Чтение онлайн

— Наблюдательна. Да, последние три недели мои маги аккуратно надтрескивали каждое зеркало во дворце. Недостаточно, чтобы разбить — лишь настолько, чтобы сделать их… проницаемыми.

— Зачем?

— Потому что нечто всё равно прорывается сквозь границы — позволим мы или нет. — Мы закружились мимо группы придворных; их хрустальные маски рассыпали по моему зрению радужные осколки. — Вопрос лишь в том, будем ли мы контролировать переход… или он будет контролировать нас.

Мои метки вспыхнули жаром. В отполированных поверхностях вокруг мелькали движения, не совпадающие с бальным залом: тени скользили сквозь отражения, собираясь, как грозовые тучи.

— Вы призываете его, — выдохнула я. — Багрового.

— И не только его. — Улыбка Алдрика была острой, как стекло. — Знаете ли вы, что зеркальные сущности можно привязать к человеческой воле? При должной подготовке, с правильной… приманкой.

Рисунок танца изменился: пары переплетались сложными спиралями. Каждое пересечение создавало новую линию в связывающем круге, каждый поворот укреплял клетку, возводимую на виду у всех. Остальные танцующие двигались с идеальной точностью, лица их за украшенными масками оставались пустыми.

Принудительная магия, поняла я. Они не гости. Они элементы ритуала.

Моё платье начало меняться.

Фиолетовый шёлк светлел; серебряные нити расползались по ткани, как иней, пока я не оказалась облачена в сам звёздный свет. Преображение началось от подола и поднялось вверх; платье перетекало в нечто, принадлежащее скорее Зеркальному миру, чем смертному балу. По толпе прошёл шёпот.

На руках возникли новые перчатки — прозрачные, как паутина, и всё же полностью непрозрачные, скрывающие серебряные метки, которые иначе вспыхнули бы маяками. Прикосновение было знакомым: магия Сильвира, протянутая через нашу связь, должно быть, ценой огромного усилия.

— Впечатляет, — пробормотал Алдрик. — Твоя связанная сущность всё ещё пытается тебя защитить, даже из своей темницы.

— Он не моя…

— Прошу. — Принц резко закружил меня, и новое платье взметнулось, как крылья. — Резонанс между вами чувствуется за три королевства отсюда. Каждое зеркало в стране поёт им.

Связывающий круг был почти завершён. Я ощущала это в самой ткани реальности — она густела, становилась вязкой и сопротивляющейся. Отражающие маски вокруг уже показывали не лица, а обломки иных мест, проблески Зеркального мира, просачивающегося сквозь границы.

И тут двери бального зала распахнулись вновь.

Фигура, вошедшая внутрь, носила лицо Сильвира как идеально созданную маску.

Каждая деталь была точна: серебряные волосы, ловящие свет, как лунные лучи; резкие линии челюсти; плавность движений. Но глаза были неправильными. Вместо глубины, полной созвездий, в них горел багровый — цвет старой крови и умирающих звёзд.

— Ауреа. — Голос Багрового звучал тембром Сильвира, но искажённым: слишком гладким, слишком пустым. — Моя любовь, ты пришла.

Толпа отступила, освобождая пространство. Несколько гостей сделали защитные жесты, но их руки дрожали. Им обещали ручную зеркальную сущность, связанную и подконтрольную. Но, столкнувшись с реальностью, их храбрость пошатнулась.

Принц Алдрик отпустил меня, отступая с холодным расчётом в глазах.

— Лорд Сильвир, полагаю?

— Я — то, чем она меня сделала. — Багровый приблизился; каждый шаг был слишком идеален, слишком отрепетирован. Карикатура на человечность, надетая как дорогой плащ. — То, чем мы стали вместе. В том саду стекла и звёздного света.

Ложь, оплетённая достаточной долей правды, чтобы звучать убедительно. Я заставила себя стоять неподвижно, пока он приближался, хотя каждый инстинкт кричал бежать. В отполированном полу я уловила отражение настоящего Сильвира — его облик трещал от ярости.

Багровый протянул мне руку. Его улыбка была ядовито прекрасной.

— Потанцуй со мной, маленький огонёк. Как раньше. До того, как мир раскололся.

Если я откажусь — это выдаст, что я знаю: он не тот. Если соглашусь…

Музыка взмыла, уже не вальс — древняя, странная, ноты, не принадлежащие ни одному смертному инструменту. Связывающий круг запульсировал, и с болезненной ясностью я поняла, что сделал принц Алдрик.

Он впустил Багрового, думая поймать его. Использовать.

Но принц не имел ни малейшего представления, с чем на самом деле связался.

Я вложила пальцы в протянутую руку.

Холод пронзил меня от прикосновения — не чистый зимний холод, а нечто гнилое, пустое. Багровый увлёк меня в танец, и мы закружились по связывающему кругу (, который должен был стать его клеткой.

— Ты меня не помнишь, — прошептал он мне на ухо. — Как удобно. Как трагично.

В каждой отражающей поверхности я видела, как Сильвир пытается проявиться, его облик сгущается — и снова распадается. Настоящий Сильвир начал петь — не голосом, а самой вибрацией, резонансом, контрмелодией к присутствию Багрового.

Лицо-личина дрогнуло.

На мгновение я увидела, что скрывается под красотой: не красоту, а голод, обретший форму; пустоту там, где должна быть душа. Хватка Багрового болезненно усилилась.

— Осторожнее, — предупредил он. — Твой принц наполнил этот зал наблюдателями. Одно неверное движение — и они увидят, кто ты есть на самом деле: угрозу их упорядоченному миру.

Связывающий круг замкнулся. Воздух затрещал от силы, и танцующие споткнулись, когда принуждение отпустило их.

Но что-то пошло не так.

Вместо того чтобы сжаться внутрь и запереть Багрового, круг вывернулся.

Полированный мрамор начал тянуть.

Гости закричали, когда их ноги заскользили к центру, несмотря на отчаянные попытки удержаться. Их отражения в полу становились плотными, тогда как физические тела — прозрачными. Это было не заточение.

Это был обмен.

Ритуал должен был втянуть двор в Зеркальный мир, выпустив его обитателей наружу.

— Нет! — крикнул принц Алдрик, но его маги уже оказались захвачены; их собственная сила подпитывала ритуал, который они пытались контролировать.

Я запела.

Призрачная мелодия поднялась из моего горла без усилия, сливаясь с далёкой песнью Сильвира. Там, где наш объединённый резонанс касался пространства, притяжение слабело. Островок устойчивости в поглощающем хаосе.

Совершенная маска Багрового треснула, открывая под собой ничто.

— Умная маленькая королева. Но ты не сможешь спасти их всех.

Он был прав. Гости исчезали в собственных отражениях, втягиваемые внутрь, несмотря на крики. Принц Алдрик уже достиг края круга, его пальцы кровоточили, пока он цеплялся за гладкий мрамор.