сами турки боялись, называя пиратским. Впрочем, и европейские страны полностью придерживались тогда данного справедливого мнения о «Светлейшей республики Венеции».

— А Морея с Критом ограждены от врагов морем! И оттяпать их у «святого Марка» никто будет не в состоянии, если Россия утвердится прочно в этих краях. А там и под наше «покровительство» сама попросится, не под австрийцев же ложится. Оно надо?!

Вопрос Алехана завис в воздухе, не требуя на себя ответа. Князь только кивнул в ответ — несмотря на молодость, он прекрасно понимал, что из двух зол всегда выбирают меньшее. А когда при этом получают помощь и определенные гарантии, то речи о «зле» вообще не идет. И задал вопрос, который его сильно интересовал:

— Дож на нашей стороне воевать будет?

— Куда он денется, — отмахнулся Алехан. — Вначале солдат даст, корабли — как продажу оформит. А как только мы Константинополь возьмем на шпагу, то будет наш с потрохами!

— А сможем ли?! Мыслимое дело просто вернуть Византийское наследие?! Император Петр Великий и тот от турок поражение потерпел в злосчастном Прутском походе.

— Если через Молдавию попремся на Константинополь, то поражение потерпим. Единственный шанс победить в нашем флоте заключается, но для того нам нужно высадить десант в Морее для начала. Черная Гора с древней Спартой на себя немало османских сил оттянут. Причем по всем Балканам мы православный люд на восстание поднимем, и не просто так — инсургентов вооружить и обучить нужно, наших начальных людей им дать, чем мы сейчас и занимаемся. Тогда мятеж подавить туркам станет гораздо труднее! А в мае наша армия в Молдавии будет, и Крым займем! А теперь представь, что ты визирь, и оцени обстановку!

Алехан говорил уверенно, злая гримаса исказила и без того изуродованное лицо. Отодвинул блюда в сторону и начал тут же их расставлять по новому, комментируя:

— Тут Морея, вот эта рыба! Чуть выше кружка, что Эпир. Далее косточки выплюнутые — албанцы, и среди них преданные нам арнауты. Далее Черная Гора, где баранина. Смотри что выйдет!

Алехан бросил бараньи кости на три стороны от блюда, а обглоданными рыбьими хребтами выложил дугу, что соприкасалась с нижней костью. Затем на противоположной стороне стола выложил кинжал и пистолет — понятное дело, что русская армия, наступающая на Молдавию и Крым главными силами. Князь прикинул возможное развитие событий, как воду отхлебнул водку, и произнес:

— Если я выдвину янычар с сипахами в Валахию, то в тылу у меня восстания и русский десант. Ослаблять главные силы мне нельзя — на сто тысяч войск российских нужно не меньше, чем двойной перевес. Но подавить восстания надо — иначе пожар по всем Балканам пойдет, а тут православных впятеро больше будет, чем магометан. Если не в семеро! Одними башибузуками и ополченцами не обойтись!

— То-то и оно! А где войска взять? Если главные силы ослабить нельзя, а подавить мятежи настоятельно необходимо?

Взгляд князя уткнулся в штофную бутылку — он прикинул примерный масштаб и ухмыльнулся. Взял ее, встряхнул и разлил остатки жидкости по кружкам. Негромко произнес:

— Вот здесь, в Константинополе! Уведут оттуда войска, как я остаток водки разлил. И останется Царьград пуст…

— Вот о том молчать нам надо, раз догадались. Иоанн Антонович всей этой суетой в местных краях внимание приковал. А потому приказ у адмирала Спиридова от самодержца прямой — атаковать и уничтожить турецкий флот, где бы таковой не находился. Именно эскадра, а не армия, есть наша главная сила!

Санкт-Петербург

Иоанн Антонович

вечер 2 февраля 1768 года

— Уболтала меня «маменька», ни в чем ей отказать не могу — сердце у меня доброе, на заботу отзывчивое!

Иван Антонович немного юродствовал — с приездом графа Шувалова из Вены расклады в том «пасьянсе», что он терпеливо раскладывал три года, немного изменились, причем в сторону лучшей комбинации.

— Так что решили окончательно в переговорах? «Мой брат» Иосиф, и его «маменька», моя «разлюбезная сестрица», хорошо понимают под что сами «подписались»?

— Да, государь, — граф Шувалов усмехнулся. — Они категорически против, чтобы Далмация перешла к вашему величеству. Согласились обменять ее на земли, что отошли к Вене по польскому разделу. Но попросили, причем настойчиво, не оказывать Венеции больше помощь, на что я ответствовал, что передам их пожелание в точности.

— Вы правильно поступили, Александр Иванович — время у нас есть, а итоги военного противостояния еще не подведены. Более того, наша война с Турцией еще и не началась толком, чтобы делить шкуру неубитого медведя. Но если этого «зверя» убьем мы, то и условия будут совсем иные! А посему решим следующее…

Иван Антонович прошелся по кабинету, искоса бросил взгляд на кабинет-министра — граф Шувалов сильно устал, глаза покрасневшие, осунулся — месяц жизни в карете провел, торопился из Венеции, через Вену в Петербург попасть. И успел как раз вовремя!

— Вам нужно хорошо отдохнуть, любезный граф. Недельку, не меньше — но больше вам дать не смогу, не взыщите. Хорошо, вижу по вашим глазам, господин кабинет-министр, что вам хватит три дня для отдыха. Но чтобы действительно хорошо отдохнули, а не сразу в работу кинулись. В канцелярии моей, слава Господу, дела обстоят хорошо. Механизм сей вами тщательно отлажен, а потому…